Я (не) смогу тебе помочь (СИ) - Киселева Татьяна Васильевна

И я рассказала девушке историю её мамы и отца. Вот только сказать, что пришла к ней по просьбе призрака, не смогла. Солгала, что выполняю предсмертную просьбу Ивана Андреевича.

Потом, угостив ребятишек мороженым, мы вызвали такси и поехали в Белояровку. Там я познакомила Вику со своими родителями, и оставив детей на их попечение, мы с Викой вступили в дом, где жил её отец.

Призрак Ивана Андреевича ждал нас. Он показал мне, где лежит ключ от дома, помог разобраться с отоплением. Потом указал на тайник с деньгами и документами на дом, что оформил на дочь. Там же мы обнаружили и письмо для Вики, и фотографию весёлых и счастливых Ирины и Ивана.

Вика плакала, читая письмо отца. Не смогла сдержать слёз и я. Несмотря на то что была рада помочь этой девочке найти спокойное убежище, мне было грустно оттого, что её встреча с отцом не состоялась раньше.

— Иван Андреевич любил твою маму и очень жалел о том, что разрушил всё своими руками. Жалел и о том, что поздно узнал о тебе. Твой папа любил тебя, Вика, и просил простить его... — я произнесла вслух то, что попросил сказать меня призрак.

Виктория вытерла слёзы и сказала: — Мне тоже жаль, что я с ним не познакомилась. А простить? Так, он сам себя наказал, а я... А я его прощаю, мне кажется, он был бы хорошим папой, — и у неё по щекам снова покатились слёзы.

Иван Андреевич приблизился к дочери, горько вздохнул, попытавшись её обнять, потом тихо сказал мне: — Спасибо тебе, Василиса.

Призрак, засветившись, растворился в воздухе, а я так и не спросила его о муже. Всё выбирала момент, да так и не выбрала. Думала, будет ещё время.

Мои родители тепло встретили новую соседку и без ужина не отпустили, пообещав, что и впредь будут помогать ей и подсказывать.

А когда Вика с детьми ушла осваиваться в новом доме, набросились на меня с вопросами. Им хотелось узнать, каким таким образом я узнала о девушке. Пришлось им рассказать выдуманную историю, что мне приснился сон, в котором сосед поведал о письме и попросил помочь. А я утром, когда пошла на автобус, ради интереса решила проверить и нашла письмо там, где и искала.

Ну а дальше, всё просто. Я выполнила то, о чём просили. Вот и всё...

— А где письмо-то? — спросила мама. Я полезла в рюкзак, порылась там, а потом развела руками:

— Не знаю, куда подевалось. Может, я его дома оставила.

Родители сделали вид, что поверили.

Ну а я?

Ну не рассказывать же им, что я с какого-то перепуга видела и общалась с призраком. Хочется надеяться, что такой опыт больше в моей жизни не повторится. Хоть я и рада, что помогла Виктории и Иван Андреевичу, но общаться с призраком мне как-то не очень понравилось.

Бррр!

Глава 4

Переночевав у родителей, я утром отправилась домой. Забежала по пути к Вике узнать, как она с детьми устроилась в отцовском доме.

Семейство Гореловых в полном составе было на кухне. Вика кормила детей завтраком. Девушка предложила и мне чаю, но я отказалась, сославшись на то, что только что из-за стола. Я пожелала детям приятного аппетита и угостила ребятишек яблоками из родительского сада. Оставив детей доедать завтрак, мы вышли с Викой в зал.

— Василиса Леонидовна, я, если честно, до сих пор в себя не приду, — произнесла Виктория, — спасибо вам большое за вашу доброту, за помощь. Я, наверное, никогда не расплачу́сь с вами…

— Перестань, Вик! Ну что ты ещё придумала! Я помогла, потому что могла, и пообещала. Думаю, на моём месте ты сделала бы то же самое.

Девушка вздохнула: — Всё равно, спасибо вам большое. Никак не могу поверить, что нам так повезло. Всё, кажется, закрою глаза, и всё исчезнет. Жаль только, что с папой не довелось познакомиться. Фотоальбом вот обнаружила, мамину фотографию, нашла.

— Что ты дальше планируешь делать? — поинтересовалась я — Надо же, наверное, что-то с работой решать, с детским садиком?

Грустное выражение лица девушки сменилось на озабоченное, в глазах мелькнул страх:

— Надо будет съездить домой, забрать документы и вещи. Хочу позвонить соседке и поехать, когда Тарас на работу уйдёт. Потом надо будет пода́ть заявление на развод. Я смотрела, нам разводиться только через суд, хоть делить и нечего, но у нас дети. Потом попробую Танюшку с Васей в садик устроить и работу буду искать, может, получится здесь найти.

— Мама сказала, здесь хороший детский сад, может, удастся детей туда устроить. Она сегодня к тебе зайдёт, сама расскажет, что здесь и как. Ты, кстати, малышей на неё можешь смело оставлять. Ну вы с ней там сами потом договоритесь, — сказала я и добавила, — Если будет нужна, какая помощь от меня, обращайся. Помогу чем смогу.

— Спасибо вам, Василиса Леонидовна.

— Вася, зови меня Васей или Васёной, мне так привычнее. Телефон мой у тебя есть, если что надо, звони. Ну, я побежала, а то на маршрутку опоздаю, — заглянув на кухню, попрощалась с детьми, — Танюшка, Вася, до свидания. Не скучайте! Пока, Вика.

Дома, немного перекусив и напившись чаю, уселась сканировать фотографии. Отправила папку на электронную почту дочке.

Перебирая старые фотографии, подумала и решила отсканировать их всё.

Пусть будут, создам отдельные папочки, скину их на выносной диск. Подпишу, кто, где и чем «знаменит», как уже сделала это для Алины, и пусть лежат. Есть-пить не просят, а внукам будет потом память.

Для начала решила рассортировать те фотографии, что уже отсканировала. Но не успела приступить, как на телефон одно за другим посыпались сообщения.

Дочка благодарила и обещала позвонить вечером или завтра утром. Второе сообщение было от Вали:

«Васен, ты дома? Если дома, маякни, я подскачу. Меня Ванька отпустил на пару часиков».

Я знала, что подруге время от времени требуется побыть вдалеке от своего неугомонного и шумного семейства. Валя обожала своих детей и мужа. Но постоянно вариться в одном и том же, утомит кого угодно. Поэтому написала ей коротко: «Приезжай».

А сама пошла на кухню, настрогать на скорую руку какой-нибудь салатик. Валюха, она такая, непременно разведёт на сто грамм. Тем более что на свой день рождения, я девчонок не пригласила. Когда в последний раз забегала к Березиным, насчёт вещей для детишек Вики, Валюха многозначительно произнесла, вручив подарок:

— Что Королёва, зажала, да? Зажала. Держи вот подарок и готовься! Всё равно проставиться заставлю, не отвертишься у меня.

Я резала огурчик и улыбалась, вспоминая надутые губки подруги, когда я сказала: — Валь, а может, ну его, а? Может, не надо?

— Надо, Вася, надо! — категорично ответила Валентина и, хитро улыбаясь, добавила: — А потом, неужели ты откажешь мне в удовольствии, хотя бы чуть-чуть расслабиться?

Звонок в домофон отвлёк меня от воспоминаний. Я ополоснула руки и, вытирая их на ходу, пошла открывать двери.

В коридор шумно ворвалась Валя:

— Привет, Васён, представляешь, там такой снег валит. Красиво! Ух! Слушай, что я сочинила:

«Как же надоели эти ноябри,

От хандры спасают лишь каберне и бри». (1)

Держи, подруга, сейчас пить будем!

Я фыркаю. Валя в своём репертуаре: любит подруга баловаться рифмоплётством. Иногда очень даже смешно получается.

Она суёт мне в руки пакет и бутылку вина. Шустро снимает пуховичок, вешает. Секунда — и сапожки стоят на обувнице, словно тут и стояли.

Звонок в дверь заставляет меня замереть на пороге кухни. Кого это там ещё занесло?

— Валюш, посмотри, кто там пришёл! — кричу я и ставлю бутылку и пакет на стол. Разворачиваюсь и снова иду в прихожую, где от удивления роняю челюсть на пол. В прихожей тесно от нежданных гостей.

Валюха с кучей пакетов в одной руке и тортом в другой оттесняет меня в комнату.

— Идём стол накрывать, хозяйка.

И я иду. Мы выдвигаем и разбираем мой стол. Я достаю новую скатерть.

— Валь, надо доставку заказать, у меня шаром покати, — бормочу я, — я же не ждала столько гостей. Салат, вот только греческий настрогала.