Зеркало чудовищ (ЛП) - Бракен Александра

Глава 32

— Ладно… это действительно кажется знакомым, — признала я. — Самую малость.

Эмрис усмехнулся, оглядывая заиндевевшую землю, раскинувшуюся перед нами.

— Тогда считай это попыткой номер два.

Мой взгляд скользнул к нему, но он смотрел только вперед, указывая на темный силуэт, скрадываемый милями, лежащими между нами.

— Это замок, да?

Я прикрыла глаза от бликов странного молочного солнца.

— Похоже на то.

Шторм бушевал всю ночь и утро, и утих лишь пару мгновений назад. Тучи, собирающиеся позади нас, и колкая резкость воздуха создавали ощущение, что он отступил лишь временно.

— Там Росидд должна была открыть для нас портал, — сказала я, пытаясь растереть руки, чтобы согреться. — Надеюсь, остальные тоже направляются туда.

Если с ними что-то случилось ночью, пока я отсиживалась в безопасности рядом с ним у уютного огня…

Я глубоко вдохнула, позволяя холодному воздуху разогнать остатки сна.

Эмрис сделал широкий приглашающий жест рукой в ту сторону.

— Идем?

Мне удалось поспать несколько часов прошлой ночью, в перерывах между разглядыванием его расслабленного лица и поиском признаков того, что он жалеет о том, что мы сделали. Мое тело было расслабленным, но тяжелым, словно я собирала крупицы усталости и носила их как камни в карманах.

— Тэмсин, — тихо позвал Эмрис.

Я почти рассмеялась при виде нелепой шубы, которую он протягивал мне как подношение. Он улыбнулся — одной из своих старых улыбок, слишком уж обаятельной.

— Что? Это, между прочим, стиль.

— Вот сам и носи, — сказала я ему, глядя на снег.

Он схватил меня за руку и притянул обратно, укутывая в мягкие глубины шубы, прижимая к исходящему от него теплу. Его запах — хвоя и земля — теперь жил и на моей коже. Мои чувства были переполнены новым, острым осознанием его присутствия. Воспоминание о тяжести его тела на мне, о царапающей щетине на моей коже… мои глаза снова скользнули к его губам; мои собственные всё еще были припухшими. Мои руки сжались на тепле его груди, ощущая, как неистово бьется его сердце под слоями одежды и кожи.

И все же, мало-помалу, по мере того как ночь отдалялась, а мир вторгался обратно, в центре меня начал завязываться ледяной узел. Я сразу поняла, что это.

Страх.

Я снова подняла взгляд на его лицо, выискивая те знаки — те, что я упустила на Авалоне, те, что подсказали бы мне, что он задумал. Пульс начал ускоряться, когда сработала потребность в бегстве, в безопасности расстояния.

Я в безопасности, сказала я себе, мои руки скользнули к его талии. Держусь за него. За нас.

Эмрис наклонился, коснувшись губами моей щеки, прежде чем прошептать мне на ухо, эхом возвращая мне мои же слова:

— Перестань думать. Здесь только мы.

— А что будет, когда мы будем не одни? — услышала я свой вопрос. Мое тело отозвалось на его близость — как могло быть иначе, когда эти глаза смотрели так глубоко в мои?

— А к чему ты хочешь прийти? — спросил он, отстраняясь, чтобы изучить мое лицо. — Я не собираюсь притворяться, что не хочу, чтобы это стало чем-то серьезным, не хочу зайти так далеко, как ты позволишь.

Я закусила нижнюю губу, и он наблюдал, зачарованный. Я почувствовала, как во мне снова поднимается та теплая сила.

По правде говоря, я никогда не была мечтательницей. То, как я жила до сих пор — преследуемая прошлым, живя одним днем на те крохи денег, что нам удавалось наскрести, — я не позволяла себе этого.

Но Эмрис был не таким. Он был тем, кто жил ради будущего, кто пытался формировать его любым возможным способом. Он желал этого так же сильно, как следующего вдоха.

— Я могу сосредоточиться только на «сейчас», — сказала я ему. — Это всё, что я умею.

Он украл быстрый поцелуй.

— Тогда я встречу тебя там. Между сегодня и завтра.

И этого мне было достаточно.

Рев прокатился по заснеженным холмам, и мы оба припали к земле. Ветер играл с нами, донося звук сразу со всех сторон.

После этого мы ничего не говорили, лишь ускорили шаг и смотрели в оба.

Прошел час, может, больше, прежде чем мы наткнулись на странный, волнистый отпечаток и первую лужу крови, запятнавшую снег.

Мои руки сжались в кулаки в карманах куртки. Внутри грудной клетки сердце завело предательскую песню: Они мертвы. Они мертвы. Они мертвы.

— Скажи мне, что это не тот след, по которому мы пойдем, — начал Эмрис.

Я лишь посмотрела на него и продолжила путь.

Избежать кровавых следов было невозможно; они вели в том же направлении, что и мы, — к заброшенной деревне у подножия замковых стен. Тот факт, что мы вообще видели путь, проделанный существом, означал, что след оставили сегодня утром, уже после ночного снегопада.

Если остальные пришли этой дорогой…

Я заглушила эту мысль и подняла взгляд к возвышающейся впереди громаде. Больше чем просто дом королей, это была цитадель, врезанная в склон небольшого пика. Четыре уровня внешних строений поднимались один за другим к бледно-каменному замку на вершине. Я насчитала четыре башни, и даже сквозь снежную пыль их шпили блестели золотом.

Деревня разрослась вокруг главной дороги, ведущей к воротам замка. Помимо кузницы и горстки строений с обветшалыми вывесками, возвещающими о ремеслах или товарах, остальные здания казались уютными каменными коттеджами. У некоторых были загоны для животных, которым они больше не требовались, у других — погребенные под снегом сады. Нашим единственным приветствием стал скрип колодезного ведра на ветру.

Как и холмы фейри, большинство каменных коттеджей выглядели так, словно их обитатели встали из-за стола за завтраком и так и не вернулись. Ставни стучали и ломались, как веточки, от легчайшего прикосновения. Мельком заглядывая сквозь сорванные двери и открытые окна, мы видели сцены, почти разбивающие сердце своей обыденностью. Соломенная кукла, оставленная на кровати. Свечи и шкуры, развешанные для сушки — навечно неиспользованные. Оборванная нить на прялке.

Мы замедлили шаг, держась ближе друг к другу по мере того, как следы продолжались и появлялись лужи крови. Мой пульс бился сильнее с каждым шагом. Когда мы обогнули угол обрушившейся конюшни, я потянулась назад к рукояти Дирнвина и задержала дыхание.

Не Нева, взмолилась я про себя. Не Кейт.

Но в этом мире не осталось богов, чтобы услышать меня. Были только мы и монстры.

Эмрис пристроился рядом, ободряюще кивнув мне. Я выпустила воздух из ноющих легких и заставила себя выглянуть за осыпающуюся каменную стену.

Колени стали ватными. Я уперлась рукой в остатки коттеджа, закрывая глаза, пытаясь унять бешеный стук сердца.

— Как думаешь… что могло сделать такое? — спросил Эмрис.

Черный змей длиной в три моих роста лежал кусками на дороге. Лоскуты его блестящей чешуи были изрешечены дырами. Неопознанная, наполовину съеденная масса окровавленного меха осталась возле его разверзнутой пасти; клочья белой шерсти прилипли к липкой крови на клыках, похожих на мечи. Мой разум мгновенно сложил историю: существо вышло на охоту, нашло себе обед и несло его в логово, когда другой, более смертоносный хищник застал его врасплох.

Я побежала к воротам замка, оставив позади тяжело дышащего Эмриса, пытающегося не отставать.

Главная дорога служила артерией, поднимающейся мимо жилых домов, мастерских гильдий и оружейных. Крытые рынки, защищенные от снега, открывали последние свидетельства бойни прошлого. Каменная мостовая стала там багровой, всё еще запятнанной кровью, которую так и не смыло до конца.

— Я думал… реки крови… это только сказка, — выдавил Эмрис между тяжелыми вдохами. Мои легкие тоже работали как кузнечные мехи, посылая дрожь по телу.

— В саду каждой истории всегда есть зерно истины, — сказала я. Еще одна любимая присказка Нэша.

Зубы богов. Я не удостоила этого человека ни одной мыслью с момента перехода в Лионесс, но он тоже должен быть где-то в королевстве. Учитывая его фору, был хороший шанс, что он уже опередил нас и добрался до цитадели, а может, и до Экскалибура.