Три вида удачи (ЛП) - Харрисон Ким

Его тонкие губы дрогнули.

— Но небольшое перевоспитание полезно для души.

Живот у меня сжался, когда охрана жестом велела нам идти.

— Из сортира — в канализацию, — пробормотал Бенедикт, и я придвинулась к нему ближе.

— Сайкс, — Лев нервно поёрзал, не желая уходить. — Убивать человека за то, что он потенциально может сделать, — не ради этого я вступал.

— Тогда зачем ты вступил, мистер Эвандер? — раздражённо спросил Сайкс. Эшли уже давно ушла, и было ясно, что он хочет просто закончить этот день.

— Чтобы покончить с тенью, сэр.

— Этим мы и занимаемся, — Сайкс поднял взгляд, его обожжённая солнцем рука велела охране вывести нас. — Этим мы занимались тысячелетиями. Вы свободны, Лев, — добавил он спокойно, явно покончив с разговором.

— Да, сэр, — мрачно ответил Лев, и глаза Сайкса сузились от раздражения. — Грейди, это было не то, чего я хотел, — сказал Лев, повернувшись ко мне.

И всё же вот мы здесь: без лодстоунов, без жезлов, без вариантов.

— Вон, Эвандер! — рявкнул Сайкс, и Лев отдал такой чёткий салют, что им можно было резать лёд, развернулся и вышел. И меня вдруг поразило, что Лев был единственным, кого я видела проявляющим хоть какой-то знак уважения — вероятно, остаток его времени в обычной армии. Все остальные, похоже, считали, что самый громко лающий пёс и есть вожак.

Шум офиса втёк обратно вместе со звуком ботинок Льва, когда он побежал за Эшли… и тут выражение моего лица опустело, когда я посмотрела на двух охранников.

— Двигайся, — сказал один, его лодстоун подмигнул. — На выход и направо.

Паника сжала сердце, стягивая его. Всё разваливалось.

Глава 22

— Двигайся, — потребовала ближайшая охранница, потянувшись к моему бицепсу.

Я дёрнулась в сторону, и её румяное лицо окаменело.

— Сейчас, — добавила она и, похоже, вполне была готова позволить мне идти самой, пока я не останавливаюсь. Подняв подбородок, я вышла в открытый офис.

Бенедикт шёл рядом со мной, бледный, ссутулившийся, широкие плечи сведены внутрь. Вместе мы пробирались через небольшой лабиринт столов и вышли в коридор с пустой витриной наград.

— Куда вы нас ведёте? — спросил Бенедикт, когда мы ощутили более прохладный воздух.

— На ранчо, — сказала женщина у меня за спиной, а потом мягче — своему напарнику: — Марти, транспорт уже спереди?

— В пути, — ответил он, и Бенедикт встретился со мной взглядом, нахмурившись от тревоги.

Мы оба вздрогнули от резкого, внезапного писка сигнализации на всё здание. Женщина, подгонявшая нас, бросила взгляд на часы. Это была одна из тех техно насыщенных работ, и она тут же расслабилась, снова глянув на меня — мол, иди дальше. Честно говоря, я удивилась, что сигнализация вообще продолжала работать при таком количестве свободно распространяющегося дросса вокруг. Значит, всё было изолировано.

— Что у нас, Фиск? — спросил Марти, и женщина — Фиск — раздражённо фыркнула.

— Пожарная сигнализация, — сказала она. — Глюк.

— Проводка тут дрянь, — пожаловался Марти.

Бенедикт бросил на меня взгляд, но надежды в нём не было. Проводка, говорили они — а скорее всего, это был дросс. Это место было свинарником.

— Наружу, — сказал Марти. — Я не собираюсь торчать здесь и ждать под этот гвалт.

Мне было всё равно, и я с упорством тысячи подростков распахнула металлическо-стеклянную дверь. Я остановилась у выцветшей цифры три, с ощущением, будто жду, пока отец заберёт меня после школы. Если бы в моей школе были вооружённые охранники, — кисло подумала я, когда в дымчатых сумерках заблестели фары приближающегося джипа.

Бенедикт и охрана держались близко — винтовки в руках, лодстоуны напоказ. Солнце садилось за плотную гряду облаков, верхнее небо было ослепительно розово-голубым. Накопленное в асфальте тепло поднималось волнами, тёплые порывы ветра были рваными.

— Ранчо, значит? — спросила я, когда во мне поползло тревожное, неустойчивое чувство. Я знала пустынные велодорожки так же хорошо, как некоторые знают расписание автобусов. Солнце почти село — значит, когда их лодстоуны разрядятся, у них останутся… винтовки. Думай, Петра.

— А, Петра? — тихо сказал Бенедикт, и я проследила за его взглядом: к нам от боковой двери бежал невысокий мужчина с военным рюкзаком и чем-то, очень похожим на мой жезл.

— Это Лев? — прошептала я, узнав плохую стрижку и неловкую походку.

Как прилив, во мне расцвела злость. Шпионы. Оба. И всё же он был здесь — взгляд беглый, дыхание ровное, когда он остановился перед охраной.

— Рад, что успел до прибытия транспорта, — сказал он, совсем не запыхавшись. — Планы изменились, и идиот, который дёрнул пожарную сигнализацию, положил связь. Сайкс хочет, чтобы они прошли предварительное тестирование перед вывозом.

Фиск посмотрела на часы, постучала по ним и вздохнула.

— Нам никто не сказал.

Лев развёл руками, бросив взгляд на здание за нами, где сигнализация всё ещё выла, а все её игнорировали.

— Как я и говорил, связи нет.

— Почему у тебя её жезл? — спросил Марти, и Лев вздохнул. Он до сих пор на меня не смотрел. Словно меня не существовало. Или потому, что он что-то задумал?

— Сайкс думает, что она может тянуть время, — сказал Лев, глядя на меня. — Он приказал провести полный осмотр, включая проверку того, что они могут и не могут делать со своим оружием.

Оружием? — удивилась я. Ну да, я могла бы кого-нибудь ударить жезлом, но это было ничто по сравнению с магией лодстоунов и винтовками.

— Мне нужно это проверить, — сказала Фиск, когда перед нами с визгом остановился чёрный четырехдверный джип.

— Ранчо, верно? — спросил водитель, не выходя, и глаз Льва дёрнулся.

Фиск нахмурилась.

— Похоже, у нас есть вопросы по этому поводу. Пожарная сигнализация положила Wi-Fi. Можешь выйти на связь и подтвердить?

— Ага, — ответил водитель и потянулся к рации.

Пульс у меня загрохотал.

В тот же миг, как внимание водителя сместилось, Лев полез за пазуху.

— Бен! — крикнул он, и Бенедикт дёрнулся, ловя летящий в него стеклянный пресс-папье.

— Ложись! Сейчас! — заорал Марти, и я ахнула, дезориентированная, когда Фиск толкнула меня на асфальт. Руки больно обожгло, дыхание вышибло, когда колено врезалось мне в спину.

— Эй! — выдохнула я, пытаясь убрать волосы с глаз.

Бен уставился на стеклянный шар у себя в руке в замешательстве… а потом швырнул его в Марти.

Марти пригнулся. Его лодстоун вспыхнул, энергия видимо вылилась наружу яркой дымкой, сжатой плотным полем, пока водитель вываливался из джипа. Он успел сделать всего шаг, прежде чем Лев схватил его за рубашку и швырнул головой вперёд — прямо в бок машины. Оглушённый, водитель рухнул на асфальт и сел, прислонившись к заднему колесу, пока свечение вокруг его кольца мигнуло и погасло.

Что-то задумал…

— Я думал, ты успел превратить его в лодстоун! — раздражённо бросил Лев.

— За три секунды? — выпалил Бенедикт. — Внутри здания? Где моё кольцо? — Он попятился от наступающего Марти. — Мне нужно моё кольцо!

— Ложись! — крикнул Лев, и я нырнула вниз от хлопка магии, съёжилась, когда нас накрыла дымчатая аура энергии, словно северное сияние.

Воздух вырвало из лёгких — казалось, земля протянула руку и схватила меня, расплющив… я была поймана, как убегающая крыса.

А потом, с вспышкой чистого света, всё исчезло.

Лёгкие снова наполнились воздухом. Я вывернулась, вынырнув из-под Фиск и сбив её на землю. Заклинание притяжения Марти зацепило и её тоже — она выглядела взбешённой, одной рукой тянулась к пистолету, другую сжала в кулак; лодстоуновое кольцо блеснуло, когда она приподнялась.

Всё ещё лежа на асфальте, я пнула её по кулаку, сбивая прицел, как раз в тот момент, когда она формировала пси-поле.

— Да ты просто бесишь меня, тупая чистильщица! — заорала она, когда заклинание пошло вкривь и энергия ушла вхолостую. Солнце уже село. Камень у неё был пуст. Она навела на меня пистолет — и я снова пнула, отправив его с визгом скользить по парковке.