Космический замуж. Любовь прилагается (СИ) - Валери Лия

— И каких же? — поинтересовался Грэйв, приподнимаясь на локте.

— У меня, вообще-то, бабушка на попечении! И я прогуляться хочу.

— Ну, с бабушкой у тебя робот, — отмахнулся Хоук, — а прогуляться нам тоже полезно.

— Я хочу одна! — твёрдо заявила я. — И вообще, я не разрешаю вам ко мне прикасаться, пока вы не поймёте, что быть эгоистами нельзя.

Грэйв усмехнулся:

— С чего это? Наоборот, эгоистами жить проще.

— Если хотите ещё раз до меня дотронуться, — сказала я, глядя на них с вызовом, — то вам придётся научиться слушать меня.

С этими словами я вышла из комнаты, высоко подняв подбородок. Чёрт возьми, а ведь было приятно поставить их на место!

В своей комнате я быстро переоделась в практичный комбинезон и направилась к бабушке. Дверь в её комнату отъехала, и я застыла на пороге.

Комната представляла собой настоящий хаос. Бабушка, видимо, с самого утра была занята «строительством». Она стащила всю мебель в центр комнаты, соорудив нечто, отдалённо напоминающее башню. Терми метался вокруг, беспомощно пища:

— Я пытался воспрепятствовать! Прошу прощения! Она была так настойчива…

Я закатила глаза и с отчаянием хлопнула себя ладонью по лбу.

— Боже, — прошептала я. — Такое ощущение, что меня окружают одни дети.

Одни — которые не знают слова «хватит» в постели, другая — которая строит башни из мебели вместо того, чтобы спокойно завтракать.

— Бабушка кушала? — спросила робота, тот закивал, на его лице экране появилась довольная улыбка.

— Что ж, это хорошо. Тогда оставляю тебя с ней. А мне пора работать.

Захлопнула дверь, недослушивая жалобу Терми о том, что ему тоже нужен выходной.

Я шла по саду, наслаждаясь непривычной тишиной. Воздух был свеж и наполнен ароматами незнакомых растений. В руках я сжимала портативный сканер. Устройство мягко гудело в руке, анализируя ДНК каждого растения. Я искала цветок — «слезу феникса», как его называли в земных отчётах. Вытяжка из него была последней надеждой для бабушки. На Земле, в архивах, я нашла упоминание об этом растении, способном замедлить, а возможно, и остановить процесс эрозии памяти. И всё, что мне было известно — оно растёт где-то здесь, на Экзоне. На Земле это лекарство стоило как свой личный корабль, поэтому мне было проще пересечь галактику и сделать это лекарство самой.

Я присела на корточки, чтобы просканировать невзрачный кустик с серебристыми листьями, как вдруг услышала за спиной знакомые тяжёлые шаги. Я вздохнула и обернулась.

— Я же сказала, что хочу одна.

— Мы подумали над своим поведением, — раздался спокойный голос Грэйва.

Они стояли передо мной, выглядя непривычно… смирёнными? Хоук, обычно такой буйный, переминался с ноги на ногу, а Грэйв смотрел на меня с лёгкой, почти что виноватой улыбкой.

— Обещаем, будем нежными, — сказал Хоук, и в его голосе прозвучала такая искренняя решимость исправиться, что я едва сдержала улыбку. — И не будем эгоистами. Твоё слово для нас — закон, жена.

Я выпрямилась, уперев руки в боки и пытаясь сохранить серьёзное выражение лица.

— Хорошо. Я вас выслушала. Посмотрим, как вы дальше себя будете вести. Слова словами, а дела я сама оценю.

Грэйв кивнул, скрестив руки на груди. Его взгляд упал на сканер в моей руке.

— Тебе помочь? Сканируешь что-то?

Я покачала головой.

— Нет, спасибо. Я сама. А вам разве на работу не надо? В вашу… контору?

Хоук усмехнулся и опёрся плечом о ствол ближайшего дерева, отчего его ветви затрепетали.

— Мы решили взять выходной. Ну и, если верить вашим земным традициям, у нас же медовый месяц. — Он бросил на меня долгий, многозначительный взгляд. — Который мы очень хотим провести со своей женой.

Я почувствовала, как по щекам разливается краска. Они были невозможны. Абсолютно невозможны. Всего несколько часов назад они вели себя как дикари, а сейчас стояли передо мной, такие большие и — странно это осознавать — почти что послушные, предлагая провести «медовый месяц».

— Медовый месяц, — повторила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — А по-вашему, по-экзонски, это как? Бегать за женой по саду и мешать ей работать?

Грэйв сделал шаг вперёд, его глаза сверкнули.

— По-нашему это значит быть рядом. Всё время. И помогать жене во всём, что ей нужно. — Он наклонился чуть ближе. — Например, подержать этот сканер. Или… отогнать назойливых насекомых.

От его близости у меня перехватило дыхание. Чёрт возьми, они явно играли нечестно. Использовать против меня мои же собственные слова и делать вид, что они такие образцовые мужья.

Я шагнула назад.

— Ладно. Хорошо. Только… не мешайте. И помните о своём обещании.

— Обещание помним, не переживай. — тихо ответил Хоук. — Ну а теперь говори, чем тебе помочь.

Глава 9

Я смотрела на их лица и никак не могла, решить стоит ли мне им доверять?

— Ладно, — вздохнула, приняв решение всё же быть откровенной. — Я ищу растение, которое на Земле называют «Слеза Феникса».

Братья переглянулись.

— Странное название. Никогда не слышал о таком, — Грэйв нахмурился.

— Я тоже, — добавил Хоук, пожимая плечами. — Но если оно тут есть, мы его найдём. Как оно выглядит?

— Я… не знаю точно, — призналась я. — В архивах не было изображения. Только описание: многолетник с листьями, которые переливаются на свету, будто покрыты росой. И главное — его пыльца должна светиться слабым голубым светом в ультрафиолете.

Хоук тут же ринулся вглубь сада, а Грэйв остался рядом, его аналитический ум уже работал.

— Пыльца… Значит, это цветущее растение. Высокое? Низкое?

— Не указано, — развела я руками. — Это всё, что у меня есть.

Мы начали поиски. Хоук оказался ужасным помощником. Он срывал каждый яркий цветок, что попадался на глаза, и с победоносным видом тащил его мне.

— Вот! Это оно? — он протянул мне огромный алый бутон, похожий на распустившуюся плазму.

— Нет, Хоук, — вздохнула я, сканируя цветок. — У этого нет свечения.

— Ладно! — он ни капли не расстроился и помчался за следующим.

Через минуту он вернулся с растением, усыпанным мелкими фиолетовыми колокольчиками.

— А это? Пахнет очень вкусно!

— Нет, — я покачала головой, отстраняясь от резкого аромата. — И не это.

Он тяжело вздохнул, развернулся и отправился дальше на поиски. Эта картина повторялась раз за разом. Он приносил то колючую ветку с синими ягодами, то папоротник с серебристыми спорами, то лиану с цветами, пахнущими жжёной пластмассой. Каждый раз он смотрел на меня с такой надеждой, а после моего отказа его плечи опускались, и он, как большой, неуклюжий щенок, шёл искать дальше.

Грэйв же, наоборот, методично обследовал один участок за другим, внимательно изучая листья и стебли. Сканировал их на ультрафиолет. Спустя час поисков он опять подошёл ко мне, пока его брат с гиканьем гонялся за каким-то светящимся мхом.

— Ульяна, — начал он серьёзно. — Это растение… для чего оно тебе? Для твоих исследований?

Я замерла. Вот он, главный вопрос. Я потупила взгляд, нервно теребя сканер.

— Я… не уверена, что могу рассказать.

В этот момент Хоук, вернувшийся с очередным «кандидатом» (со мхом, который он всё-таки поймал), услышал наш разговор и подошёл ближе.

— Давай, колись, — сказал он и положил свою ладонь мне на плечо. — Мы всё равно знаем и другие твои тайны.

Я смущённо захлопала ресницами.

— Какие ещё мои тайны?

Хоук ухмыльнулся, его глаза сверкнули.

— Ну, например, то, что ты любишь, когда твои губки языком ласкаю, — он продемонстрировал это движение в воздухе, отчего у меня загорелись щёки, — и что ты кончаешь очень громко, если…

— Хорошо! Хорошо, я поняла! — перебила я его, чувствуя, как пылают щёки. И чтобы остановить этот поток откровений и скрыть смущение, ответила: — Оно для бабушки!

Оба брата замерли. Весёлый огонёк в глазах Хоука погас, сменившись вниманием. Грэйв скрестил руки на груди, его взгляд стал ещё более сосредоточенным.