Тревожа мертвых (ЛП) - Армстронг Келли

Я бы не сказала, что это было зря. Хотя Флоренс и права — кража мумии вряд ли тянет на мотив для убийства, — тот факт, что кто-то донимал сэра Аластера просьбами о мумифицированных останках незадолго до того, как эти самые останки украли, вряд ли можно считать простым совпадением.

Это напомнило мне еще об одном. Я ведь ходила на подпольный рынок именно за наводкой на покупателей мумии. Пора поговорить с Греем и МакКриди о том, насколько важной может оказаться эта ниточка.

***

Грей и МакКриди разошлись во мнениях, и этот раскол я могла предсказать заранее. Грей не видел ничего плохого в том, чтобы Айла помогла нашей «мисс Хэвишем» с черного рынка. МакКриди же был куда менее склонен позволять Айле связываться с этой «криминальной дельцом» ради зацепки, которая может оказаться пустышкой.

В конце концов, я поняла, что выбор на самом деле не за ними, и с моей стороны было ошибкой перекладывать решение на их плечи. Айла и так страдает от недуга, слишком распространенного среди викторианских женщин среднего и высшего сословия. Этот недуг называется «всю жизнь за тебя решают мужчины». Сначала отец, потом муж, теперь вот брат. Младший брат, между прочим. Юридически у шотландок прав больше, чем у англичанок, но на практике даже в статусе вдовы Айла находится под негласной опекой Грея.

Айла, возможно, менее затворница, чем большинство дам её круга, но это означает лишь то, что она занимается наукой и путешествует в одиночку. По сравнению со мной и большинством женщин моего времени она всё еще тепличная и местами наивная. Это позволяет легко принимать решения за неё.

«Ради её же блага». «Просто защищаю её интересы».

Это чистой воды инфантилизация, и она имела бы полное право разозлиться на Грея за такое поведение, а уж на меня — и подавно. Я-то должна понимать лучше других.

Я заявила Грею и МакКриди, что нам нужно вынести этот вопрос на обсуждение с Айлой, предоставив ей все данные для принятия взвешенного решения. Вернувшись в особняк, мы именно так и поступили. Неудивительно, что Айла согласилась на сделку. Впрочем, она четко обозначила, какие услуги будет оказывать, а какие — нет, и как именно это будет организовано, чтобы сохранить её анонимность. Другими словами, она сделала расчетливый выбор профи.

Грей отправил Саймона с письмом к Королеве Мэб.

Мы как раз заканчивали обедать, когда пришло послание. Первой моей мыслью было: «Оперативно». Но оказалось, что это Боб, мальчишка на посылках у Элспет, принес пакет от Джека.

— О, глядите-ка, — сказала я, размахивая брошюрой. — Свежий выпуск «Таинственных приключений Серого Доктора». — Я подняла книжонку, демонстрируя обложку с аляповатым наброском, на котором, видимо, была я, застывшая в ужасе перед мумией, встающей с прозекторского стола. — Похоже, кто-то уже вовсю строчит про наше последнее дело. Думаете, там есть подсказки?

Айла забрала у меня брошюру.

— О, это может оказаться даже полезным. Слушайте: «Пока лучшие граждане Эдинбурга толпились у стола, дорогая мисс Митчелл развернула полоску ткани, обнажив лицо бедного сэра Аластера, застывшее в ужасающей гримасе. Она отпрянула в объятия нашего отважного Серого Доктора, который поспешил её успокоить, пока её алебастровая грудь вздымалась, а сама она прелестно задыхалась».

— «Прелестно задыхалась»? — я изобразила собачью одышку. — Вот так?

— Тебе нужно поработать над дыханием, — заметила Айла. — Иначе Дункан никогда не захочет тебя успокаивать. Запомни это. Девушка должна тщательно выверять моменты истерики, если хочет привлечь правильное внимание мужчины. Обморок — это нормально, как и «прелестное удушье». Но если ты сорвешься на панические вопли, мужа тебе не видать.

Я закатила глаза:

— По крайней мере, мы можем вычеркнуть автора из списка тех, кто действительно был на приеме.

— М-м, не спеши с выводами, детектив Митчелл, — возразила Айла. — Автор описывает твое платье до мельчайших деталей. Либо он сам там был, либо говорил с кем-то из гостей.

— Насколько там всё плохо дальше…? — начала я, но меня прервал стук в дверь.

— Простите, что снова мешаю, — сказала Лорна, когда Грей разрешил ей войти. — Но пришло еще одно сообщение. Это адресовано доктору Грею.

Она протянула конверт. Грей взял его и отпустил горничную. Пробежав глазами по строчкам, он передал письмо МакКриди, который, изучив его, выругался.

— Я сдаюсь, — МакКриди отбросил письмо в сторону. — Прости, Айла, но, похоже, мне не остается ничего другого, как переехать в твою гостевую комнату, раз уж люди вообразили, будто я живу здесь. По крайней мере, я буду тешить себя этой мыслью — это не так сильно бьет по самолюбию, как признание того, что Дункана считают более выдающимся сыщиком.

— Еще один повод найти того, кто пишет эти пасквили, — я указала на брошюру, — и прикрыть лавочку. Подозреваю, в письме очередной вызов.

МакКриди уже поднимался на ноги, Грей последовал его примеру.

— Автор утверждает, что знает, где мы можем найти Селима Авада, — произнес МакКриди. — Это было бы куда более захватывающе, если бы я не боялся, что это ложный след.

— Или ловушка, — добавила Айла.

— Да, — кивнул МакКриди. — Учитывая, кому адресовано письмо, кто-то может просто надеяться выманить Дункана и Мэллори, чтобы посмотреть на них в действии.

— Мы можем пойти с вами? — спросил Грей. — На случай, если отправитель действительно ожидает увидеть нас?

Улыбка МакКриди потеплела:

— Отличный предлог для приключения. Да, пойдемте. Я пошлю весточку в участок за подкреплением, но сам направлюсь прямо туда — ваша поддержка не помешает.

Согласно записке, молодого человека, подходящего под описание Селима Авада, видели у доходного дома — или «лэнда» — в районе Лейт-Уинд в Старом городе. Этот район славится проституцией, и, судя по осторожным формулировкам в письме, здание является борделем. Или, может, «бордель» — не совсем верное слово. Это подразумевает организованное заведение под управлением мадам. Эти же дома в основном заселены секс-работницами, которые трудятся либо независимо, либо под присмотром «красавчика» — любовника, который по совместительству является их сутенером. По словам МакКриди, в этом районе есть три таких здания, образующих треугольник, которые местные называют «Счастливая Земля», «Святая Земля» и «Праведная Земля». Мне ужасно хотелось узнать историю этих названий, но МакКриди хранил молчание, явно желая меня подразнить.

Всё это казалось мне крайне любопытным. Я не раз бывала в этой части Старого города и в этом времени, и в своем собственном, но не знала историй, скрытых за этими стенами. Полагаю, чтобы знать такое, нужно быть потенциальным клиентом.

Даже зная то, что я знаю, я не видела ничего из ряда вон выходящего. Конечно, сейчас только начало второго дня, но МакКриди говорит, что даже ночью здесь не встретишь полуголых девиц, вальяжно расхаживающих перед домами. В рекламе нет нужды. Если хочешь нанять работницу, ты знаешь, где её искать, или тебя направит тот, кто в курсе.

Женщины, которых я замечала, выглядели вполне обыденно, хотя у многих глаза были заспанными, будто они только что проснулись. Увидев МакКриди, пара девиц напряглась, явно готовая нырнуть обратно в тени, но он лишь приподнял шляпу, словно перед леди из Нового города. Одна приободрилась, преисполненная надежд, пока не заметила меня, тогда она одарила меня завистливым взглядом и продолжила свой путь. Несколько женщин посмотрели на Грея, но скорее с любопытством. Всё внимание доставалось МакКриди, видимо, они понимали, что он коп.

Мы не остановились ни у одного из трех зданий. В записке говорилось, что Селима видели у входа, где он «беседовал с молодой леди», но при этом он «нетвердо стоял на ногах», и она помогла ему зайти в соседний дом.

Помогла? Или воспользовалась тем, что он в стельку пьян?

Конечно, мы не знаем, действительно ли это Селим Авад. Есть большой шанс, что они просто увидели смуглого юношу. Мы также понимаем, что это не случайная наводка. Тот, кто её прислал, знает, что полиция ищет Селима, а раз письмо пришло Грею, значит, автор понимает и причину поисков. Обычно такие вещи не разглашаются, хотя в эту эпоху нельзя быть уверенным, что какой-нибудь констебль не раззвонил на каждом углу, что Селим разыскивается за убийство сэра Аластера.