Рожденные лихорадкой (ЛП) - Монинг Карен Мари

Затем я прищурила глаза, уставившись на браслет, сверкающий серебром на моем запястье. Следующего Темного, попавшегося мне на пути, я не стала обнулять или бить. Я просто осталась стоять, предоставив ему достаточно возможностей ударить меня. Его кулак отскочил, как будто ударился о невидимый щит.

Я нахмурилась. Дело было вовсе не в моем удивительном мастерстве.

На мне был браслет Крууса, и он был действительно таким великолепным, как его и описывал В'Лейн. Темные не могли прикоснуться ко мне. Твою ж мать.

Мелочь, а приятно.

- Следи за мечом, – бросила я Джаде, приблизившись к ней. Как и мое копье, он мог сотворить со мной ужасные вещи. И я хотела, чтобы она знала наверняка, где я нахожусь в каждый отдельно взятый момент времени.

Она повернула голову и посмотрела на меня, и я резко втянула воздух. О, да. Она убивала. Она была создана для этого. Ее изумрудные глаза были лишены любого намека на эмоции, они были пустыми. Она была так обвешана внутренностями и залита кровью, что ее лицо было как будто в камуфляже, от этого белки её глаз ярко выделялись своей белизной.

Мы встали спина к спине, действуя идеально синхронно, кружась, разрезая и нанося удары.

- Кто, черт возьми, опубликовал ту листовку? – воскликнула Джада.

- Понятия, нахрен, не имею, – хмуро ответила я ей.

- Я обнаружила ее, возвращаясь из Дублина. Они уже сдерживали их. Мои женщины умирают, – рычала она.

- Я привела кое-каких... зверей... с собой, – бросила я ей из-за плеча. – У меня есть союзник, о котором ты не знаешь. Они сражаются за нас. Сообщи своим ши-видящим об этом, – и я описала их ей.

- Где ты их раздобыла?

- В одно из своих посещений Зеркалья, – солгала я. Приятно было находиться здесь, делать то, что мы делали, убивать вместе с Джадой. Когда-то мы уже делали это, и я скучала по тем временам. Сражаясь рядом с ней, я чувствовала себя такой чертовски живой, как будто я была именно там, где и должна была быть, и вместе нам все по плечу.

- Ты доверяешь этим своим союзникам?

- Безоговорочно. Они могут убивать фейри.

- Совсем убивать? – изумленно спросила она.

- Да.

- А Ри... А Бэрронс и остальные придут?

Я не знала, что ей ответить на это, и внезапно поняла, что у нас появилась проблема. Если появятся звери, а не Девятка, она будет раздумывать, почему они не пришли на помощь.

- Не знаю, кто конкретно из них, – наконец, сказала я. – Я знаю, что некоторые из них отсутствуют по какому-то заданию Риодана, – вау. Это прозвучало жалко. Какому-то заданию?

Но Джада ничего не ответила и отошла подальше на какое-то время, а потом я выпустила ее из виду, когда она исчезла в гуще сражения, чтобы оповестить своих женщин и самой идентифицировать зверей, которых я привела с собой. Она должна была убедиться в том, что они действительно наши союзники и могут невозможное.

Я превратилась в машину для убийства, понимая наконец-то, почему Джада с Бэрронсом считают этот акт таким очищающим.

Здесь, на войне, жизнь предельно проста. Здесь есть хорошие парни и плохие. И твоя миссия так же предельно проста: убивать плохих. Не прикрываясь цивилизованностью. И сложными социальными правилами. Существует лишь несколько моментов, когда жизнь становится настолько простой и ясной. И это невероятно привлекает.

В конечном итоге я оказалась возле главного входа, где была и Джада. Вокруг неё были некоторые из Девятки в звериной форме. Они рычали, помогая заблокировать дверь в аббатство.

Риодан и Лор тоже были здесь, оба в человеческой форме, они исчезали и вновь появлялись, но всё время держались поблизости.

Я фыркнула. Риодан все продумал. Некоторые из Девятки продемонстрируют свое присутствие, в то время как другие будут "отсутствовать на каком-то задании". Великие умы мыслят одинаково.

Вокруг нас фейри стали отступать. Одно дело – попытаться освободить принца, и совсем другое – пожертвовать своим бессмертием ради этого. Людей можно убедить отдать жизнь ради детей, стариков и немощных. Мы способны на патриотизм и самопожертвование, которые гарантируют выживание нашим потомкам и благополучие нашему миру.

А фейри на такое не способны. У них нет будущих поколений, им нет дела до других представителей их вида, и они питают глубокое отвращение к самой идее о том, чтобы расстаться со своими заносчивыми эгоистичными жизнями.

Я с осторожностью применила свои чувства ши-видящей, приглушив их до минимума, поскольку не горела желанием быть оглушенной такой какофонией диссонансных мелодий.

Как я и подозревала, в рядах наших врагов начался разлад. Некоторые из внешних рядов убегали, другие, возле самого центра, прокладывали себе путь, чтобы последовать их примеру.

Это армия не была целеустремлённой. Это был сброд, неуправляемый и разрозненный. Быть может, они и последовали сюда ради общей цели, но кроме открытого нападения у них не было другого плана. И это наступление вело их к смерти. Необратимой.

Я вздохнула, понимая, что даже если сейчас фейри и отступят, то со скорым наступлением темноты некоторые из них попытаются снова напасть. Они предпримут более продуманные атаки, не такие очевидные, более направленные и жесткие. Новость уже разлетелась: легендарный принц Круус был заточен в темнице под аббатством.

Неожиданный взрыв позади меня чуть не сбил меня с ног, град разбитого стекла посыпался на спину.

- Огонь! – кто-то закричал. – Аббатство в огне!

Я начала лихорадочно осматриваться, когда очередной взрыв сотряс аббатство.

Глава 33

Я буду любить тебя до конца...

Тут и началось сумасшествие.

Половина ши-видящих ринулась к каменной крепости, оставшаяся половина осталась на поле сражения, оказавшись перед нереальным выбором. Я испугалась, поскольку даже Джада выглядела расстроенной. Она никогда не демонстрировала эмоции, но сейчас её одолела неожиданная неуверенность, а в глазах появился налет беспокойства и ранимость.

- Где огонь? В какой части аббатства? – требовательно спросила она.

- Не могу сказать, отсюда не видно, – ответила я ей. Я находилась слишком близко к аббатству для того, чтобы ясно видеть картину.

- Судя по всему, это старое крыло Ровены, – крикнула ши-видящая метрах в шести от нас.

Мне было все равно. Я хотела, чтобы все, чего хотя бы однажды касалась старая сучка, сгорело дотла, ко всему прочему это обеспечило нас дополнительным бонусом, поскольку пожар уберет с дороги расширяющейся черной дыры эту часть аббатства.

- И южное крыло с семнадцатой библиотекой! – крикнула еще одна ши-видящая.

- Давайте туда. Нам необходимо то, что находится там, – приказала Джада. – Пусть крыло Ровены горит, – зло добавила она.

- Судя по всему, жарче всего в восточном крыле, – крикнула еще одна. – Библиотека Драконихи. Наверное, оттуда все и началось. Оставим ее? Там же ничего нет, правильно?

Джада побелела и замерла.

- Что такое? – спросила я. – Нам надо её тушить? Джада. Джада! – кричала я, но она исчезла, стопкадрируя во все еще взрывающееся аббатство.

Риодан тоже исчез.

А затем Джада вернулась, ее тащил за собой Риодан. У него кровоточил рот, и намечался хороший фингал.

- Отвали от меня, ублюдок! – рычала она, пинаясь и нанося удары, но он был вдвое тяжелее ее и более мускулистым.

- Пусть другие тушат его. Твой меч нужен в битве.

Джада вытащила из-за спины меч и отбросила его.

- Возьмите чертову штуку и отпустите меня!

Я резко вдохнула. Даже не представляла, что в мире существует что-то, ради чего Джада готова бросить свой меч. Одна из рядом стоящих ши-видящих посмотрела на нее. Джада кивнула, и женщина, подняв меч, вернулась на поле битвы.

Вокруг нас бой разгорелся с новой силой, пока ши-видящие покидали лужайку, чтобы спасти аббатство.

Но для меня имело значение лишь это поле битвы. Если Джада хотела сражаться с огнем вместо фейри, это ее выбор. Подозреваю, что за всем этим стоит что-то большее. Я просто не знаю, что именно. Но сила ее реакции говорила сама за себя.