Куплю своё счастье - Блио Элен

Мне на самом деле очень понравилось, что общаться с Павлом так просто. Он явно без каких-то особенных закидонов и заморочек.

Простой парень.

Ну – ох, уже подхватила! – ладно, не парень, мужчина.

Симпатичный мужчина, хотя я не очень люблю таких… короткостриженых. Мне нравится, когда у объекта шевелюра. Творческий беспорядок на голове.

Вот как у его шефа. Ощущение, что он с утра встал, провел пару раз пятерней – типа расчесался. И смотрится, как будто только оторвался от подушки. И есть в этом что-то… сексуальное.

Т-с-с! О чем я думаю?

Думать надо не о том, а об этом.

Павел. Паша. Павлуша. Пашка – дурашка. Хм…

Зато плечи у Пашки такие, за ними можно двух меня спрятать.

И руки тоже.

А что мы, девочки, знаем про руки?

Ага! Чем больше руки, тем… ну, там много способов.

Господи, усмехаюсь, вспоминая, как мы с подружками из института статью нашли в каком-то умном женском журнале. Лет по восемнадцать нам уже было, но все еще правильные. И проверить не на ком.

– Что вас так развеселило? Мое «ну-у»?

Киваю головой, чтобы ничего такого не подумал.

А он тоже улыбается. Обаятельный. Приятный.

В кино собрался пригласить, несмотря на дите в коляске.

Что, Романова, может это и есть твой КАМАЗ с пряниками?

– Шеф тоже меня все время этим «ну» попрекает. Стараюсь избавляться, пока не получается.

– Я не попрекаю.

Почему-то упоминание о шефе сразу сбивает весь градус моего очарования Павлом.

Словно тучка закрывает солнце.

В кино хотел пригласить! Как бы не так.

Зачем он здесь? И зачем его шеф хотел со мной познакомиться?

А может… меня внезапно осеняет. Может быть, Гена кому-то задолжал и это коллекторы? Ходят, вокруг да около, сначала такие добрые, а потом… И вся эта стычка с Геной просто фарс?

– Павел, скажите честно, вам что от меня нужно?

Он опешил. Явно не ожидал такого вопроса. Смотрит на меня, глазами хлопает.

– Я… хотел вас в кино пригласить. Вы мне понравились, Ася, правда.

– Почему только я вам не верю?

– Зря не верите, вы красивая женщина.

– С двумя детьми!

– Да что вы все на детей переводите? Может, это даже хорошо, что с детьми? Знаете, не все могут детей иметь…

– А у вас с этим проблемы?

– Не у меня… не важно, просто… ну, зато по вам сразу видно, что вы можете!

– А если это не мои дети?

– То есть… как не ваши?

***

Господи, что я несу? С незнакомым человеком обсуждаю то, что стараюсь особенно не афишировать…

– Ладно, проехали. Я пошутила. Спасибо вам, Павел, за приглашение, но… сами понимаете, какое мне кино?

Киваю на коляску.

– Ну…а старшая не посидит с ней? – ничего себе, заявленьице?

– Лихо вы… Нет, увы, не посидит.

– Почему? – ну не нахал ли? Тьфу, с ним реально тоже начнешь «нукать»…

– Потому что! Вам не кажется, Павел, что это уже «ту мач»?

– Что?

– Слишком много… берете на себя.

– Извините. Да. Есть такой грех. Но я привык все и сразу.

– Ясно.

На самом деле почему-то на него не получается обижаться. Он…

Он как медведь из сказки, который добрый. Немного неуклюжий. Основательный. Положительный, в общем. Жаль, не про мою честь…

– Хорошо, объясняю. Во-первых, малышка еще очень маленькая, чтобы оставлять ее с ребенком, а старшая моя все еще ребенок, ей только двенадцать. Во-вторых, старшие дети не обязаны сидеть с младшими, это моя четкая позиция.

– А если очень надо? Ну, мало ли? Я вот с братьями всегда сидел.

– И что, с большим удовольствием?

– Ну, нет, конечно, но… выбора не было.

– Вот. А я хочу, чтобы у Маруськи был выбор. Ну, хоть какой-то. – сердце сжимается, потому что… Потому что слишком много косяков я допустила, и жизнь дочери и так сильно усложнила. – она учится, у нее много разных занятий. Конечно, если мне очень будет нужно я попрошу, и она с Аленушкой посидит, но… согласитесь, поход в кино – не повод заставлять ребенка тратить свое время.

– Ну, а если я вам няню найду?

Ого! Вот это он сразу круто в оборот берет. Качаю головой.

– Извините, Павел, но нет.

Молчит, явно не знает, что сказать. Мне его даже жалко становится.

А что я, на самом деле? Может…

Может и правда он мой КАМАЗ? И пряники такие… аппетитные.

Улыбаюсь.

– Но если вы не против, мы могли бы погулять в парке, конечно прохладно, но там есть павильон – кофейня, можно согреться.

– Приглашаете? – улыбается в ответ, приятный он все-таки.

– Ну…. – и мы оба смеемся, – приглашаю, Павел! С удовольствием погуляю с вами. Только не сегодня. Давайте лучше завтра. И одевайтесь потеплее, а то будете как ваш шеф. Кстати, передавайте, что я желаю ему скорейшего выздоровления.

– Передам. Он… будет рад.

Хм. Странно.

Не знаю почему, но… мне приятно, что красавчик шеф будет рад. Даже если это и неправда.

Возвращаемся с Алёшкой домой, переодеваю ее, кормлю. Кладу на коврик-развивалку, сама сажусь за работу. Через какое-то время перекладываю спящую малышку в кроватку. Все-таки повезло мне с ее сном. Успеваю закончить серию. Аленка просыпается, кормлю, собираюсь с ней на прогулку. Маруська опаздывает – должна была уже вернуться из школы.

Стоит мне об этом подумать – открывается дверь.

Я вижу мою дочь. Заплаканную.

***

– Маруська, что?

– Ничего. Все хорошо. Просто…

– Что? – я прекрасно знаю, что «ничего» – это значит что-то ужасное. Ну, или не совсем прямо ужасное, но…

Прижимаю дочку к себе, обнимаю.

Она расслабляется и… ревет навзрыд, обнимая меня в ответ. Мне становится страшно. Да что же это такое-то?

– Машунь, тебя обидел кто-то? Двойку получила? С кем-то поссорилась?

– Мам, они уже сегодня деньги на Питер начали собирать. А про меня Ермакова сказала, типа, Романова не едет, у нее денег нет.

– Так и сказала?

– Ага, и смеялась еще.

– Вот же… – эта Ермакова была из обеспеченной семьи, они жили в коттеджном поселке, тут, неподалеку. Не миллионеры, но с достатком. Девочка избалованная донельзя. И часто доставала мою Маруську.

Из тех детей, для которых главное имидж, гаджеты, прикид.

У Маруси был довольно приличный телефон, и одевалась она нормально. Но…Как-то я в родительском чате написала, что Маруся не поедет на какую-то там фабрику. Реально поездка больше двух тысяч рублей! А у меня весь бюджет был рассчитан. Я даже не говорила, что дело в финансах, просто…

Написала, что у нас дома ребенок маленький и мы стараемся ограничивать контакты. Не знаю кто из мамочек как донес это до детей, но почему-то с тех пор Ермакова начала Марусю жестоко «троллить».

Они даже подрались один раз.

– Марусь, успокойся. Деньги на Питер есть. – я лукавила. Они были, но их надо было как-то выудить из расходов на питание и прочие нужны. – я завтра сниму с карты и дам. Или переведу. Кто собирает?

Муська еще долго не могла успокоиться, говорила, что ей это не надо, и вообще…

Но я твердо ответила – надо!

Мы пережили день. Я работала, Маруся сделала уроки и помогла мне с Алёшкой.

Я даже спать легла не в два, как обычно, а в час.

Но про дневную прогулку, обещанную Павлу, конечно, забыла.

Вспомнила, выкатывая коляску из подъезда, понимая, что «не накрашенная-страшная и накрашенная». Я бы вернулась, наверное, если бы любитель «нукать» Павел не стоял прямо перед выездом, и не улыбался так широко, и не держал в руках симпатичный букет роз.

– Добрый день, Ася, прекрасно выглядите.

Хотелось ответить словами Людмилы Прокофьевны из «Служебного романа» – опять вы врете!

Но я сомневалась, что Павел такой же фанат советского кино, как и его шеф.

Он врал, конечно. Не выгляжу я хорошо.

Я выгляжу… никак. Молодая, затюканная мать, выбежавшая на прогулку.