Я фыркнула с усмешкой:
– Ты серьёзно? – у меня от негодования чуть пар из ушей не пошёл. – Ты использовал мои заблуждения, чтобы ненароком не затащить меня в кровать и не испортить многолетнюю дружбу с Кариной, но при этом на первом же занятии залез мне в трусы?
Я не удержалась от колкости. Но его признание, тем не менее, даже немного польстило. Выходит, интерес ко мне у него проснулся куда раньше, чем я думала. Когда я и представить не могла, что он вообще способен смотреть на меня так. Но потом я вспомнила, сколько у него было женщин, и самодовольство потухло. Гордиться тут, по сути, нечем.
– Я это не планировал. Так получилось, – сдался он и поднял обезоруженно руки.
В этот момент мне захотелось его отлупить. Он и сейчас не сожалеет о содеянном. Мог бы хоть прикинуться, раз уж пытается подлизаться.
– Не злись, – добавил он, – в итоге я сам попал в собственную ловушку и влюбился в тебя.
– А не смущает то, что Карина тебя любила, а ты в это время думал обо мне и рисовал в голове всякие пошлости?
– Ты сейчас пытаешься представить всё хуже, чем было на самом деле. Во-первых, я захотел тебя тогда, когда Карина уже давно была в отношениях с Петером. А во-вторых, она не любила меня. Просто путала привязанность с любовью. Я помог ей, когда она осталась одна. В чрезвычайной ситуации могут возникнуть подобные чувства к спасителю.
– И ты, значит, решил за неё, что это не любовь, – я усмехнулась. – В этом весь ты, Лоурен. Всегда делаешь выводы за других.
– Эй! – вспылил он. – Я любил Карину другой любовью! По-твоему было бы лучше переспать с ней и бросить?
– Ну, меня же ты бросил, хотя, по твоим словам, любил, – парировала ядовито и скрестила руки на груди.
Он покачал головой.
– Если ты считаешь, что всё это доставляло мне удовольствие, то ошибаешься. Последние годы были адом. Я боролся, чтобы стать сильнее. Чтобы защитить тебя.
Я проигнорировала его слащавую речь, хоть она казалась искренней.
– Тебя об этом никто не просил. И ты всё ещё не ответил на вопрос. Почему ты плакал тогда?
– Это сложно объяснить, – попытался он уйти от ответа.
– Постарайся как-нибудь. Только что уверял, что будешь откровенным, – я прищурилась.
У меня была догадка на этот счёт после разговора по душам с Кариной накануне моего отъезда из Австрии, но мне хотелось послушать, что скажет он. Как будет выкручиваться.
– Мне было… завидно, – сказал он тихо. И как будто даже покраснел. Ему неловко?
Я моргнула, не веря своим глазам и ушам.
– Ты плакал от зависти?
Он усмехнулся горько.
– Да. Завидно, что Карина смогла двигаться дальше. Найти любовь, создать семью. А я застрял на месте. Мне было больно смотреть на её счастье, когда в моей душе было пусто.
Вот это да! Услышать такое от гордого Лоурена Гроссмайера! Тем не менее, это точно не всё. Он не договаривает. Меня не проведёшь.
– А как же Амелия? – спросила я нарочито спокойно.
Он побледнел.
– Откуда ты о ней знаешь?
– Карина рассказала. Она была твоей первой любовью. Вот так я узнала то, о чём ты сам должен был мне сказать.
– Что ещё она тебе рассказала? – его голос дрогнул.
Я пожала плечами:
– Достаточно, чтобы сомневаться в твоей искренности.
– Амелия тут ни при чём, – сказал он твёрдо, почти грубо. – Не хочу об этом говорить.
– Вот как? Значит, берёшь свои слова обратно? Откровений не будет?
– У каждого есть свои тайны! – огрызнулся он.
– Возможно. Но у меня их нет. А твои всегда будут преградой. Амелия – лишь одна из многих. А твой роман с мачехой? Как ты это оправдаешь? Не отрицай. Я видела, как вы целовались. И это был не поцелуй родственников. Джим говорил, что у тебя даже был опыт группового секса. Не хочу знать, правда это или нет. Можешь не отвечать. Но пойми: я не могу претворяться, как будто ничего не знаю. Всё это часть тебя, которой ты не хочешь делиться.
Лоурен нахмурился.
– Зачем трогать скелеты в шкафу? Прошлое останется в прошлом. Почему ты не хочешь принимать меня настоящего?
– Лоурен, то, какой ты сейчас, результат того, что ты пережил. Неужели ты не понимаешь? Сколько ты будешь отвергать себя? Хотя это не моё дело. Ты просил вернуться к тебе, вот мой окончательный ответ: нет.
– Я не принимаю твой отказ, – сказал он ледяным голосом.
Стиснув кулаки, подошла к книжному стеллажу, достала книгу сказок, вынула оттуда открытку и стала рвать её безжалостно на части. До него должно дойти, что это конец. Когда закончила, посмотрела на него. Лоурен стоял неподвижно и наблюдал.
– Нашей любви больше нет, – произнесла я, глядя ему прямо в глаза. – Я собираюсь остаться с Натаном, потому что люблю его, а не тебя.
Чтобы оборвать нашу порочную связь навсегда, скажу, что угодно. Даже неправду. Сегодня Лоурен доказал, что я приняла правильное решение. Нам не по пути. Пора разойтись. Однако тактику подобрала неверную. Меряться с ним силами очень опрометчиво. Но когда это поняла, было уже поздно.
Лоурена окутала тьма. На поверхность вышел дьявол, которого он носил в себе, и очень старательно прятал всё это время.
– Вот, значит, как… – Лоурен сделал вдох и бросил на меня холодный, как сталь, взгляд. Во мне всё стихло. Мышцы напряглись, сигнализируя опасность. – Придётся тебя расстроить, крошка, – произнёс он с мрачной угрозой. – С ним ты не останешься. Гарантирую…
Глава 8
От испуга я не смогла сдвинуться с места, когда он уверенным шагом преодолел расстояние между нами, подхватил меня под колени, перекинул через плечо и потащил в соседнюю комнату. Я начала визжать и бить его кулаками в спину, но Лоурена это не остановило.
Дежавю. Я и Натан – больная мозоль Лоурена, на которую лучше не наступать. Об этом я подзабыла. Он был спокоен и терпелив до этого момента. Я и не подозревала, что он настолько взбесится. Но за годы Лоурен так и не научился контролировать ревность.
Его нужно остановить. Но как теперь привести в чувства этого зверя, когда он уже набрал обороты?
Мы пришли в спальню Лоурена. Не слишком церемонясь, он бросил меня на огромную кровать, которая стояла в центре комнаты. Затем развернулся и пошёл к двери, закрыл её на ключ и положил его в карман брюк.
Не теряя ни секунды, я соскочила с постели и метнулась в самый дальний угол. Путь к побегу перекрывал Лоурен.
– Иди сюда! – скомандовал он холодно. Я замотала головой. В ушах шумело, пульс зашкаливал.
Лоурен вздохнул и направился к прикроватной тумбочке. Теперь дорога к двери была свободна, но у меня не было ключа. Тем не менее я всё равно попытала счастье, рванула к выходу, но просто безуспешно дёргала дверную ручку. Потом сдалась и бросила короткий взгляд на Лоурена.
Он неторопливо достал что-то из тумбочки и бросил это на постель. С моего места я не могла разглядеть предметы, но один остался у него в руках – верёвка.
Я снова отскочила подальше, уже догадываясь, что он собирается делать.
– Прекрати! Иначе пожалеешь об этом! – прошипела я.
– Не думаю, – сухо ответил он и стал медленно приближаться. У меня внутри всё сжалось.
– Ты что, собираешься меня связать? – мне всё ещё не верилось, что это происходит на самом деле. Я вглядывалась в его лицо в поисках здравого рассудка, но видела лишь тьму.
– А ты догадливая, крошка, – с задорной ухмылкой ответил он. – И не забудь спросить, откуда у меня эта вещица. Ведь у нас сегодня вечер откровений, – добавил он ядовито.
– Да ты спятил! – воскликнула я и отступила к окну. Комната была просторной, места хватало.
Лоурен демонстративно начал разматывать красную верёвку, не торопясь – он знал, что я никуда не денусь.
– Знаешь, я не фанат БДСМ, но парочкой фокусов владею мастерски. Соблазн применить их на тебе всегда был велик. Ты постоянно выводишь меня из себя. Пора преподать тебе урок. Как видишь, я подготовился на этот случай, – проговорил он спокойно.
