От любви до пепла (СИ) - Ромазова Анель

Нужно что-то делать, но не пойму что. Само собой выполнять его поручения, я не собираюсь. Моральный прессинг вызывает у меня реакцию обратную подчинению. Настолько ярко вспыхиваю всем красочным многообразием негатива, что готова порвать Тимура на куски.

Каким образом добраться к видео, абсолютно не догоняю. Знаю одно — их нужно удалить. Ведь если они попадут к Стоцкому, подкрепленные докладом Ники, то мои оправдания жалко разлетятся по воздуху. Личные встречи с Северовым? Неоправданный риск.

Нет. Это исключено. Как бы мне не хотелось со всем триумфом растоптать его лично, но...

Всегда остается но..

— Каро! Любимка !! Каро, — раскатистый бас Арса распространяется радостным эхо по телу. Ноги безвольно подрагивают, отказываясь держать непосильную ношу веса. Но, все же, собравшись, не позволяю себе распуститься и прислониться к столешнице.

— Я здесь, — подаю признаки жизни. Звучу утомленно. Выгляжу, как последний выживший в бою. Так что, почему Арс застывает как вкопанный, на пороге кухни, вполне объяснимо.

— Как ты?! Что этот выродок тебе сделал ?! — не скрывает беспокойства. Ему и приближаться нет надобности, чтобы определить, насколько я сейчас уязвима.

— Я уж и не знаю с чего начать, — На самом деле, хочу вернуть себе равновесие. Язык стягивает спазм, и перечислять события, для меня пытке подобно. Искать выход и бороться. Все это кажется невыполнимым. По крайней мере в минуту полного истощения эмоционально и физически. — Арс, поехали к тебе. Позже вернусь за вещами, а сейчас не могу заставить себя, делать хоть что-то, — признаюсь негромко.

Подойдя, притискиваюсь к его груди и молча, прошу меня обнять. Подпитываюсь, той надежностью, что излучает его тепло. Арс скользит руками по спине, укутывая сверху полами пальто. Закрывая и отгораживая от недружелюбного внешнего мира. Лишь в эту секунду чувствую, что я в безопасности.

— Он не.. — останавливается, боясь меня ранить оговоркой.

— Нет. Честь осталась нетронутой.

— Шутишь, — кивает с легким упреком.

— А что мне еще остается. Северов и тот, кто напал на меня одно лицо. Что? Не ожидал? Так вот я тоже. А еще того, что он проникнет в дом и устроит показательное сожжение чучела Ады, — горько усмехаюсь, на произнесенный бред, и доверительно выкладываю остатки.

— Соберешься праздновать Хеллоуин, скину контакты аниматора, он мне все утро написывает и предлагает, устроить на вашей фирме саботаж, а если откажусь, то Стоцкий получит видео, на которых мне очень — очень «хорошо», как сам понимаешь, не с Германом.

— Вот, дерьмо! Каро, малышка. Прости дурака . Хотел как лучше, а…

— Получилось паршиво, — заканчиваю его фразу, — Фенита ля комедия, Арс. Купишь мне домик во Франции, когда стану отверженной?

— Я ведь тебе даже не позвонил. Спасибо Нике. Это она Захару продолбила на телефон . Я-то свой в машине оставил, — растянутая тревога холодит пространство, и Арс теснее давит на плечи.

Ника — мелочь, в сравнение с тем, что мне грозит. Даже не заостряюсь.

— Лавицкий, прекрати. — отбиваю муки совести в его речи, но с облегчением принимаю заботу. Хоть кому-то я не безразлична, — Я уже большая девочка и … — запинаюсь, получив по груди ядерный толчок. В полной мере вдруг ощущаю итоги последствий. Подняв глаза, обращаю мольбу в полу ироничную просьбу, — совру, если скажу, что не нуждаюсь в присмотре. Арс, помоги мне, — короткий вдох, давшийся с трудом, и выпихиваю из себя остаток предложения, — Избавься от Тимура, и не важно, каким способом, — саму передергивает от количества злости в голосе.

— Да уж, не догадывался, что за дьявол скрывается за этими красивыми глазами, — Арсений огорошен, но не так сильно, чтобы возмутиться.

На краткий промежуток виснет пауза. Возможно, я махнула лишку, натравливая друга, как хорошо обученного пса на кусок мяса. Но одержимым игроком хватаюсь, за идею, как за тонкую соломинку, по которой я пройду на следующий уровень. Стану женой, а этот статус сулит недосягаемость.

— Я не имею в виду, убей. Я…не знаю, просто очень устала, — делаю голос милым и покаянным. Сглаживаю резкость, корча жалобную мордочку.

— Ну-ну. Верный, Арс, все исправит и уничтожит всех, кто обижает его Любимку, — утешает вкладывая некую трепетность. Освобождает руки и перекидывает свое пальто мне на плечи. Я с неохотой отстраняюсь, поправляю на нем скомканную рубашку и ровняю галстук.

— Что и даже Германа не пощадишь, — интересуюсь с лукавой улыбкой.

— Кто знает, на что я готов, ради твоей улыбки и спокойствия.

Надеюсь, на многое. Потому что то, о чем я прошу — чудовищно, и гораздо весомее чем, просто поддержка.

Глава 15

Арс уже давно вошёл в дом, а я зависла на пороге, разглядывая огромный двор, припорошенный белоснежным, девственно чистым снегом. Кажется, жилище Арса для меня уже давно стало родней собственного дома.

Собственного. Это определение для меня всегда было чем–то мифическим.

Усмехаюсь над собой и своим же мыслями. С досадой пинаю носком массивного ботинка примёрзшую на крыльце льдинку.

У меня ничего нет. Ни своего гнезда, ни своего мнения, ни возможности какого-либо выбора. Есть только Ванька. Он мой дом. Моя душа. Мое сердце. Все то теплое, что согревает и наполняет смыслом. Но даже этого меня неумолимо пытаются лишить.

— Каро, мышка, ты там долго проветривать собралась? — голос Арса резонирует и расплывается, пролетая через дверной проем. Вздрагиваю и стряхиваю с себя нерешительность.

Закрываю за собой дверь, кидаю одежду и прохожу на кухню, где Арс с серьёзным видом насилует кофемашину.

— Американо, эспрессо, или чего покрепче? — поиграл бровями, выудив с полки бутылку красного полусладкого.

— Секиру, или цианид. На крайний случай, мышьяк. Оплата наличными, — с ногами забираюсь в плетёное кресло, стягивая с себя колючий свитер.

— Понял, — хмыкает Арс, гипнотизируя своими чистыми светлыми глазами, — Выбор за мной. Итак, горячий латте, джакузи, расслабляющий массаж и крепкий здоровый сон, — уверенно планирует мой день.

— Это идеально но..

— Никаких но. У тебя есть я. Сейчас наберу айтишникам, пусть прошманают этого Северова вдоль и поперёк.

— А как ты его нашёл? — вопрос неприятно обжег горло, но это ничто, по сравнению с выжженной дырой в моей груди.

— Да он сам на Захара вышел, — с грацией белого медведя, друг потянулся и закинул мускулистые крепкие руки за затылок. Эх, чего он лишает бедных женщин. Замалчиваю эту претензию, но он итак понимает. Потрясающий мужчина. Восхищаюсь им и укоряю одновременно. Ловит мой взгляд, поддерживая теплой улыбкой и продолжает, — Предложил Порш по приемлемой цене. Они в соцсетях по этому вопросу переписывались. Вот, бл*дь, поколение миллениалов, вся жизнь в ленте, — Арс усмехнулся, снисходительно покачав головой. Тем самым выдавая свою не любовь к публичности.

— То есть, у тебя нет контактов, — тяжело вздохнула, теряя и без того ускользающую надежду. — Кроме, как я подозреваю, липового аккаунта. А деньги? Их как-то нужно отдать…

— Я ему как раз перед звонком Ники всю сумму перевёл, — блондин улыбнулся и успокаивающим жестом погладил меня по коленке своей массивной пятерней. — Каро, не переживай, всё решаемо. Ты же знаешь, что наши спецы практиковались в Японии. Простимулирую так, что они Илона Маска наизнанку вывернут.

Смотрю на Арса вопросительно. А он излучает непоколебимую уверенность, от которой мне становится нещадно завистно. Хочу так же смотреть на мир с несгибаемой сталью в глазах. Не зависеть ни от кого, не прогибаться. И не искать бесконечные выходы. Которые, в большинстве своем, высосаны из пальца. Нет во мне уверенности, что все окажется настолько просто. Тимур безбашенный, но не дурак. След растворился, вместе с ним в темноте.

Сюр какой-то.

Тот ад, в котором живу я… Я к нему привыкла, мне в нём комфортно. А вот тот, что несёт в себе Северов — он намного больше и страшнее. Это как переливание боли. Я словно вбираю ее в себя, и качаю по всем сосудистым изветвлениям, преображая в скорбь и печаль. И…Бред, конечно, но я так чувствую, когда он приближается.