Завершение - Монро Нонна

Я ничего не ответила. Мое тело продолжало искриться, словно его снова и снова били током. Призрачная боль все еще сдавливала голову и грудную клетку. И даже если бы у меня остались силы, я бы не смогла пошевелиться.

Но больше всего пугало не это, а то, что я ощущала странное спокойствие, которое не могла испытывать. Умиротворение казалось навязанным, словно кто-то сказал мне – нет, приказал, – оставаться спокойной.

Не нервничать.

Не испытывать страх.

Не сопротивляться.

Приказ давил бетонной плитой, под которой метался монстр. Я чувствовала его иначе. Он был в смятении, не взаимодействовал со мной и не делал то, что хотел. Его словно… запугали? Я не понимала. Привычная связь была нарушена, и это пугало меня гораздо сильнее, чем то, что ранее монстр полностью забрал контроль себе.

– Будет не так больно, если ты расскажешь ему, – тихо заговорила Тея, поймав мой взгляд, – отпусти воспоминания. Отпусти всех тех, кто ждет тебя на материке.

Язык разбух и прилип к небу. Она просила невозможного. Я никогда бы в жизни не отпустила тех, кто добровольно принадлежал мне. Эти люди были всем.

Моей жизнью.

Моим вторым шансом.

Моей семьей.

В кабинет зашел Тим, держа бутылку воды. Тея сразу же забрала ее, открутила крышку, пока Тим приподнимал кушетку. Первый глоток обжег горло. Я старалась пить медленно, игнорируя спазмы в животе.

– Фисташка, не сопротивляйся.

– И сдаться, как вы? – охрипшим голосом спросила я и сразу же поморщилась.

– В конце концов боль станет такой невыносимой, что ты отпустишь все то, что держит тебя. Лучше сделать это сейчас.

Я качнула головой. Воспоминания – единственное, что заставляло меня бороться. Если Профессор заберет и их, то окончательно сломает меня.

– Когда тебе есть за что бороться, ты будешь делать это до последнего вздоха, – сказала я, смотря то на Тима, то на Тею.

Они не поняли меня, но одарили сочувствующим взглядом. Я поджала губы и спросила:

– Вы можете помочь мне?

Тея и Тим решительно кивнули и расправились с ремнями. Я не чувствовала собственного тела. Смогла подняться только с помощью Теи и неуверенно встать. Странный гул раздался в голове, а в ушах загремела кровь. Я вцепилась пальцами в кушетку, понимая, что не могу вспомнить черты лица Рэя. Они расплывались, выглядели так, словно кто-то убрал фокус.

Осталось лишь большое мыльное пятно.

Вдох застрял где-то в горле. Паника не сумела пробиться сквозь выстроенный барьер, к тому же мои инстинкты внезапно обострились. Я почувствовала намерение Тима дотронуться до моего плеча. Проблема в том, что его рука еще даже не поднялась. Я резко отпрянула, не устояла и упала.

– Чувствуешь? – с неприкрытой надеждой спросила Тея, всматриваясь в мои глаза. – Это все чип.

Мои пальцы потянулись к уху и потерли то место, которое все это время саднило.

– Да, – подтвердила Тея, будто бы я задала вопрос, – главное, избегай тока. Он может вывести из строя чип. Когда Профессор промывает нам мозги, он сам деактивирует его.

– И поэтому решетки в камерах под напряжением?

– Ага, – кивнула она, – своего рода проверка. Он отдал нам приказ не прикасаться к ним. Ты видела, что было с Тимом, когда ты загадала ему в игре дотронуться до решеток. Сам он хотел, но чип не дал ему нарушить приказ.

Голова тошнотворно закружилась от потока информации, которую мне нужно было запомнить. Тея помогла мне подняться и отбросила мои волосы за спину. Они отвели меня в душ, и если Тим остался в коридоре, то Тея зашла вместе со мной. Она неловко заламывала пальцы, будто не решалась предложить свою помощь, что было странно, ведь Тея редко испытывала волнение.

– Что? – не выдержав, спросила я.

Тея взглядом указала на душ. Я разделась и зашла в кабинку, ощущая пугающую пустоту в голове. Тея заслонила меня собой и упрямо посмотрела в глаза.

– Какова вероятность, что тебя спасут? – очень тихо спросила она, так что я не сразу поняла смысл вопроса. – Боже, обожаю это выражение лица. Как тебе это удается? Ты настолько хороша в контроле эмоций?

– Тея, – я взмахнула рукой, призывая ее заткнуться, – почему ты спрашиваешь?

– Что именно? – Она тупо моргнула. Я подавила порыв дать ей пощечину и включила воду. – Про эмоции? Ничего не могу с собой подделать.

Тея всплеснула руками и теперь выглядела так, будто хотела потискать меня, как ребенка.

– Обожаю эмоциональных инвалидов. Обожаю выводить их из себя и смотреть, как они выплескивают все то, что сидит внутри, – ее глаза сверкнули, и этот блеск был маниакальным, – находить их болевые точки, давить до тех пор, пока эта маска на лице не треснет.

– Почему ты спросила, спасут ли меня?

– А, – разочарованно произнесла она. Уголки ее губ опустились. – Я всего лишь выполняю приказ.

Что-то было не так. Я почувствовала это сердцем, хоть Тея и продолжала делать вид, словно ее действительно интересовало выполнение приказа.

– Ты бы хотела уйти от Профессора? – осторожно спросила я, вспенивая волосы. – Ты бы хотела жить на воле, носить красивые платья, собирать цветы?

Ее глаза наполнились слезами, лицо внезапно покраснело, а губы задрожали. Она тяжело сглотнула и даже не заметила, что сломала себе палец.

– Нет, – тем не менее солгала она и вправила себе кость, – я должна оставаться рядом с Профессором.

Когда она передала мне полотенце, я вытерлась и натянула чистый костюм. Тея торопилась выйти, но я остановила ее.

– Скажи мне, как часто вы с Тимом отправлялись на задания?

– Ты была нашим первым заданием, – с улыбкой ответила она. Видимо, об этом она могла спокойно говорить. – Мы не совсем удачный эксперимент. Тима легко вывести из строя ударом тока, а я часто отвлекаюсь. Думаю, Профессор предполагал, что ты сможешь убить нас, поэтому и отправил.

– И тебя это не пугает?

– Что? Смерть? – Тея хихикнула и качнула головой. – Никто со мной здесь не соглашается, но тебе не напоминает это место ад?

– К чему ты ведешь? – не поняла я, заплетая волосы в косу.

– Мы уже мертвы, «Проект А». А теперь расплачиваемся за свои грехи.

Она двинулась к выходу, но я успела поймать ее за локоть и развернуть к себе.

– Что ты называешь «желтой хренью»? – приглушенным голосом спросила я.

– О, это специальный компонент, который успокаивает нас. Профессор говорит, что он не дает нам быть агрессивными, поэтому мы не монстры, а суперсолдаты.

Я с трудом сохранила выражение лица бесстрастным. В глазах Теи снова возник блеск. Она ущипнула меня за щеку и сказала:

– Боже, как я хочу вытрясти из тебя эмоции.

С этими словами она ушла, оставляя меня наедине с мыслями. Я знала, что Тея и Тим ждут меня за дверью, однако не спешила выходить. Мне необходимо было сохранить в памяти все то, что она сказала. Если Тея не лгала – а я ни в чем не была уверена, – то, видимо, Профессор нашел компонент, который сбалансировал сыворотку. Поэтому его подопытные не превращались в монстров и не сходили с ума.

Теперь я должна была выяснить, что это за компонент, и свалить отсюда вместе с ним.

Я вышла из душевой и снова контролировала выражение своего лица. Тим что-то пел себе под нос, но, почувствовав мой взгляд, повернулся.

– Как нас можно убить? – спросила я в лоб.

– Сильный удар тока деактивирует чип, затем нужно ввести антидот, а потом прибегнуть к любому способу убийства. Только в такой последовательности.

– Почему?

Тим поджал губы и нахмурился.

– Чип заставит мясо срастись вокруг пули. Антидот сгорит в крови за секунды, не успев подействовать. Тебе будет казаться, что ты мертва, как и твоему сопернику, но через несколько минут произойдет перезагрузка, и ты восстанешь из мертвых.

– А если не прибегать к току и антидоту?

– Никак. Наша голова, – он постучал себя по виску, – защищена.

– Чем?

– Не знаю.

– Вы сегодня сговорчивые, – заметила я, на что они оба хмыкнули.

– Профессор сотрет тебе память, – с улыбкой сказал Тим, – когда ты отпустишь свою прошлую жизнь, он проведет тебе лекцию, чтобы ты знала, чего именно нужно остерегаться.