Между нами - Флёри Юлия

К Юре подъехал тёмный внедорожник, и на мгновение Влада потеряла его из виду. Вот только легче не стало. Что-то внутри неё ныло и сопротивлялось. С Багдасаровым ей было хорошо… а там, куда она едет? Что будет там?

– Ты обманул меня, ты не знаешь, где сестра? – тихо уточнила Влада, не глядя на мальчишку.

Аслан крепче сжал руль и ответил:

– Я верну её тебе, вот увидишь.

Влада не верила. И смотреть на него не хотела. Но пришлось, когда в воротах появился грузовик. Чтобы не столкнуться с ним на узкой дороге, пришлось сделать круг по кольцу, обогнуть яркую клумбу. И Аслан поехал прямо туда, где стоял Багдасаров.

– Что ты делаешь, ты с ума сошёл?! – вскрикнула она, цепляясь за панель, за сидение, не зная, куда спрятать глаза, как вытолкнуть вину, что уже сейчас бомбила сознание.

А потом увидела его. Юра изменился в лице мгновенно. И почему-то ни одна из стадий принятия факта не задержалась в стремительно темнеющем взгляде. Ни гнева, ни отрицания, ни торга… про принятие и речи не шло! Своё Багдасаров не отдаёт – вот, что она видела там! Вот, что уловила!

Жизнь остановилась, а мир сузился до единственного значимого лица. И Владе нечего было ответить. Она поступала подло. А Юра, казалось, ничего другого и не ожидал. И потому решение было принято мгновенно. Такое же твёрдое решение вернуть её. Немедленно!

Ворота усадьбы были позади, а выезд на загородную трассу совсем близко. Аслан выжимал из видавшего виды «каблука» максимум, но этого оказалось недостаточно, чтобы взять ситуацию под контроль. И потому первый удар массивным бампером чёрного внедорожника случился практически сразу. Договариваться с ним никто не будет! Влада вскрикнула, Аслан беспомощно озирался. Машину тряхнуло, колёса повело, справиться с управлением удалось далеко не сразу, а отдышаться после мальчишке просто не позволили!

– Пристегнись, сладкая! – Раздался одновременно злой и насмешливый окрик Багдасарова, когда машины практически поравнялись на узкой дороге.

А сразу за предупреждением случился новый удар. «Каблук» оказался прижат к нависающей над дорогой скале, и жуткий металлический скрежет царапал по нервам.

– Это ещё кто?! – взревел Аслан, не справляясь с эмоциями.

Он вырулил. Сейчас – да. Но шанса уйти не было. Внедорожник отстал только из-за нескольких идущих подряд встречных машин. Багдасаров играл светом и громко сигналил. А ещё вполне доходчиво демонстрировал настойчивость, играючи подталкивая «каблук» в задний бампер. О том, что такие игры опасны, он догадывался, но отступать не хотел. Не в этот раз. И плевать, что машину «вело» по всей дороге, плевать, что встречные авто только чудом успевали свернуть, уступая опасным манёврам.

– Останови! – скомандовала Влада и запустила пальцы в волосы. Сердце бешено колотилось. Она совершила ошибку. Первую и вторую, и третью! Она сделала неправильный выбор!

Глупый мальчишка только ускорился. Он рассчитывал, что справится. Влада дёрнула ремень безопасности, пристёгиваясь, и стиснула зубы.

– Останови, слышишь?! – потребовала она снова, когда от напряжения перекрыло дыхание.

Аслан рассмеялся. Напряжённо и вызывающе. А потом внушительно кивнул каким-то своим мыслям.

– Он ничего не сделает! Только пугает! Пока ты в этой машине, он ничего не сделает… – будучи абсолютно уверенным в собственной правоте, выдал мальчишка. А после посмотрел в зеркало заднего вида и чертыхнулся.

Влада обернулась – внедорожника не было.

– Отстал? – охнул Аслан, чем выдал свой страх с головой. И теперь рассмеялся иначе. С сомнением и будто не веря, что всё закончилось.

Влада тоже не верила, а потому внимательно всматривалась в окрестности, попутно цепляясь пальцами то за сидение, то за свёрнутую с болтов дверную ручку. Внедорожник появился неожиданно. Он буквально выскочил из-за высокого ветвистого куста справа. Выскочил и протаранил их машину, не сбавляя оборотов и не вспомнив нажать на педаль тормоза.

Удар оказался слишком сильным, чтобы успевший расслабиться Аслан удержал машину на дороге. «Каблук» дёрнуло, на скорости занесло. Мелкий гравий под колёсами сделал своё дело и потащил неуправляемый автомобиль к скалам. Машину снова швырнуло. Скрежет металла смешался с визгом шин, с человеческим криком. А потом мир покатился кубарем. Минуло несколько секунд – не больше, но вся бестолковая жизнь Влады успела не раз пронестись перед глазами. Когда «мир», наконец, остановился, когда он вдруг замер, затих, стало понятно, что кубарем катился как раз «каблук». А сейчас он грузно и будто нехотя встал на колёса и жалобно заскрипел.

Аслан лежал грудью на руле и тихо стонал. Он был без сознания. Авария его здорово потрепала. Владу спас ремень. А, может, счастливый случай. По крайней мере, кроме боли в коленке и понятного тумана перед глазами, ощутимого дискомфорта не было. Тошнота и головокружение не в счёт! Влада даже смогла самостоятельно выбраться из покорёженного автомобиля – пассажирская дверь оказалась вырвана вместе с петлями и сейчас болталась под ногами.

Неловко пошатнувшись, пытаясь окончательно прийти в себя, Влада выбралась и осилила один неловкий шаг. Всё ещё плохо соображая, что делать дальше, увидеть перед собой Багдасарова она точно не ожидала. И его ярости не ожидала тоже. А зря. Он ударил от души, наотмашь. Ударил её ладонью по лицу. И больно было так, что даже привыкшая к подобному обращению Влада едва устояла на ногах. А может быть, и не устояла бы вовсе, но Багдасаров удержал за ворот футболки.

Впрочем, об этих нюансах она заботилась слабо, ведь рот наполнился кровью. Мгновенно. А перед глазами сначала потемнело, а потом запрыгали разноцветные звёзды. И вот теперь мозги встали на место окончательно: она была виновата. Виновата, а потому даже не подумала возмутиться. И плевать, что половина лица онемела, плевать, что спустя мгновение та же половина отозвалась вспышкой боли. Будто в замедленной съёмке Влада наблюдала за происходящим. Звуки долетали словно издалека, мир снова закружился, а тошнота стала невыносимой. Она подкатывала к горлу новой и новой волной, но всё ещё позволяла отдышаться.

Карусель остановилась, когда Влада посмотрела Багдасарову в лицо. В его глазах не было злобы, не было ненависти. Любви, понятное дело, не было тоже. Теперь в его глазах оставалось только презрение. Вся нежность, вся ласка ушла. Ну, или вот этот, хорошо знакомый ей деловой человек грубо потеснил мальчишку, что вчера признавался в любви в танце. Во взрослой жизни нет места романтике. И пора бы это уже уяснить!

Чтобы привести Владу в чувства, Багдасаров её грубо встряхнул, чтобы не смела отворачиваться – сжал в жадной хватке нижнюю половину лица. Больно стало настолько, что всё ещё проскакивающие звёзды перед глазами обрели багровый оттенок.

– В машину! – процедил Юра и оттолкнул её от себя. Оттолкнул предельно небрежно, лишний раз подчёркивая невысокий статус, до которого Влада умудрилась скатиться за несколько жалких часов.

И она пошла. Не особо соображая, куда, и уж точно не улавливая, зачем. Багдасаров был впереди. Он уверенно рассекал воздух руками и твёрдо ступал, не боясь испортить замшевые туфли в дорожной пыли. Влада плелась следом. Её шатало – усилилась головная боль и тошнота, её неуклонно уводило влево – разбитое колено так напоминало о себе. Обернувшись, она окинула резко поплывшим взглядом покорёженный «каблук». Яркие маки на кузове смялись и потрескались, алый бант сорвало с капота ещё при первом столкновении. Влада замерла и зависла, будто не могла вспомнить, как здесь оказалась. Но вот из-под капота показалось неуверенное пламя, и потерянная мысль буквально пронзила разбухший от встряски мозг: Аслан! Там остался Аслан, а он так и не сказал, где искать маленькую Эль!

Владу сорвало с места тут же. Ни о тошноте, ни о каком другом дискомфорте она в то мгновение уже и не вспомнила. И колено не помешало бежать, перепрыгивая, перескакивая через препятствия. Напору поддалась и перекошенная дверь. Только здесь, только сейчас Влада поняла, что пламя лишь казалось безобидным. На самом деле оно успело закоптить лобовое стекло, жадно лизнуло смуглую кожу. В нос ударил мерзкий запах палёной плоти, и Владу всё-таки вырвало. Она вытащила Аслана и, приводя его в сознание, дважды ударила кулаком в грудь. Парень зашёлся мучительным кашлем, но сумел раскрыть глаза.