Тот, кто меня защитит (СИ) - Черничная Даша

— Вопросов нет, но я тебе отвечу и без них. Я реально тогда и пальцем ее не тронул. У меня тут другой вопрос, Босс: где были твои бойцы, когда Олю два уеб… — косится на меня и откашливается, — два мудака тащили?

— Это был мой приказ, Марат, — отвечает Стас и хмурится. — Она должна была получить заслуженный урок. Если бы ты не вернулся за ней, они бы все разрулили, напрочь отбив у Ольги всякое желание сбегать вновь.

— Ну знаешь, отец… — я ближе прижимаюсь к Марату, и тот обнимает меня за плечи, притягивает к себе.

— То, что вы оба оказались в одном и том же месте в одно и то же время — совпадение, — отец откидывается на спинку кресла, складывает руки в замок и кладет их на столешницу. — По жизни я привык полагаться на чутье. И в этот раз оно меня не подвело. Меня держали в курсе событий в режиме онлайн. Когда сообщили, что вы приехали в твой дом, Марат, у меня был выбор: отметелить тебя или посмотреть, что из этого получится.

— В итоге ты и посмотрел, и меня отметелил, — Марата все это начинает забавлять.

— Не без этого, — кивает Стас. — Хотя какое там отметелил. Так, помял немного.

— Да у него все лицо разбито! — выкрикиваю я.

— Все нормально, Оль, — Марат сжимает мое плечо.

Я оборачиваюсь и смотрю на него. Яд улыбается, в глазах играет озорной огонек, да и сам он выглядит счастливым.

— Хотя от еды я бы не отказался, — признается он.

— Закончим, и поешь, — благосклонно кивает отец.

— Как давно ты знаешь, что мы… — я обрываю себя на полуслове.

— Что вы кувыркаетесь за моей спиной? — спрашивает Стас, а у меня щеки заливаются краской. — Дочь, если ты еще не поняла, я узнавал все о вас сразу же. Во-первых, конспираторы вы, конечно, хреновые. На ваши лица достаточно было посмотреть, чтобы все понять. А, во-вторых, камеры и прослушку никто не отменял.

— Ты что же, видел, как мы?.. — о боже, только не это.

Стас кривится и поднимает руки:

— Боже упаси! Камеры стоят везде, кроме ваших комнат.

— Раз ты, Босс, все знал, почему не остановил? Я определенно никогда не был кандидатом в женихи твоей дочери, — спрашивает Марат и вперивается в отца взглядом.

— А вот это самый правильный вопрос, Марат, — Стас замолкает и внимательно смотрит на него. — На самом деле, у меня в голове план созрел давно. Но, к счастью, мне не пришлось прибегать к нему.

— Почему? — спрашиваю я, снова ничего не понимая.

— Потому что вы сделали все сами, — пожимает плечами отец и внимательно смотрит на меня. — Я ведь не вечен. Настанет мое время уходить, кто продолжит мое дело? Ты, Ольга, — наследница, но, прости, конечно, что сделает обычная, неподготовленная женщина со всем этим дерьмом? Ты бы попросту не справилась.

Отец переводит взгляд на Марата и продолжает:

— А вот тот, кто давно варится во всем, кто знает, как вести дела, чуть ли не лучше меня, — справится. Более того, приумножит все.

— Стас, я босяк, а не рыцарь на белом коне, — произносит Марат тяжелым тоном.

— Мне нахрен не нужен рядом с Ольгой тип в теннисных туфлях, с прилизанной челкой и папочкиными деньгами, — грубо говорит отец, и я непроизвольно дергаюсь. — Мне нужен тот, кто защитит мою дочь. Пожертвует собой ради нее, поддержит ее, будет рядом, несмотря ни на что. Она одна не справится со всем этим. Только с тобой, Марат. Ты доказал все это и даже больше.

Молчаливо переглядываемся с Маратом. Голова начинает болеть от обилия информации и жуткой ночи. Яд тоже выглядит отвратительно. У меня все это не может уложиться в голове. Получается, отец с самого начала хотел нас свести? Так все это глупо.

А еще странно — ведь наша встреча была случайностью. Счастливой случайностью, за которую я не устану благодарить бога. Я нашла Марата, или он нашел меня — неважно. Получилось так, как получилось, и я не хочу думать о том, что бы было, возьми отец все в свои руки.

— Одно меня разочаровывает в вас, — отец вздыхает, — то, что вы сразу не пришли ко мне, а скрывались по углам. Оль, ну неужели ты думаешь, что я бы пристрелил Марата?

— Да?.. — несмело отвечаю я.

— Я что, похож на монстра?

— На монстра нет, но и на агнца божьего тоже мало смахиваешь.

— Оль, — серьезно говорит Стас, — если бы ты пришла ко мне, рассказала, что любишь, что хочешь быть с Маратом, я бы принял это.

Пожимаю плечами. Что ему сказать? У нас с отцом странная связь. Непонятно, я его больше боюсь или уважаю?

— А ты, Марат? Чего в штаны наложил? Ну, врезал бы я тебе разок, да и все. Жили бы дальше долго и счастливо. Так нет же, захотелось вам поиграть.

— Это моя вина, Босс, — вызывается Яд.

— Нет, моя! — влезаю я.

Стас отмахивается от нас.

— Оба хороши. Все, идите. Ольга, чтобы убрала бардак, который устроила в комнате. А ты, Яд, чтобы не смел лазить к моей дочери по ночам! Расселю.

— Так ты ж нас вместе именно для этого поселил, разве нет? — уже безо всякой боязни спрашивает Марат.

— Договоришься у меня, — сетует Стас, а я встаю с дивана и быстро подхожу к отцу.

Наклоняюсь и крепко обнимаю его. Он обнимает меня в ответ и целует в макушку.

— Ну все, беги, — голос у него хриплый, поломанный, будто еле держится.

Отстраняюсь от отца, заглядываю в его темные, такие же, как и мои, глаза и говорю тихое:

— Я люблю тебя, пап.

Марат подходит к Стасу и крепко жмет тому руку, а после переплетает мои пальцы со своими и уводит в наше совместное счастливое будущее.

Глава 46. Пропал

Игнорировать присутствие рядом Марата гораздо сложнее, когда о ваших отношениях объявлено официально, нежели чем когда мы скрывались по углам и тайком обменивались взглядами.

До выборов остается неделя, и в доме царит полнейший хаос. Куча фотографов, люди из команды моего отца, его секретари и пиарщики. Сейчас это место сложно назвать домом, так как даже охраны стало в два раза больше — усиление.

Совсем недавно я выяснила, что конфликт с неким Асланом, люди которого напали на нас с Маратом в подворотне, не решен. Стас прижал этого Аслана, и тот залег на дно, но лишь на время. Придет момент, когда он наберется сил и вновь появится на горизонте, и именно поэтому до того времени нужно держать ухо востро.

Марат уехал по заданию Стаса, а я приступила к занятиям, готовясь к началу учебного года. Информация попадает в голову с трудом, потому что мыслями я постоянно возвращаюсь к Марату.

Я безумно рада, что все разрешилось таким образом. Что отец оказался хоть и жестоким, но здравомыслящим человеком, который понял, что Яд — мое счастье и, лишив меня его, он лишится дочери.

Это не фигура речи и не преувеличение. Для меня это стало бы предательством, я бы уехала куда глаза глядят. Вместе с Маратом.

Звонит телефон, и я спешу ответить на звонок своего любимого и единственного друга:

— Привет, Алекс!

— Hola, Хельга! — радостно отвечает он. — Как поживают наши влюбленные голубки?

Меня распирает от радости, поэтому я не могу сдержать широкой улыбки и отвечаю:

— Алекс, у нас все замечательно. Мы так любим друг друга!

— О-о, — тянет нежно он. — Mi amor, как я рад за тебя. Я знал! Я всегда знал, что вы сможете обрести друг друга, несмотря ни на что. Потому что ваши сердца горят и словно магниты тянутся друг к другу. Это физика, химия, астрономия — называй как хочешь! Скорее женитесь, рожайте маленьких пузатеньких, вредненьких маленьких Маратов и зовите меня! Я могу быть прекрасной нянькой и кресной феей, потому что очень люблю детей. А у вас как раз найдется часок-другой, чтобы заделать новых Маратиков или таких же прекрасных принцесс, как ты. И с ними дядя Алекс будет гулять, баловать их…

— Перестань! — смеясь, прерываю я этот нескончаемый поток. — О замужестве, вообще-то, речи не идет.

— Что? — ахает он. — Oh, Dios mío, твой muchacho что, совсем с головой не дружит? Как твой отец разрешил вам жить во грехе?!

— А он и не разрешал, — хихикаю я в трубку.