Настя Ильина
Новый год в глуши, или Будешь моей мамой?
Глава 1
Корпоративные вечеринки Лида всегда переносила с огромным трудом. Однако следовало держаться, показать персоналу, что ценит каждого сотрудника и готова поднять за всех них тост. Голова пошла кругом от очередного, и Лида вдруг вспомнила о своём муже. Кирилл отсиживался в кабинете, занимаясь делами, в то время как ей приходилось отдуваться за двоих.
«Это совсем несправедливо», - мелькнула мысль в голове женщины, и она решила, что просто обязана отвлечь мужа от работы в такой вечер. Теперь его очередь поздравлять сотрудников и хвалить за их достижения.
Медленно поднявшись на третий этаж по лестнице, потому что лифтам с детства не доверяла, Лида шагала по коридору.
Туфли-лодочки, которые она надела, чтобы не давать дополнительную нагрузку на без того уставший позвоночник, совсем не шумели. Женщина двигалась так тихо, будто бы плыла по поверхности. Увидев свет в кабинете мужа, Лида улыбнулась, но тут же мгновенно насторожилась от доносившихся голосов. Он был там не один? Но ведь все веселились внизу, а он... он хотел завершить кое-какую работу с документацией. Позвал кого-то на помощь? Тогда почему не обратился к ней? Дальше Лида шла практически крадучись. Она не хотела оказаться замеченной раньше времени, потому что в душе появилось неприятное чувство, будто кто-то выворачивал её наружу.
- Какой же ты нетерпеливый. Хочешь всего и сразу? Сначала дай слово, что в новом году я стану твоей женой. Твои ласки мне приятны и жизненно необходимы, но... Наш ребенок скоро появится на свет, и мне нужна твердая почва под ногами. Я не хочу, чтобы он рос без отца. Это неправильно.
Казалось, что в это мгновение сотня раскаленных игл проткнула сердце Лиды.
Женщина продолжила двигаться медленно и осторожно, точно хищница, выслеживающая свою добычу.
Ребёнок?
Женский голос принадлежал Вилене, секретарше мужа. Но разве такое возможно? Как она могла говорить о ребёнке? Кирилл бы никогда... он не стал бы изменять ей. Или всё-таки?..
Верить собственным ушам совершенно не хотелось. Следовало посмотреть глазами, убедиться.
Дверь в кабинет была приоткрыта ровно настолько, чтобы сложилась идеальная, выверенная до миллиметра картина предательства. Кирилл, ее Кирилл, сидел на краю своего дорогого рабочего стола, а в его обычно сосредоточенных на графиках и цифрах глазах плескалось обожание. Его большая рука лежала на едва заметном округлении живота Вилены. Той самой милой, скромной Вилене, которая всегда так застенчиво улыбалась Лиде при редких встречах.
«Ребёнок? У них будет ребёнок?» - этот вопрос повторился в голове оглушительно, напоминая взрыв.
Женщина не поняла, как отступила назад, в тень коридора. Тело действовало само, повинуясь древнему инстинкту - бежать от боли, от угрозы, от разваливающейся на осколки реальности. Никаких криков, никаких слез. Только ледяная пустота внутри и оглушительный гул в ушах, заглушавший собственное сердцебиение.
Лида хотела сбежать от суровой реальности, но шла медленно, в движениях чувствовалась сильнейшая скованность. Каждый шаг был равносилен самому настоящему испытанию. Бледная и потерянная, точно призрак, оказавшийся в заточении. Лида проходила мимо веселящихся сотрудников, думая, что оказалась на злобном карнавале. Кто-то попытался остановить её и сказать что-то, но... Лида прошла мимо, одёрнула руку и только покачнула головой, показывая, что в такой момент её лучше не трогать.
Как надела пуховик, толком не помнила. Скользя по заснеженной дорожке в туфлях, она несколько раз чуть не упала, на автомате достала из кармана ключи от машины, открыла с брелка, села в салон и ощутила холод кожаной обивки. Этот холод не пугал так же сильно, как суровая правда, раскрывшаяся настолько внезапно. У её мужа есть другая женщина, и она ждёт от него ребёнка. Вот и получила подарок в преддверии такого волшебного семейного праздника.
Всё тело колотило от холода, страха, ужаса... Обхватив озябшими пальцами ледяную оплётку руля, Лида громко рассмеялась.
Мотор заревел, как только Лидия втопила педаль газа в пол. Ей хотелось набрать огромную скорость, будто бы это помогло справиться с неутихающей болью, заглушить её. Вот только понимала – не поможет. И всё равно продолжала набирать скорость. Она хотела уехать в загородный дом, который они с мужем купили не так давно. Вбила в навигаторе адрес, потому что по памяти сейчас просто не получилось бы. Подальше... Сбежать подальше... Укрыться от всего мира и попытаться прийти в себя. Вот в чём она нуждалась в это мгновение.
Дорога размывалась перед глазами, из которых, наконец, хлынули слёзы. Лида толком не разбирала происходящее, не чувствовала скорости. Всё, что она видела перед собой – рука мужа на животе его секретарши и его обожание, с которым Кирилл никогда не смотрел на Лиду.
Из мелкой порошащей крупы снег перешёл в густые, плотные хлопья. Они бились о лобовое стекло, мешали нормальном обзору. Даже дворники едва ли справлялись с такой непогодой. Наверное, следовало остановиться, успокоиться, взять себя в руки, но Лида не могла. Казалось, что если возьмёт паузу, то окончательно провалится в пучину боли. Женщина не заметила, как свернула с маршрута. Механический голос произнёс, что прокладывает новый маршрут, но Лида просто ехала вперёд. Она уже не смотрела на карту, только в одну точку перед собой.
Вместо ухоженной дороги к элитному поселку автомобиль вынырнул на занесённую просёлочную улицу с похожим названием. Машину повело по накатанной колее. Лида резко нажала на тормоз, почувствовав, как автомобиль отказывается подчиняться ей. Она в панике вывернула руль, но... Заднюю ось развернуло, и с тихим ужасом Лида осознала, что теперь движется боком. Последовал глухой удар, от которого боль прошлась по всему позвоночнику. Сработали подушки безопасности. Лида не понимала, не могла осознать, что именно произошло. Она начала медленно терять связь с реальностью, проваливаясь в кошмар, где её муж и его секретарша красивые и счастливые шли к алтарю.
- Привет! – услышала Лида звонкий детский голосок, как только пришла в себя.
Она вздрогнула и посмотрела на девочку, сидящую рядом с ней на кровати. Ей было лет семь на вид. Две запутавшиеся косички торчали в разные стороны, яркие рыжие волосы придавали девочке бунтарский вид, но веснушки на щеках и носу смягчали, усиливая ребячество. Зелёные светящиеся глаза с любопытством разглядывали Лиду.
- Ребёнок? – переспросила женщина и подскочила на кровати. Она присела, но голова тут же закружилась от такого резкого подъёма, и перед глазами полетели мушки.
- Детей никогда не видела? – засмеялась девочка. – Я не призрак же какой-то. Чего бояться? Бабушка сказала, чтобы ты выпила лекарство, когда проснёшься. Вот.
Бабушка? Лида осмотрелась и поняла, что находилась в чужом доме. На чужой территории. Как она здесь оказалась? Она вспомнила, как из-за своего состояния едва ли соображала что-то и попала в аварию, но дальше пустота.
- Бабушка легла спать, а папа уехал по делам. Пей лекарство и отдыхай. Потом они поговорят с тобой и помогут вернуться домой. Ну.
Девочка протянула Лиде стакан с приятно пахнущим напитком. Пить что-то из рук незнакомых ей людей было страшно, но... Они вроде как спасли её. Если бы хотели навредить, уже сделали бы это.
- Как я здесь оказалась, тебе известно?
- Папа нашёл тебя и принёс сюда. Он сказал, что ты не справилась с управлением. А ещё ты замёрзла, поэтому бабушка переодела тебя и положила в носочки пакетики с горчицей. Чтобы ты не заболела.
Только сейчас Лида осознала, что одета в чужую тёплую одежду. Пусть вещи были ей не по размеру, но приятно согревали своим теплом. Вязаный слегка растянутый свитер выглядел по-домашнему уютно.
- Бабушка сказала, что тебя нужно было в полицию отправить сразу за то, что села за руль в... каком-то состоянии. Я забыла, как оно называется. Ладно. Я пойду. Отдыхай.
