Галина Чередий
Куплю тебя. Навсегда
Глава 1
Лилия
– Вот же черт! – прошептала, едва выглянув из-за угла. – Ну за что мне это?
Опять у этого паскудного мажора с третьего этажа гулянка! Полдвенадцатого, а у него окна настежь, музыка бахает так, что окна в доме напротив позвякивают. Девки визжат, будто поросята при забое. Дым валит, как из пещеры дракона и молодецкий гогот пьяных или обдолбанных дружков этого придурка гремит на весь двор. Ещё и на крыльце подъезда кто-то топчется и громко разговаривает. Мало им в квартире на пол этажа места как будто!
Я переступила несколько раз с ноги на ногу, чтобы хоть как-то сделать терпимее проникшие в обувь сырость и холод, и стала пристальнее присматриваться к компании на крыльце. Нет ли там самого мажора и удастся ли прошмыгнуть домой, не отбиваясь от их чертовых приставаний.
Леха Волков – чистое наказание не пойми за что для всего нашего двора в целом и для меня и многих других местных девушек лично. Вот что мы все тут такого плохого кому в жизни сделали, если Волков старший, которого, как я краем уха слышала, зовут Матёрым, решил прикупить своему бездельнику и гуляке сынку жилье в нашем районе и, конкретно, в моем родном доме?
Место, по нынешним меркам, вообще не престижное, старые пятиэтажки, не высотка с огромными окнами в пол стены. Но нет же, купил две смежные квартиры, три месяца там долбили и сверлили, и вот вам результат – в сентябре въехало это дитятко буйное и понеслось веселье мажорское. У него, само собой, а все окружающие стали жить в реальном дурдоме. И, главное, сделать ничего невозможно. Первое время местные, наивные, день-через день в полицию звонили и те исправно приезжали, строгие лица делали, протоколы строчили. Но в “нехорошей” квартире даже музыку не приглушали, а бравые полицейские уходили отмахиваясь от страждущих тишины и покоя. А однажды и вовсе впрямую сказали – кончайте звонить и возмущаться, никто с этим мелким засранцем ничего поделать не сможет, а вот проблем за жалобы от его влиятельного папаши огребем запросто. Об этом же иногда вопил, свешиваясь из окна, сам Леша Волков, допиваясь или укуриваясь до определенной кондиции и размахивая толстым веером из купюр. Типа он здесь царь горы и кого хошь раком поставить может. И могу точно утверждать, что ему все мои соседи в эти моменты дружно желали навернуться и шею сломать. Я уж точно, и мне ничуть за это не стыдно. Потому что достало с работы почти каждый день прокрадываться, как лазутчик по вражеской территории. Я уже забыла, когда могла спокойно пройти по родному двору, не озираясь, как параноик, в ожидании какой-нибудь засады.
Начал ещё и противный дождь накрапывать, я окончательно замёрзла, ноги гудели после смены в супермаркете, шею, плечи и поясницу ломило, пакеты оттягивали руку, а компания беспечных пьяниц явно не собиралась никуда уходить. Но голоса самого Волкова вроде слышно не было и я решилась. Быстрым шагом, почти бегом прошла под самыми балконами, споткнулась разок о брошенную бутылку и выждав момент, прошмыгнула за спинами гомонящих и дымящих дружков дебошира в распахнутую настежь дверь подъезда.
– Ес-с-с! – прошипела сквозь зубы, радуясь своей удаче и перескакивая по три ступеньки.
Но радовалась я напрасно. В тот самый момент, когда почти пронеслась мимо дверей клятой квартиры, та распахнулась и наружу вывалилась двое краснорожих и расхристаных парней, полностью перекрывая мне дорогу.
– О-па, о-па! – ухмыльнулся один, ловко пресекая мою попытку прорваться, несмотря на то, что сам не слишком то хорошо на ногах держался. – А я тебя знаю! Ты соседка Волка, на которую у него стоит жёстко. Ниче так вблизи, оказывается. Свисток прям рабочий и сиськи есть. Че, давай знакомиться?
– Нет, спасибо. – ответила вежливо, хоть хотелось послать пешим эротическим. – Пропустите.
– Слышь, куда бежишь, чика?
– Домой с работы. Отойди!
Но вместо того, чтобы пропустить, парень развязно привалился к перилам. Его такой же пьяный дружок встал рядом, ухмыляясь и лапая меня липким взглядом.
– Бимба, да хорош ломаться, пошли к нам! – практически потребовал он и ухватил за выпавший из хвоста локон на виске. Покачнулся и дёрнул мои волосы, аж слезы на глаза навернулись. – У нас бухло есть, не бормотуха или пивандрий за три копейки. Ты ж такого точно не пробовала и кой-че ещё для веселья. Разок глянь, как достойные люди оттягиваются, пока, так и быть, предлагаю.
Уже молча я вырвала свой локон из его пальцев и решительно пихнула плечом, прокладывая себе дорогу силой. Не удержавшись, парень плюхнулся на задницу на лестничную площадку. Я кинулась вперёд, но тут же кожу головы как обожгло и я, потеряв равновесие, выронила пакет с продуктами и стала падать назад от грубого рывка за волосы. Второй урод, оказывается, схватил меня за хвост и рванул, роняя себе на грудь спиной, тут же ляпнул ладонь на мою левую грудь, грубо сжал и мерзко загоготал.
– Ну ты лошара, Димон! Тут Серов вчера все заблевал, а ты жопой ступеньки натираешь!
Я закричала от боли и злости, стараясь вырваться, и в тот же момент первый взвился на ноги.
– Ах ты шкура охеревшая! К тебе, шаромыжка, как к человеку обратились уважаемые люди, а ты выдрючиваться?! Да ты хоть знаешь, сколько мои карго стоят, которые я тут из-за тебя засрал? Ты у меня за них всеми своими дырами не расплатишься! А ну давай, тащи ее на хату!
– Отпустите! Руки убрали, ублюдки! – закричала, но мне тут же отвесили такую оплеуху, что горло перехватило, в голове поплыло, а во рту стало солоно.
Я не собиралась сдаваться и яростно брыкалась, размахивала руками, стараясь вслепую исцарапать агрессоров и вопила во все горло. Но бесполезно. Удерживающий сзади стал пятиться, а первый нападавший врезал опять по скуле так, что в голове зазвенело и схватил за лодыжки, помогая поднять меня. Как только меня втянули в квартиру, я и сама себя слышать перестала за грохотом музыки и воплями гулянки. На шум и сверкание меня не потащили, свернули вправо, в темную комнату.
– Эй, занято вообще-то! – завизжал женский голос возмущенно.
– Помогите! – взмолилась, не видя к кому и обращаюсь. – Позовите на помощь!
– Мальчики, может не надо? – неуверенно спросила девушка, – Она же стремная.
– Слилась отсюда нахер! – рявкнули незнакомке в ответ, а новый удар по моему лицу едва не лишил сознания.
В черепе будто что-то взорвалось, болью обожгло бок, лодыжку, запястье, которым, похоже, попала по какому-то предмету мебели, продолжая отбиваться.
Швырнули на пол, сверху кто-то навалился, не давая вздохнуть, руки мерзавцев стали шарить по телу. Тот, что навалился сверху задрал свитер и футболку вместе с лифчиком и мерзкие пальцы стали тискать обнаженную грудь и крутить соски. Второй принялся попросту сдирать с меня все ниже пояса. Я извивалась и билась, силясь сбросить их с себя, лягнуть или хоть укусить. Но все тщетно, с меня продолжали деловито сдирать одежду.
– Вмажь ей ещё раз, задолбала брыкаться сучка! – разобрала сквозь бешеный грохот панического пульса в ушах и принялась выворачиваться из их лап из последних сил.
Тяжёлый кулак двинул по второй скуле, а потом врезался в пол у моего лица, промахиваясь из-за того, что отчаянно мотала головой. Но второй раз гад точно не промахнется, я точно отрублюсь и тогда мне конец!
Однако удара, которого ждала не последовало. По глазам резануло ярким белым светом, тяжесть свалилась с груди и я взвилась на ноги. Шатнуло, в голове все крутанулось, перед глазами все смазалось и я ударилась плечом во что-то, промаргиваясь, обернулась на звук болезненных вскриков.
– Укурки сраные! – рычал незнакомый, но совершенно жуткий мужской голос, перемежая слова глухими ударами, – Шлюх вам мало? Сами, сучата, сядите, хер с вами, пусть мозги на зоне вам вправят, жопу шире плеч растрахав. Но Лешку моего ещё под статью…
