Элси Сильвер
Бессильный
Elsie Silver
POWERLESS
Copyright © 2023 by Elsie Silver The moral rights of the author have been asserted. Cover images © monticello/Shutterstock, lisima/Shutterstock
Фото автора Elsie Silver credit: The Kindred Wolf
© Белякова А., перевод на русский язык, 2026
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.
* * *
Посвящается тем, кто всю жизнь был «чересчур» покладистым.
Давайте учиться искать собственный комфорт, разочаровывая тем самым других, но только не себя
Правда в том, что в жизни мы мало что способны контролировать. А все остальное – та еще лотерея.
– Кэнди Стайнер
Пролог
Слоан
Тогда…
Я открываю дверцу «Бентли» до того, как родители успевают его припарковать. Ступаю на гравий подъездной дорожки до того, как они успевают выйти из машины. И лечу со всех ног, чтобы заключить в объятия двоюродную сестру Вайолет. От силы объятий мы едва не валим друг друга на грязную дорожку.
От кузины пахнет зеленой травой, лошадьми и сладкой летней свободой.
– Я скучала по тебе! – взвизгиваю я, как только Вайолет отстраняется и одаривает меня озорной улыбкой.
– Я тоже по тебе скучала.
Краем глаза замечаю, что взгляд мамы, устремленный на нас, одновременно радостный и грустный. Я похожа на свою маму, а Вайолет – на свою. Только вот ее мама умерла, а моя потеряла родную сестру.
Мне всегда кажется, что ей нравится привозить меня на ранчо только потому, что таким образом она ощущает некое единство с сестрой.
Кроме того, так моим родителям удобнее путешествовать по их любимым местам в Европе. Однажды папа обмолвился, что мне полезно «посмотреть, как живут другие люди». Я не совсем поняла, что он имел в виду, однако заметила, как мама поджала губы от его слов.
В любом случае я не жалуюсь, ведь проведу целый месяц на ранчо «Колодец желаний» с семьей Итонов, а значит, смогу тусоваться и веселиться со своими двоюродными братьями и сестрой. Правила здесь не строгие. Комендантского часа не существует. Так что каждое лето я свободна целых четыре недели.
– Роберт, Корделия. – Дядя Харви протягивает руку моему отцу, чтобы пожать ее, а затем стискивает маму в объятиях, отчего та начинает слишком часто моргать, вглядываясь в поля фермы и зазубренные горы позади них. – Рад видеть вас обоих.
Они начинают разговаривать о скучной взрослой жизни, но я их не слушаю, так как из большого фермерского дома выходят двоюродные братья. Кейд, Бо и Ретт сбегают по парадной лестнице, смеясь, пихаясь и бросаясь врассыпную.
А затем за ними следует еще один мальчик, которого я вижу впервые. И он сразу же привлекает мое внимание. У него длинные, худощавые руки и ноги, волосы цвета карамели и самые голубые глаза, которые я когда-либо видела.
Самые печальные глаза, которые я когда-либо видела.
Когда этот мальчик переводит взгляд на меня, на его лице отражается лишь чистое любопытство. Я безразлично отворачиваю голову, чувствуя, как на щеках выступает румянец.
Мама подходит ко мне и гладит по макушке.
– Слоан, не забывай пользоваться солнцезащитным кремом. Ты и так почти сгорела, а поскольку все свое время проводишь в танцевальной студии, твоя кожа не привыкла к такому воздействию солнечных лучей.
От ее суеты я краснею еще больше. Мне почти одиннадцать, а она выставляет меня перед всеми ребенком.
Я раздраженно закатываю глаза и бормочу:
– Знаю. Я так и делаю. – Затем беру Вайолет за руку и бегу прочь.
Мы заходим в дом и поднимаемся в комнату для гостей в поисках уединения, пока все остальные стоят снаружи и ведут светскую беседу.
Вайолет ложится на матрас и объявляет:
– Расскажи мне все.
Я хихикаю и, заправив волосы за уши, подхожу к окну с видом на подъездную дорожку.
– О чем?
– О школе. Городе. Чем ты хочешь заняться этим летом? Просто… обо всем. Я так рада, что в доме появилась девочка. А то здесь постоянно пахнет мальчишками.
Выглянув в окно, я вижу, как таинственный парень пожимает руки моим родителям. Вместе с тем я замечаю неприязнь на лице отца и жалость на мамином.
– А кто этот парень? – спрашиваю я, не в силах отвести взгляд.
– О, – голос Вайолет становится немного тише, – это Джаспер. Теперь он один из нас.
Я поворачиваюсь к ней, приподнимаю бровь и упираю руки в бока, пытаясь выглядеть невозмутимо, как будто мне это не так уж интересно, хотя на деле я без понятия, как это сделать.
– Что ты имеешь в виду?
Она приподнимается, садится на кровать, скрестив ноги, и пожимает плечами.
– У него нет семьи, поэтому мы взяли его к себе. Я не в курсе всех подробностей. Говорят, произошел несчастный случай. Бо привез его сюда прошлой осенью. Так что теперь я считаю его еще одним братом-вонючкой. И ты тоже можешь считать его новым двоюродным братом.
У меня кружится голова, пока сердце борется с разумом.
Сердце желает снова выглянуть в окно: Джаспер такой милый, что при одном взгляде на него в груди как-то странно ухает.
Но разум понимает, что это глупо, ведь если он дружит с Бо, то ему, должно быть, не меньше пятнадцати.
Вот только я не могу ничего с собой поделать.
Поэтому смотрю на него снова.
В тот момент я и не догадывалась, что еще долгие годы буду бороться с желанием взглянуть на Джаспера Жерве.
1
Джаспер
Настоящее…
Жених Слоан Уинтроп – настоящий придурок. Я знаком с таким типом людей. Невозможно пробиться в НХЛ [1], не столкнувшись с львиной долей подобных.
И этот парень играет свою роль безупречно.
Как будто имени Стерлинг Вудкок [2] оказалось недостаточно, так он теперь хвастается охотой, на которую они с отцом потратили сотни тысяч долларов, лишь бы убить львов, родившихся и выросших в неволе, словно от этого их члены чудесным образом станут больше.
Начиная с часов «Ролекс» на запястье и заканчивая ухоженными ногтями, от него веет богатством. Так что вполне логично, что Слоан в итоге выйдет замуж за такого мужчину, как он. Как-никак, Уинтропы – одна из самых влиятельных семей в стране, обладающая почти полной монополией в телекоммуникационной отрасли.
Пока он разглагольствует, я бросаю взгляд на Слоан, сидящую напротив. Опустив небесно-голубые глаза, она теребит салфетку на коленях. А выглядит так, будто предпочла бы находиться где угодно, только не в этом тускло освещенном и богато украшенном стейк-хаусе.
И я чувствую примерно то же самое.
Вряд ли я предпочел бы провести вечер, слушая, как ее недалекий будущий муж хвастается за столом в кругу семьи и друзей, которых я вижу впервые, чем-то, что, честно говоря, смущает и вызывает жалость.
«Но я пришел сюда ради Слоан», – продолжаю твердить себе.
Ведь, глядя на нее сейчас в таком подавленном состоянии, всего за несколько дней до свадьбы… я чувствую, что ей нужен тот, кто по-настоящему ее знает. Остальные члены нашей семьи не смогли приехать, а я пообещал быть здесь.
