Бывшие. Скучала по мне? (СИ) - Май Софья

— Ты мной еще покомандуй, — зло шиплю на жену. — Ты с дороги даже не переоделась.

— Да потому что я не взяла одежду для себя. Ты сорвал меня с места. Угрожал забрать сына, и я просто не думала о шмотках.

— Ты меня решила обвинить во всем? Ты сбежала.

— Ты для этого много сделал, — Серафима бьет кулачками по моей груди. Даже не чувствую ее ударов. Но больше всего меня бесит, что именно в этот момент я ее хочу. Напоминаю себе о том, что она сбежала. И все равно хочу ее обнять и успокоить. Как она это делает?

Разворачиваюсь, ухожу к себе. Могу не сдержаться, понимаю, что она и правда мною крутит. Нахожу в шкафу свою футболку, возвращаюсь к жене.

— Ты опять пришел? — шипит Серафима.

— Завтра тебе привезут вещи и все, что нужно для Данияра. Сегодня поспишь в моей майке.

— Больно надо, — ворчит жена, но футболку забирает.

— Серафима, хватит. Я слишком устал.

— Так иди отсюда. Иди спи, отдыхай, развлекайся с кем хочешь. Только ко мне не суйся.

— Продолжишь в том же духе — трахну тебя прямо сейчас, — зло шиплю я. Если я и хочу развлечься, то со своей женой. Помешательство какое-то. Два перелета, скандал за скандалом, на работе задач валом, и один фиг — я смотрю на жену и хочу ее. Мне бы поспать немного, а не думать о том, как раздеваю Серафиму.

Серафима замолчала, ушла в ванную и вернулась уже в моей футболке. И нихрена легче не стало. Думал, заставлю ее хоть немного уступить и успокоюсь на этом, но нет — теперь я просто не могу на нее не смотреть. Ноги голые, майка прикрывает половину бедра. Можно руку протянуть, снять с нее трусы и получить то, что я хочу.

Конченный дебил. Сжимаю кулаки и ухожу из комнаты жены. Нельзя даже на пять минут оставаться наедине. Снова лечу неизвестно куда, и все из-за нее.

Глава 9

Серафима

Ночка прошла та еще. Разница по времени колоссальная. Ни мой организм, ни организм сына никак не хочет принимать такие изменения.

Данияр прекрасно выспался уже к часу ночи. Мой дорогой сын решил, что отдыхать хватит, и теперь пришло время игр. Я совершенно уставшая, темнота за окном удручает, но мои часы так же говорят мне о подъеме — обеденный сон окончен. А все остальные жители дома крепко спят. Мы с Данияром словно призраки замка, тихо слоняемся в полумраке, стараясь не попасться на глаза основным обитателям и не привлекать к себе внимание.

Да и мой желудок отказывается принимать смену времени, и я почему-то снова голодная. Повезло, что у сына настроение напрямую зависит от сытости. Если его вовремя покормить и искупать, то кричать он не будет. Что-то гулит, я тихонько разговариваю с Данияром, достала пару детских книжек и несколько часов читала. Сын притворялся, что все понимает и внимательно слушает, а сам дергал руками и ногами, словно на дискотеке был. К шести утра Данияр заснул, я чувствую, что измотана, а в доме все начали просыпаться. Сложно сменить часовой пояс без последствий. Дело привычки. Для нас с сыном шесть утра — это десять вечера, самое время, чтобы ложиться на ночной сон.

Может, меньше с остальными буду видеться. Я привыкла жить с сыном, и другие люди в доме меня напрягают. Словно приехал в гости с ночевкой и боишься кого-то разбудить. Надо найти самую дальнюю комнату и переехать туда.

Проснулась я от стука в дверь, смотрю на часы — восемь утра. Кошмар какой. Сонно бреду, открываю дверь, на пороге стоит тетя Залима.

— Доброе утро, Серафима, — улыбается женщина.

Совсем не доброе, совершенно не утро, ночь глубокая, мы в такое время всегда спим. У сына был строгий режим, и он полетел ко всем чертям. Придется полностью перестраивать его.

— Доброе, — бурчу я.

— Дамир не стал тебя будить. Ты на завтрак идешь?

Я отрицательно качаю головой.

— Что ты удумала тут? Давай одевайся и за стол. Эльвира уже накрыла на стол, сейчас придет, посидит с малышом. И никаких отговорок.

Спорить просто сил нет. Иду, умываюсь, заплетаю волосы, смотрю в зеркало и вижу уставшие глаза в отражении с темными кругами под глазами. Меня потряхивает, самочувствие так себе. Только заболеть не хватало. Надеваю майку, джинсы, и к этому времени в комнату входит Эльвира.

— Идите покушайте, я пригляжу за маленьким.

Спускаюсь, нахожу кухню-столовую, ремонт отличный. Кухня просто шикарная, серо-белые цвета. Техника вся новая. Большой обеденный стол из массива дерева. За столом сидят женщины.

— Доброе утро, — приветствую их, входя.

Тетя Зарема зло взглянула на меня и усмехнулась.

— Здравствуйте, — тихонько пищит Роза.

Присаживаюсь на свободное место. Пробегаюсь глазами по столу, смотря, какую еду мне можно. Так, цитрусовые соки отметаем — Данияр покрывается сыпью. Каша овсяная, бутерброды с сыром и зеленый чай — подойдет.

— И что, теперь шальная императрица всегда так долго спать будет? А мы, конечно же, подождем, у нас нет никаких дел, — с укором говорит тетя Зарема.

— Я жила в другом часовом поясе. Мне нужно время адаптироваться.

— Это называется лень. Не надо выдумывать. Сразу видно, что ты не из нашего круга и не нашего воспитания.

— И это замечательно. Должен в доме быть один здравомыслящий человек, — отвечаю я на ее уколы, делаю вид, что мне плевать на ее слова, и просто кушаю.

— Женщина нормального воспитания встает гораздо раньше мужа, готовит ему завтрак, а не спит до обеда.

— Восемь утра — какой обед?

— Ты еще мне поговори! Дамир уехал в семь, значит, ты должна встать в шесть и ждать его пробуждения. Потом заниматься домашними делами и ложиться спать только через пару часов после того, как он уснул.

Кошмар какой. Средневековье, здравствуй.

Мне становится смешно, никак не получается сдержать улыбку.

— Ты еще и смеешься? — возмущается тетя Зарема.

— Вы описываете ужасную перспективу. Легче сразу повеситься, — смеюсь я.

— Просто ты ленивая и плохо воспитана. Нормальная женщина уважает мужчину, — продолжает набирать обороты тетя Зарема, она говорит все громче и все более злым тоном. — Ты должна, встречая его, ноги ему мыть и воду пить. Так показывается уважение к мужчинам в доме.

Фу. От этих слов я уже не могу сдержаться, кривлюсь и громко смеюсь.

— Очень странные предпочтения. Хотя если вам так нравится, кто я такая, чтобы вам указывать?

Тетя Зарема замолкает, за столом все перестают дышать. Роза так совсем выпучила глаза и плечи вжала.

— Ты... Ты... — пыхтит тетя Зарема, собирая кислород в легких. — Что ты сказала?

— Говорю, как Данияра искупаю в тазике, обязательно приглашу вас отпить водицы. С уважением к вашим предпочтениям.

Хватила лишка. Не спорю. Но это просто бред какой-то. Как минимум, это не гигиенично. Да и представить себе не могу, как Дамир заходит в дом, а я несусь с тазом воды ему ноги омывать. Вот просто вылить на него — это можно. А потом еще воду пить. Ага, стакан набираю и пью. Фу. Скорее я ему чай с этой водицей приготовлю.

Тетя Зарема краснеет, надувает щеки, дышит шумно, смотрит на меня со злостью, и дальше в меня летит тарелка. Вовремя пригибаюсь, прячась под стол, тарелка улетает в стену и со звоном разбивается.

— Тебя гнать надо из дома! Я все для этого сделаю! — орет тетя Зарема.

А вот это хорошая идея.

— Вернуть в ту дыру, из которой он тебя достал!

Еще лучше идея.

— Полностью вас поддерживаю, — говорю я из-под стола, но не вылезаю, потому что звон разбивающейся посуды продолжается.

— И твоего сына туда же! Жили спокойно! Приперлась! Приехала сюда! Еще и права качает! Должна быть тише воды, ниже травы! Голову склонить! А ты, тварь такая, спать нам не даешь! Всю ночь крик твоего ублюдка!

Дальше я не терплю, вылезаю из-под стола и злобно смотрю на женщину.

— Я говорила ранее. Меня можете ругать сколько влезет, но моего ребенка не смейте оскорблять.

— И что ты мне сделаешь? Дамиру пожалуешься? Сделаешь так, чтобы он тебя, шалаву, послушал и от родной тети избавился?