Мастер Соли и Костей (ЛП) - Лейк Кери

— Исадора, но зови просто Иса. Слушай, а она всегда…

— Не в себе? Да. Если точнее, деменция с тельцами Леви. Похоже на то, чем страдают люди с болезнью Паркинсона. Доктор пытается подобрать ей лекарства.

— Она казалась вполне нормальной, пока не начала говорить о Рорке.

— Жутко, да? В одну минуту она тараторит о текущих мировых событиях, в следующую — играет в прятки со своим мёртвым внуком.

— Он… мёртв? Точно?

— Зависит от того, кого спросить. После пяти лет? Да, можно с уверенностью сказать, что он мёртв. — сделав ещё одну затяжку, она откидывается на стул и выпускает дым в сторону от меня. — Кошмары тоже всегда «весёлые». Иногда её приходится даже привязывать. — вздохнув, она тушит сигарету в пепельнице, полной окурков. — Мне, наверное, стоит уложить её обратно в постель. Она уже пила чай?

— Да. Не так много — после того как разлила его на пол. Я разбила чайник.

Девушка вздрагивает, поднимаясь на ноги.

— Этот чайник вместе с чаем стоит больше, чем я зарабатываю за месяц.

— Не сомневаюсь. Мне тут устроили чайный ликбез.

Её взгляд скользит по моей одежде и возвращается ко мне.

— Ты молодая.

— Девятнадцать. В прошлом году закончила школу.

— Две недели. Это если будешь держаться особняком.

Нахмурившись, я мысленно пытаюсь разобрать смысл её слов.

— Что две недели?

— Сколько ты продержишься. И это я ещё даю тебе кредит доверия. Девушка до тебя продержалась неделю. Та, что была перед ней? Целых три дня. Ты уже встречала Люциана?

Почему все спрашивают меня об этом, после того как осмотрят мою одежду?

— Нет. А почему ты спрашиваешь?

— Думаешь, его мама чокнутая? Подожди, пока познакомишься с самим Дьяволом Костяной Соли. — она проходит мимо меня, толкая плечом по дороге к двери. — Всё это чёртово место один большой сумасшедший дом.

— Я не говорила, что его мама сумасшедшая… — дверь захлопывается прежде, чем я успеваю закончить. — …работа.

Глядя на двор, я различаю край обрыва и бесконечное море за ним. Мили изоляции.

С одной стороны, я ценю тишину и покой.

С другой — надеюсь, что не ошиблась, согласившись на эту работу.

ГЛАВА 5

Люциан

Шестнадцать лет назад.

Тонкой веточкой я вывожу свои инициалы на песчаном дне пещеры, пока жду, когда придёт Джуд. Жар от небольшого костра, который я разжёг, отгоняет вечернюю прохладу, но мысли закручиваются вокруг того, что случится, когда отец вернётся из командировки. Огнетушители были не самой умной идеей, но, чёрт возьми, сидеть взаперти в этой дыре месяцами — это тюрьма. Я схожу с ума в этом месте, изо дня в день. Единственные передышки — редкие моменты вроде этого, когда мне удаётся улизнуть, не поставив никого в известность.

Шум воды у входа в пещеру — первое издевательство поднимающегося прилива. Всего через несколько часов это место будет наполовину заполнено морской водой, и течение утянет всё, что здесь есть, под поверхность и вынесет в море. По этой причине местные называют её Пиратской бухтой.

Несколько лет назад сюда забрёл один пацан, четырнадцати лет, и считалось, что он утонул и его утащило в море. Согласно отчётам, он мог удариться головой и потерять сознание достаточно надолго, чтобы прилив унёс его. С тех пор сюда запрещено заходить отдыхающим на пляже, а особенно детям. Пещера находится на границе нашей территории и прилегающей государственной земли, так что семья попыталась засудить моего отца, но никто не подаёт иск против Блэкторнов и не выигрывает. Мы с Джудом обычно тусуемся здесь, пока вода не доходит нам до икр,

а потом уходим, прежде чем становится невозможно пробираться дальше. Однажды мы сыграли в «кто струсит первым» — вода поднялась нам до груди, прежде чем пришлось выбираться. С её грубыми, рваными волнами, которые с грохотом бьются о скалы, если море не заберёт тебя живьём, оно точно заберёт всё, что от тебя останется после того, как тело хорошенько покидает.

Плеск привлекает моё внимание к входу, где стоят две фигуры, и я роняю палку, увидев, что Джуд каким-то образом уговорил новую служанку потусоваться с нами.

— Привёл подругу, надеюсь, ты не против. — он ведёт её к одному из валунов, единственным постоянным объектам в пещере и плюхается на сухой песок с другой стороны костра. — Соланж захотела увидеть печально известную Пиратскую бухту.

Я не могу оторвать глаз от женщины — от того, как её тёмно-карие глаза и длинные вьющиеся волосы придают ей экзотическую притягательность. Длинная тонкая шея и такие же тонкие плечи опускаются к полной груди, которая, будучи слишком тяжёлой для такого хрупкого тела, натягивает тонкую ткань её рубашки. Отсюда я вижу, как проступают её соски, и при виде этого мой член дёргается.

— Как думаешь, сколько у нас есть? Часа два? — запустив руку в карман пальто, Джуд достаёт один из косяков, которые он выклянчил у Истона, и, не теряя времени, поджигает его. Кончик вспыхивает оранжевым, он дважды затягивается, переворачивает его, чтобы втянуть дым, затем снова тянет и передаёт Соланж.

Он проводит пальцем вверх и вниз по её руке, бросая на меня ухмылку сквозь пламя. Она делает длинную затяжку и наклоняется в сторону, протягивая руку через маленький костёр, чтобы передать его мне.

— Я бы сказал, у нас два часа, максимум. — как и Джуд, я делаю пару затяжек, позволяя дыму потрескивать в лёгких, закрываю глаза и откидываю голову на выдохе. Пока мы учились в школе, мы с Джудом тайком спускались в подвал и накуривались или напивались до утра. Иногда это была трава, иногда алкоголь.

— Итак, чем вы занимаетесь до того, как приходит прилив? — её густой французский акцент звучит с придыханием, словно стон в середине толчка. Совсем не то, что девчонки, с которыми я возился, ускользая, чтобы полапать или быстро перепихнуться. Местные девчонки иногда бывают забавными, если у меня есть время их очаровать. Единственная проблема — они ищут выход. Способ не стать своими матерями, и я скорее вгоню гвоздь в головку своего члена, чем возьму на себя такие обязательства.

— Как насчёт того, чтобы ты сняла этот свитер и мы тебе покажем. — Джуд всегда был дерзким, когда дело касается женщин.

Честно говоря, тот ещё мудак, но будь то потому, что он богаче, чем проститутка в подводном флоте, или обаятельнее самого дьявола, их это, кажется, никогда не смущает.

Соланж улыбается, и почему-то её взгляд падает на меня.

— Юный Мастер желает увидеть мою грудь?

Юный Хозяин. Чёрт возьми.

Сдув дым в сторону, я слегка киваю, снова замечая её соски — ещё более отчётливые, чем минуту назад. Не колеблясь, она скрещивает руки и стягивает свитер через голову, обнажая грудь без лифчика, слишком большую для моих ладоней.

Облизнув губы рядом с ней, Джуд накрывает одну из её грудей и проводит большим пальцем по соску. При этом её глаза всё ещё на мне.

— Скорми меня ими, — говорит он, прежде чем сделать ещё одну затяжку.

Не раздумывая, она наклоняется, приподнимая грудь ровно настолько, чтобы засунуть сосок ему в рот. Дым вьётся из его носа, когда он выдыхает, одновременно облизывая её грудь.

Дальше между ними всё будто ускоряется. Или, может, я просто в хлам накурен — сложно сказать. Не проходит и много времени, как я уже смотрю, как её грудь подпрыгивает, пока она скачет на нём напротив меня.

Глухой шлепок разносится по пещере, когда Джуд бьёт её по заднице.

— Я знал, что ты шлюха. Членоглотающая потаскуха.

Похоже, ей это нравится — её губы растягиваются в улыбке.

— Иди сюда, Юный Мастер. Трахни меня.

Мысль о том, что мой член окажется в опасной близости от члена Джуда, заставляет меня покачать головой, но вскоре они заканчивают, и рёв удовольствия Джуда эхом разносится

по пещере. Его сперма, вероятно, стекает по её бёдрам, когда она ползёт вокруг кострища ко мне, будто теперь моя очередь. Уткнувшись лицом мне в шею, она смешивает аромат своих духов с запахом секса, и я кладу руку ей на плечо, слегка подталкивая, чтобы оттолкнуть её. Её брови опускаются с говорящим разочарованием, и она трогает меня во второй раз.