Дочь друга. Порочная связь (СИ) - Кир Хелен

Терпкий, горячий, поглощающий, властный. Такому хочется подчиняться. Удовольствие на грани, почти невыносимо. Я хотела с ним. Все хотела, что мог бы предложить. Готова была на любые безумия, но он оттолкнул. Горше этого только ничто.

Нахожу офис без труда. Пробиваюсь на прием к руководству. Делаю все, что нужно в провальной ситуации. Защищаю честь фирмы, как могу. Не знаю откуда берется красноречие, но убеждаю всех, что проблема решится в кратчайшие сроки.

Мне вежливо кивают и предлагают выпить кофе, попутно пытаясь выведать информацию об Авдееве. Возможно, меня сегодня посетила брехучая муза, потому что весь вздор, что мелю не несет абсолютно никакой детализации. Говорю обо всем и ни о чем. Впадая в больший раж, плету такие кружева, что сама обалдеваю.

— Ах, ну такая интересная работа, вы не представляете! — размахиваю руками. — Мечта. Просто случился бой на серваке. Пострадали не только мы, представляете? Вышло глобальное недоразумение. Вот смотрите, я предлагаю план. Грузоперевозка осуществляется по следующему пути.

Приступаю непосредственно к делу. Сыплю аргументами. Выуживаю чертовы плюсы из прокола и втираю, как заправский лохотронщик. Совсем немножечко трясет от лихого авантюризма, но, к счастью, у меня получается. Оставляю самое благожелательное впечатление и, потная, вываливаюсь из офиса.

А на улице уже темно!

Назад по плотным сумеркам ехать не хочется. Родителям отпишусь сейчас. На работе должны учесть мою поездку. Назад быстро не добраться. Надеюсь, отнесутся с пониманием. Вбиваю гостиницы и рулю на ближайший адрес. Пока устраиваюсь, вспоминаю, что поесть не успела. Ладно, может тут внутри есть какой ресторанчик, перехвачу в нем что-то. Если он есть, конечно.

После всех дел, заваливаюсь в кровать. Открываю поисковик, вбиваю больную страсть «Глеб Авдеев». Листаю фотки. Некоторые увеличиваю. Кадры с женщинами на приемах пролистываю. Видеть его с другими не под силу.

Вдоволь насмотревшись, прикрываю глаза, но спать не хочу. Слишком взбудоражена. Все слишком. Скопом бродит в теле взбудораженность сегодняшнего дня. Верчусь и так и этак — бесполезно.

Подхожу к окну и раздергиваю шторы. Смотрю на пустой двор. Тишина. Открываю створки, впуская свежий воздух. Не могу надышаться, кислорода критически не хватает.

На стоянку въезжает огромный темный внедорожник. Из него неспеша выходит фактурный мужчина и направляется в…

Стойте.

Я его знаю.

Это Авдеев. Это он.

15

Соплячка!

Все нервы вымотала. Уберу ее на хер из своей жизни. К чертовой матери благотворительность. Повелся как сосунок на Пашкино нытье. Провались на хрен такая дружба.

Мало того, что сна лишился из-за мелкой занозы, так еще и вытаскиваю из разных передряг. У меня своих дел нет?! Таскаюсь, как пес.

Лейла вообще страх потеряла. Раздула из-за досадной мелочи невесть что. Ехать и лично исправлять промах было необязательно. Нужно девке язык укоротить. Надумывает лишнего, стала доставать. Думал, она умнее и не станет претендовать ни на что после перепихов. Оказалось, баба есть баба. Хотя башка золотая, лишаться такой в поворотный момент не хочется. Слишком много на кону. А Лейла все же первоклассный специалист. Пока выдрессируешь подобную семь потов сойдет. Предупредил. Посмотрим.

— Люкс, пожалуйста, — бросаю паспорт на стойку.

Пока администратор оформляет номер, мечусь как тигр в клетке. Самовольная сопля! Не могла согласовать со мной выезд, сама решила вместе с этой дурой искоренить проблему, которой по сути и не было.

Теперь гадай, как она провела день в офисе у поставщика. Телефон отключила. Дозвониться нереально. Если бы она осталась на месте, можно было просто звонком все уладить. Но теперь, когда нет сведений, такой поступок выглядел бы очень странно. Репутация! Что она тут нарешала надо выяснить.

Выпорю! Загну на коленке и отхлещу, чтобы сесть потом не смогла.

Что же меня так выводит все же, не понимаю до конца.

Пизжу. Как тупой баран кружу вокруг и около, оттягиваю истинную причину и вру сам себе. Меня выносит из кожи, когда понимаю, что мелкая цапанула. Влезла щепкой и сидит дергает за нервы. Вся с виду покорная, покладистая, в глаза как преданная собака смотрит, а, по сути, упрямая тихушница. Такой палец в рот, а она по локоть отгрызет. Глазки в пол, а юбка в офисе еле жопку прикрывает. Как в соседний отдел идет, парни шеи ломают.

Славка все глаза протер о ее ноги. Длинные ходули, мать ее. Идет, задом как заправская манекенщица, виляет. Нужно запретить в конторе обнажать ноги и демонстрировать сиськи. У меня ай-ти работать хуже стал. Вижу и знаю.

Раздражение гуще пробивается, выходит на загривок рваной россыпью. Я с этой заразой невроз заработаю. Тупая тревожная зыбь рубит под-дых. Нарастает и ширится, словно с горы качусь. Нужно прекращать бред. Ничего хорошего не выйдет. Пора заканчивать.

— В каком номере остановилась Алиса Волкова?

— Вы ей кто? — вскидывается женщина. — Мы не имеем право разглашать сведения о постояльцах.

— Все нормально. Мне можно. Я ее начальник. У нас тут встреча.

— Я позвоню и предупрежу.

— Не нужно. Она меня ждет.

Сгребаю все со стойки и иду к себе. Сначала душ и небольшой перерыв. Иначе задушу.

Делаю то, что должен. Холодной водой глушу гнев. Перед тем, как отправится к ней, курю пару раз. Поднимаюсь на десятый этаж и без труда нахожу дверь. На стук никто не отвечает. Ни одного движения в ответ. Тишина гробовая. Прикладываясь второй раз, не жалею кулаки. Барабаню с силой и вновь нарастающим гневом.

Торопливый шум босых ног. Поворот ключа и бинго, вашу мать! Непорочная дева Мария с испуганными глазами передо мной. Залипаю на секунду. Даже слова в глотке застревают. Наспех наброшенная кофта, а на попке коротенькие шортики и, будь она проклята, ноги! Голые и стройные.

Растерянно хлопает ресницами и мелко дрожит. Отчетливо вижу, как на виске быстро пульсирует синяя жилка. В коридоре слышится шум. Заталкиваю Алису глубже в помещение, закрывая за собой дверь. Не хватало еще в пабликах появиться, что трусь по отелям и ломлюсь в номера юных особ.

— Кто разрешил самовольно принимать решения? Отвечай.

— Я думала, что Вы знаете! — ловит сразу тон и атакует.

— Думай, что делаешь, — продолжаю давить. — Почему перепутала груз?

— Нет ответа. Вероятно, сбой в проге.

— Такого не может быть.

— Я не буду Вам ничего доказывать и оправдываться. Если считаете, что я дура, то что ж…. Пусть. Но я исправила недоразумение. Сейчас.

Она перекрывает мою злость. Яростно разворачивается на пятках и решительно шагает к сумке. Выдергивает папку. Слежу за ней с извращенским удовольствием, приправленным гневом маньячу. Удовлетворенно отмечаю, что зубки есть. Но то, что открыто демонстрирует их впервые даже заводит.

Я окончательно ебан…

— Возьмите!

Сует папку в руки и отходит в глубину номера. Я же опускаюсь в кресло и разворачиваю листы. Моя ж хорошая. Распечатала! Как курсач оформила.

— Алиса, я посмотрю. Но ты должна уяснить, что после этого тебе придется искать другое место для стажировки, независимо от исхода.

Она бледнеет, но кивает головой. Хорошо.

Так нужно. Да, блядь, так нужно! Мне.

Изучаю предложенное. Если исправить тройку недочетов, то вполне себе приличная работа проделана. Не отметить, что Алиса умница было бы глупо, но так я не делаю. Завтра уточню детали в «Араксе» и со спокойной душой можно пахать дальше.

Последние слова произнес не зря. Теперь окончательно убедился. Я реально хочу избавиться от девочки. Она мне мешает работать. Мешает вести прежний образ жизни. Мешает думать рационально. Мешает спать, есть и трахаться! Заебало просто. А когда понял, что могу кончить с Наташей только лишь представив, что подо мной другая… Снесло и вынесло. На хер мне такое счастье не сдалось.

— Вы довольны?

Это ее «Вы».

Закидываю ногу на ногу, иначе наливающийся член по лбу стеганет. Жесть. Размахиваю сотрудницу, нахожу все нюансы для того, чтобы вышвырнуть, а у меня все равно стоит. Даю себе минуту, чтобы успокоиться и свалить из номера, из ее жизни и забыть, как страшный сон. Перед Пашкой извинюсь, небось не сдохнет от вести, что дочуня не справилась.