Клуб смерти (ЛП) - Пекхам Кэролайн

— Спорим, они засунули туда маленькую убийцу копов? — спросил я, когда тень по имени Матео приблизилась, чтобы взглянуть.

— Согласен, — проворчал он, звуча не очень довольным тем, что находится в команде Найла. — Так каков план?

Он снял куртку с одного из мертвых охранников и бросил ее мне, а я закатил глаза и запрокинул голову к потолку.

— Пожалуйста, Господи, спаси меня из этого ада планирования! — взмолился я. — Не могу я выносить эти бесконечные вопросы. Просто выведи меня к той свободе, которую требует настоящая бойня, и я обещаю принести множество жертв в твою честь.

— Христианский Бог не требует жертв, — пробормотал Матео, натягивая свою куртку, а затем надевая кепку с желтой надписью «Охрана». — Возможно, тебе лучше обратиться к языческим божествам, если ты хочешь вознести хвалу одному из них кровью.

— Возможно, я так и сделаю, — огрызнулся я в ответ, натягивая свою чертову кепку и куртку. Она топорщилась из-за огнемета у меня за спиной, но хорошо прикрывала его.

Я схватил с маленькой полки у двери пропуск охранника, и мы вдвоем вышли наружу.

Я искоса взглянул на Матео, гадая, куда он спрятал Эванджелину, и заметил самый кончик ее ручки, торчащий из-под его куртки. Прости за то, что он лапал тебя, девочка.

Она подмигнула мне в лунном свете, и я нахмурился. Она явно наслаждалась происходящим, и если я не верну ее достаточно быстро, она начнет сближаться с El Burro и вести себя как настоящая маленькая шлюшка.

Мы направились к главному зданию: его серые стены были голыми, пустыми и чертовски умопомрачительно скучными. Это было место, куда хаос приходил умирать под утилитарным режимом полной и абсолютной скуки.

Пока мы шли, я чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, уверенный, что на крыше кто-то есть, несмотря на сомнения Матео, и сопротивляясь желанию посмотреть вверх, чтобы наблюдатель не заметил мое окровавленное лицо.

Мы подошли к массивным металлическим дверям здания, где нас ждало считывающее устройство для ключ-карты, и провел украденным пропуском через щель.

Панель рядом с ним загорелась, запрашивая идентификацию по отпечатку пальца, и я выругался как раз в тот момент, когда Матео оттолкнул меня локтем в сторону.

— Там, позади, был такой же сканер, — раздраженно пробормотал он, как будто я должен был это заметить, и поднял отрубленный большой палец, прижав его к панели.

Когда, черт возьми, он успел его отрубить? Он увидел сканер до или после того, как решил это сделать? Что он теперь будет делать с пальцем? Сохранит его? Может, повесит на цепочку на шею, чтобы тот там гнил? Где он собирается достать цепочку?

Раздалось низкое жужжание, и дверь со щелчком открылась, заставив меня забыть о большом пальце, когда я толкнул дверь и вошел внутрь с Матео, который шел прямо за мной. Он мог бы убить меня тогда. Вероятно, должен был. Но он этого не сделал, оставаясь рядом и молча у меня за спиной, ища того же маленького кролика, что и я.

Женщина подняла глаза из-за стола передо мной, и выражение ее лица исказило недовольство за мгновение до того, как наступил полный шок, а я быстро направил один из своих Desert Eagle прямо ей в лицо.

— Будь лапочкой и скажи мне, любовь моя, где вы держите Бруклин Мэдоу? — промурлыкал я, а мое сердце забилось быстрее от страха в ее глазах и от прикосновения рукояти ножа к моей ладони, когда я достал его из-за пояса.

— З-записи пациентов конфиденциальны, — заикаясь, пролепетала она, но ее маленькие пальчики поползли влево, без сомнения, в поисках тревожной кнопки, находящейся где-то там.

Я метнул нож, как раз в тот момент, когда меня накрыла небольшая волна головокружения от остатков алкоголя, и женщина закричала, когда нож, вместо того чтобы врезаться в дерево рядом с ее пальцами, как-то пригвоздил ее руку к столу. Чертово виски. Хотя я и не признаю, что промахнулся.

Я прыгнул вперед как раз в тот момент, когда с ее губ сорвался очередной крик, и успел зажать ей рот рукой, прежде чем она успела выдавить его до конца, присев перед ней на стол.

— Maldito idiota (Прим. Пер. Испанский: Чертов идиот), — прорычал Матео, подходя ко мне сзади, когда я сполз со стола и огляделся в поисках признаков того, что кто-нибудь придет на помощь этой маленькой крикунье.

Я подождал немного, но никто не приближался, и я ухмыльнулся своей жертве, наклонившись к ней, чтобы говорить ей прямо в лицо.

— Полагаю, работая в месте, где люди все время кричат, трудно понять, когда кому-то действительно нужна помощь, да?

Она захныкала, и моя улыбка стала шире, когда я выдернул нож из ее руки, спасибо тебе, Гилберт, и толкнул ее назад в кресле на колесиках, следуя за ней и зажимая ей рот рукой, подталкивая ее стул до тех пор, пока он не врезался в ряд картотечных шкафов позади нее. Она прижала кровоточащую руку к груди и посмотрела на меня так, словно смотрела в лицо чистому злу, и, возможно, так оно и было, хотя мне нравилось думать, что во мне было и что-то хорошее. Например, мой красивый, недавно украшенный член, по крайней мере, когда отек спадет.

Матео начал стучать по клавиатуре компьютера на ее столе, а я медленно убрал руку от ее рта, бросив на нее строгий взгляд, который недвусмысленно предупреждал, чтобы она больше не кричала. На самом деле я не был сторонником убийства случайных сучек, но и не буду полностью против, если она окажется сволочью.

Я потянул за бейдж на ее рубашке и прочитал имя, Джемма Уилан, прежде чем достать из кармана камень со списком смертников Бруклин и тщательно поискать там ее имя.

— Похоже, тебе повезло, Джемма Уилан, — сказал я с ухмылкой Чеширского кота. — Тебя нет в списке.

Я отступил назад и протянул руку, чтобы расстегнуть ее ремень, закатив глаза, когда она снова начала извиваться и хныкать.

— Я не собираюсь тебя насиловать, — прорычал я, ненавидя, когда женщины так обо мне думали. У меня были чертовы принципы. Немного, правда, но были.

Я резко развернул ее стул, схватил ее за руки, завел их ей за спину и зафиксировал их ремнем за спинкой стула, прежде чем снова развернуть ее лицом к себе.

— Нашел, — сказал Матео, и я взглянул на него, а он указал на экран. — Отделение G. Строгий режим.

— Что я тебе говорил? — Возбужденно спросил я, прочитав там имя моего паучка, и ухмыльнулся.

— Пошли. — Матео уже сделал шаг, чтобы уйти, но я поднял палец, останавливая его, прежде чем снять куртку охранника и отбросить кепку. Затем я осторожно снял с пояса гранату и снова повернулся к Джемме Уилан.

— Открой ротик, куколка, или я засуну ее тебе в зад, — приказал я, и она быстро открыла рот, пока слезы текли по ее щекам.

Я выдернул чеку из гранаты и отбросил ее в сторону, зажимая спусковой крючок большим пальцем, а затем засунул гранату ей в рот.

— Шшш, — сказал я, приложив палец к губам и вытирая ее слезы. — Просто веди себя хорошо и тихо, девочка, и ты не взорвешься. Я не сомневаюсь, что какой-нибудь добрый ублюдок скоро тебя найдет. — Я погладил ее по голове, а затем нажал кнопку, чтобы открыть дверь, которая вела в остальную часть больницы.

— Давай быстрее, — подгонял Матео, тоже сбрасывая с себя куртку и кепку, а затем мы вошли внутрь и побежали трусцой по тускло освещенному коридору.

Через пару поворотов нас привлек звук смеха, и мы замедлили темп, направляясь к источнику шума с оружием наготове и кровью на руках. Матео держал Эванджелину наготове для ее первого убийства, и я надеялся, ради нее, что она хорошо проведет время. Она заслуживала незабываемого момента, когда потеряет свою смертельную вишенку.

Я остановился у следующего поворота, выглянул из-за угла и увидел, как медсестра в белой униформе снова рассмеялась, а затем отошла от открытой двери, толкая тележку, доверху набитую лекарствами, и исчезла за другим поворотов.

Я выскользнул из тени и вместе с Матео направился к открытой двери, глядя на бледно-голубой свет, льющийся в коридор.