17
10 декабря 2024 года
— Иванка, с тобой всё в порядке? Выход через десять минут! — подбегает ко мне мой менеджер, пока я вытаскиваю из туфелек окровавленные ступни…
— Я так и знала! — уже склоняется надо мной Ивон с глазами, полными слёз.
— Стекло, мать его, — выдавливаю я из себя.
Ну надо же быть такой наивняшкой! Прошла огонь и воду, и совсем забыла про такой просто трюк всех модельных разборок: что может быть проще и банальнее как насыпать конкурентке полные туфли стекла!
— Так, в таком состоянии ты точно никуда не пойдёшь, — констатирует печальный факт менеджер, и уже кричит той самой девушке, которая там мечтала заполучить самую главную модель коллекции: — Так, Анджела, ты дублёр Иванки, у вас один размер, бегом надевай змеиный корсет! Времени совсем мало!
И я вижу, как она с победным видом подходит к примерочной.
— Ах, мне так жаль, дорогая, — повернувшись ко мне, с деланным сочувствием произносит она. — Даже не представляю, кто мог так подло поступить…
Но я не маленькая, я не могу опускать до мелких разборок на секретном задании, и я беру пинцет у совьего стилиста, и на глазах у изумлённой публики начинаю хладнокровно вытаскивать из своей ноги куски колотого стекла.
Подумаешь, со мной и не такое случалось! Как вспомню, как я сама себе пулю по живому прямо из груди вытащила где-то посреди Саудовской Аравии, так страшно становится. А это — так, игрушки…
Смотрю, как девчонка, победно вихляя бёдрами, выходит в зал, и сама встаю у заветной портьеры, чтобы посмотреть на публику в зале. Может быть, наблюдение из укрытия даже лучше, чем из зала…
Вот мой взгляд сам падает на разодетого в какие-то боа Пронина, с подкрученными колечками усиками, я вижу, ка кон увлечённо беседует о чём-то с Лисициной, которая изображает из себя известную модную блогерку Милену, и не забывает регулярно делать селфи с Сашей для своего блога.
Но что-то в этой толпе зрителей вдруг поражает меня. Я не верю своим глазам. Этого просто не может быть.
Или мне успели подсыпать что-то в воду? Прямо на первом ряду, с нескрываемым удовольствием рассматривая проходящих мимо девочек в трусиках, бюстгалтерах и корсетах, сидит сам Хишам Нисралла!
Это просто невозможно ни при каком раскладе. Или я просто брежу?
Я должна это проверить лично.
— Иванка, зачем ты стоишь? Тебе вызвать врача? — подходит ко мне менеджер, и я поворачиваюсь в нему:
— Я в полном порядке. Я готова к показу. Дайте мне одежду Анджелы, я могу продемонстрировать её модель.
— Как скажешь, — щелкает пальцами распорядитель, и две швеи уже ловко прилаживают на мне купальник по моей фигуре.
Я гордо вышагиваю по мини подиуму, демонстрируя бирюзово-золотой купальник к летнему сезону, вижу, как сверкают фотовспышки, и Лисицина фотографирует меня на свой телефон.
Я прохожу немного ещё и, поравнявшись с Хишамом, который сидит прямо внизу, у самых моих ног, вдруг резко встаю на четвереньки, размахивая головой, как гривой, отчего мои волосы развеваются диким шёлковым ковром. Я изгибаю спину и подползаю к краю сцены, мои глаза — прямо напротив глаз Нисраллы, я не свожу с него своего гипнотизирующего взгляда, пытаясь отыскать в нём хоть искру узнавания.
Но ничего.
Я вижу перед собой живой взгляд, полный интереса, но он меня не узнал. Как такое вообще возможно? Если только это…
Всё это проносится у меня в мозге за доли секунды, пока я, напоследок взмахнув гривой и легко вскочив на ноги, не собираюсь продолжать свою проходку по подиуму.
Но вдруг я слышу вскрик позади себя. Сначала тихий.
Но вот ещё. Женский визг. Гул. Он усиливается.
Я оборачиваюсь, и вижу, как девочки толпятся вокруг чего-то. Чего-то, или кого-то, лежащего на полу. Подхожу, уверенно расталкивая всех в сторону, и вижу перед собой распростёртое на подиуме тело.
Тело в золотой сверкающей чешуе.
Анджела.
— Скорую, срочно! — отдаю я распоряжение, уже пытаясь нащупать у неё пульс.
Пульса нет.
— Всем отойти в сторону, — слышу я позади себя голоса, и вижу, как безжизненное тело уже перекладывают на носилки и уносят с этого праздника жизни…
А что дальше?!
Все гости застыли, ошеломлённые, зал весь притих. Музыка не играет…
— Господа, ничего страшного. Не переживайте. Просто небольшой обморок, — вдруг я слышу голос Гийома. — Девушка так переволновалась, что её нервы не выдержали. Всё будет в полном порядке, — он так убедительно успокаивает всех, что испуг постепенно стирается, будто ластиком, с лиц гостей, они снова покрываются розовым румянцем, музыка начинает играть всё громче, и теперь гости смеются и общаются между собой, позабыв о маленьком неприятном инциденте.
— А вот и наша красавица, Иванка, — вдруг слышу я голос кутюрье за своей спиной, оборачиваюсь, и снова оказываюсь нос к носу с Хишамом.
— Очень приятно, — берёт он мою руку в свою и едва касается моей тыльной стороны ладони губами, и я чувствую, как они обжигают мою кожу.
— Иванка, это наш очень важный меценат и спонсор, месьё Рубен, — представляет мне Гийом мужчину, и я выдавливаю наконец-то из себя:
— И мне очень приятно, месьё.
— Ты произвела неизгладимое впечатление на Рубена, — многозначительно смотрит на меня мой босс.
— О да, вы были великолепны. И я бы очень хотел вас пригласить к себе в гости.
— В гости? — переспрашиваю я.
— Да, в свой небольшой замок в Каннах, — тонко кривит он свои обольстительные губы.
— О, не скромничай, Рубен, — хихикает, как девчонка, Гийом, — у Рубена один из самых больших замков во Франции. И он хотел бы показать его тебе, — снова сверлит он меня своим взглядом.
И если бы при нормальных обстоятельствах эти двое уже лежали бы у меня мордой в пол за незаконную деятельность и сводничество, то сейчас я только кокетливо улыбаюсь и отвечаю:
— Я бы с удовольствием, но, боюсь, у нас осталось так мало времени до главного показа, а дорога до Канн…
— Ах, это не проблема, — отмахивается Рубен. — Мой вертолёт уже ждёт нас всего паре кварталов отсюда. Дорога займёт не больше часа, — тонко усмехается он мне.
Что-то мне это напоминает…
Но мне надо выяснить, кто этот загадочный Рубен, и мне кажется, что разгадка близко. Наверняка он как-то замешан в этой террористической деятельности. Я должна докопаться, выяснить всё, пока не поздно.
— Хорошо, я полечу, — решительно заявляю я. — Покажите мне свой замок, — и тут вдруг я вижу, как рядом с нами так некстати возникает фигура Пронина. — Дорогой, не думаю, что Рубен захочет и тебя взять с нами, — с улыбкой смотрю я на бывшего. — Это развлечение только для девочек.
— Отчего же, я не против, — вдруг щедро заявляет Рубен. — Замок большой, и места всем хватит. И если понравившаяся мне женщина хочет пригласить с собой своих друзей, то я только за, — галантно продолжает он, и я вдруг понимаю, как же он не похож на Хишама.
Такая же притягательная порочная красота. Только в нём это всё проявляется как-то сдержаннее. Мягче. Благороднее…
Как будто две разные сущности в одном теле.
Но сегодня я точно выясню, кто же он такой. И наверняка в его огромном дворце скрывается не одна тайна...
— Хорошо, я только переоденусь перед поездкой, — щебечу я, но Хишам-Рубен останавливает меня:
— Не стоит, дорогая. Вы так прекрасны. В моём замке есть множество нарядов на любой вкус, а сейчас просто накиньте вот это, — протягивает он мне соболиное манто из зимней коллекции Гийома, которое продаётся у него в бутике за сто пятьдесят тысяч евро.
— Спасибо, но я не могу принять такой подарок… — неуверенно лепечу я, и чувствую, как мягкая пушистая шерсть льнёт к моей голой коже.
