Последствие (ЛП) - Холлинс Вера

— Может ли твой врач определить, временно это или нет?

— Он сказал, что не может знать. Только время покажет.

Я вздохнула. Как я и подозревала.

— Ты сказал, что не помнишь тот день. Значит ли это, что ты полностью забыл его?

— Это трудно объяснить. Вроде того.

Он застонал, наморщив лоб. Казалось, он пытался собраться с мыслями, его расфокусированные глаза метались по комнате. Он быстро становился все более беспокойным, и я провела рукой по его руке, чтобы успокоить его.

— Я помню красную машину прямо перед собой. Потом белая вспышка… И… Ничего. Больше ничего не помню. — Он попытался сжать руку в кулак, но, похоже, она все равно не двигалась так, как ему хотелось. Он взглянул на меня. — Ты была со мной? Где я был? Как это произошло?

Я резко втянула воздух.

Он не помнит нашу ссору.

Он не помнит, что отдал мне свой дневник.

Он потер висок.

— Все в порядке? — Спросила я его, беспокоясь, что это может его перенапрячь.

— У меня начинает болеть голова.

— Мне позвонить кому-нибудь?

— Нет. Я больше не хочу никаких наркотиков. Они меня еще больше сбивают с толку. — Он покачал головой. — Ну что? Как это произошло?

Я уставилась на свои колени, не находя слов. Как мне ему сказать? Как?

— Я была там. С тобой. — Я сцепила руки и приклеила к ним глаза, не в силах смотреть ему в глаза. — Меня выписали из больницы. — Мое сердце бешено колотилось. Тяжесть того, что он забыл, была тяжела, но мне придется ему это объяснить. — Ты был со мной, и мы должны были провести день вместе… А потом тебе позвонили.

— Позвонили?

— Да. Я не знаю, кто это был, но ты говорил о каком-то бое, на которой настаивал Ти. — Он напрягся, и мое тело отреагировало так же.

— Ты знаешь Ти?

— Нет. Я только что слышала, как ты упомянула его по телефону. Я его не знаю. Ты… Ты не рассказал мне о нем. — Я все еще смотрела на свои руки, которые теперь сильно дрожали.

— Сара?

— Хм?

— Пожалуйста, посмотри на меня. — Я облизнула губы и ответила на его растерянный взгляд. — Что случилось?

— У нас была ссора, Хейден.

Он нахмурился.

— Мы поссорились? Когда?

— Сразу после того телефонного звонка. Ты начал спорить с человеком по телефону, и ты так разозлился. Я… я не хотела, чтобы ты дрался. — Я снова посмотрела на свои руки, но он приподнял мой подбородок и заставил меня посмотреть ему в глаза.

— Сара, просто скажи это и покончим с этим.

Ладно.

— Ты согласился на этот бой, но я сказала тебе, что не хочу, чтобы ты дрался. Я просто беспокоилась о твоей безопасности, потому что ты все еще был нездоров, а подпольные бои более чем опасны. Но ты подумал, что я пытаюсь контролировать тебя, а потом ты так разозлилась на меня, и ты сказал мне некоторые отвратительные вещи…

Что я тебе сказал? — Я поморщилась, удивленная его резким тоном.

— Ты возмущался, что я не позволила тебе заставить Кристину и ее подружек заплатить за то, что они со мной сделали. Ты сказал, что я не принимаю тебя и… И что я лгала, когда говорила, что люблю тебя. Я пыталась успокоить тебя, но это только ухудшило ситуацию. В конце концов, ты сказал мне убираться с глаз долой…

Это было сложнее, чем я думала. Я заново переживала те моменты, и это убивало меня.

— Потом ты оставил меня перед больницей, но не обратил внимания на красный свет и начал переходить улицу, не глядя. — Тупая боль разлилась по моей груди, с каждым шагом по этой мучительной полосе воспоминаний становясь все острее. — А потом… тебя сбили.

Его лицо исказилось от горя, дыхание заметно участилось. Его глаза потемнели, он смотрел на меня с такой силой, что я не была уверена, испортила ли я все или нет.

— Мне так жаль, Хейден. Я не должна была так реагировать. Я не должна была…

— Пожалуйста, остановись. — Он сдвинул брови. — Остановись. — Он поднял руку в воздухе в жесте остановки, и я замерла, боясь снова ввязаться с ним в ту же ссору. — Просто… Блядь. — Он прижал руку к глазам, тяжело дыша через нос.

— С тобой все в порядке?

— Остановись. Мне нужно подумать. — Он покачал головой. — Я этого не помню. Я не помню ни слова, и я не могу понять… Я не мог принять эту драку. Я не мог сказать всего этого. Я… — Он ударил кулаком по матрасу и вскрикнул от боли. — Блядь!

— Хейден! — Я схватила его за запястье. — Пожалуйста, не делай этого. Ты только навредишь себе. К тому же, ты только что обрел чувствительность в руках, так что не…

— Я ничего не помню, и все, что ты сейчас говоришь, звучит так абсурдно, но в то же время это похоже на то дерьмо, которое я бы с тобой проделал, и меня пугает, что я не могу этого вспомнить!

— Все будет хорошо. Я уверена, ты скоро вспомнишь.

— Ты этого не знаешь. Ты просто говоришь мне это, чтобы успокоить, но я не могу успокоиться, когда это не заканчивается! Я ненавижу это. Я ненавижу не помнить. Я ненавижу эту боль при каждом движении. Я ненавижу быть таким растерянным и думать как идиот. Я не могу понять даже некоторые простые вещи, что бесит!

— Хейден, пожалуйста. Все в порядке. Доктор Макгрегор сказал, что это нормально. Он сказал, что ты сможешь ясно мыслить, когда поправишься и…

— Когда это произойдет? Я устал от этого! Как будто я недостаточно странный со своим гребаным расстройством, мне еще и это надо пережить?! Когда же прекратится вся эта боль?

— Когда-нибудь это должно прекратиться. Это не может длиться вечно. — Я осторожно коснулась его руки, надеясь, что он расслабится, но он вздрогнул и отдернул ее от меня. Он настороженно посмотрел на меня.

Он был настороже, и это было больно.

— Сара, не лги мне! Перестань обращаться со мной как с ребенком и кормить меня бессмысленной ложью. Ты и так уже достаточно этим занималась за последние две недели.

Я выпрямилась.

— О чем ты говоришь?

— Я говорю обо всех этих глупых «с тобой все будет хорошо» и «ты скоро проснешься», которыми ты меня кормила в течение нескольких дней!

Я отпрянула.

— Ты слышал меня? Ты мог слышать?

— Да. И это было хуже всего. — Его глаза были холодными, напоминая мне старого, мрачного Хейдена. — Десять дней я слышал, как люди говорили, что со мной все в порядке, хотя они ничего не знали. Я был не в порядке! Я был в ловушке без выхода, и все эти кошмары и иллюзии… Они длились так долго. Слишком долго. — Он начал глубоко вздыхать, дрожа. — Сейчас, после всего, я не хочу слышать, что все будет хорошо, когда я чувствую себя дерьмово. Слушай, просто уходи. Прямо сейчас я зол, и это уже больше, чем я могу вынести. Я не хочу причинять тебе боль, так что, пожалуйста, уходи.

Я встала с его кровати, чувствуя холод, несмотря на то, как тепло было в комнате. Я была так близка к тому, чтобы разрыдаться, но я сдержалась и взяла сумку с пустым выражением лица. Я знала, что будет лучше, если я уйду, но мне было больно, что он все равно попросил меня уйти. Я не хотела оставлять его, но если мое присутствие ухудшало ситуацию, мне приходилось это принимать. Это было тяжело, но мне пришлось признать, что это был его способ справляться со своими проблемами.

— Прости, если я сделала что-то не так. Я сейчас уйду. — Я неловко стояла рядом с его кроватью, чувствуя себя мучительно отстраненной от него, и ждала… Я даже не знала чего.

— Ты ничего плохого не сделала, так что перестань, блядь, извиняться. — Прошипел он. — Блядь. Прости. — Он резко вдохнул. — Я не хочу говорить то, о чем пожалею, и я уже это делаю, так что… Блядь. Уходи!

Я кивнула, становясь холоднее, чем сильнее он злился.

— Я люблю тебя, Хейден. Не забывай об этом. Я люблю тебя.

Что-то уязвимое мелькнуло в его глазах, но кроме этого мои слова не произвели никакого эффекта. Он был слишком переполнен гневом, чтобы контролировать себя. Я выбежала из комнаты и закрыла за собой дверь, прислонившись к ней для поддержки.

Я дышала прерывисто, первая слеза уже оставляла дорожку на моей щеке. Я была близка к тому, чтобы потерять себя. Я сделала глубокий вдох, говоря себе, что это то, к чему я всегда должна быть готова. Эти непредсказуемые взлеты и падения были частью его эмоционального багажа.