Почти полгода назад Игорь сцепился с каким-то неадекватом на улице, который потом собрал группу поддержки и заявился в его сервис с разборками. Друг попал в больницу из-за сильных травм. Переломы, сотрясение мозга, месяц не появлялся в универе. А сервис тогда чуть не сгорел. Помню, как мне позвонила Аня, младшая сестра Бельского, приехавшая туда за своей машиной. Вся в панике и на нервах. Я тоже сильно испугалась за Игоря и рассказала обо всём отцу.
Но… Ян же не такой конченный? Я и предположить не могла, что это может быть связано. И мысли такой не возникло! Синхронизация прошла неудачно…
— Амнезия закончилась, Пожарова? — усмехнулся Ян.
— Допустим. При чём тут я? Только потому, что мой папа прокурор? Так вот, Ян… «сливать» или «стучать» — это немного другое, знаешь. Да, я позвонила своему папочке-прокурору. Потому что моего друга избивали какие-то отморозки! Поверить не могу, что ты…
— Какая игра, какой апломб, — он подошёл ко мне максимально близко и коснулся костяшками пальцев моей щеки. — Мне плевать, Аврора. Будет так, как я хочу. По-хорошему или по-плохому.
Он ненормальный. Чокнутый!
— Игорь лежал в больнице, — процедила я сквозь зубы. — Ты вообще соображаешь, что делаешь?!
— Что ты так разволновалась? — он прищурился. — Смотри, Пожарова, аккуратнее с восторгами. В противном случае твой драгоценный Робин Гуд целых костей точно не досчитается.
Я правильно поняла… он меня только что приревновал? К Игорю?
О, Боже.
— Зачем видео?
— Это единственное доказательство, которое есть у твоего лучника.
Он не мой.
— Ты слышал о том, что за всё рано или поздно приходится платить? — я скрестила руки на груди. — Бумеранг возмездия, всё такое.
— Никогда.
— А оно существует, Ян. Ты запятнал свою карму.
— Тогда у меня остаётся только один выход, — он угрожающе улыбнулся и обхватил моё лицо ладонями. — Испачкать тебя своей тьмой.
Это прозвучало слишком … порочно, запретно и почему-то заманчиво.
Словно я хотела, чтобы он сделал со мной всё то, что обещали его проклятые глаза. Что-то очень грязное, сладкое, жаркое.
Мама моя! О чём я вообще думаю? Бес попутал!
Надо срочно рвать когти. Мчать на велике к канадской границе на десятой космической. Как можно дальше от него!
Вот только губы Яна всё стремительнее приближались к моим, а уверенность сказать ему железное «нет» куда-то испарилась.
Ах, вот же она! Нашлась!
Пошёл к чёрту, грёбаный придурок!
Оттолкнула его (на что Ян, очевидно, не рассчитывал!) и парень покачнулся, едва не упав.
— Пожарова, ты разбиваешь моё сердце.
— Уверен, что оно у тебя есть? — подняла велосипед и решительно покатила в сторону дорожки.
— Хочешь, дам потрогать?
Боже, я испорченная девчонка, раз эти слова прозвучали так двусмысленно.
— Все разбитые сердца продолжают биться, Ян. Живи с этим.
Все разбитые сердца продолжают биться
Вопреки всему, наперекор боли.
Просто так не повезло влюбиться
В того, кто тебя не достоин…
Глава 13. В Ад по встречке
/Аврора/
Я не люблю всего три вещи на свете.
Первое — это лыжи. Впрочем, люди на них выглядят забавно. Особенно когда падают. Злая девочка Аврора Жарова.
Второе — облепиховый пунш. Какие психи ходят по улицам города со стаканчиками, где плещется это обжигающее зелье? Только кофе, только хардкор.
И, наконец, третье и самое главное: Ян Сотников. Чистый Дьявол во плоти, посланный в этот мир, чтобы превратить всё вокруг в грёбаный постапокалипсис.
Кто же виноват в моём паршивом настроении? Риторический вопрос. Можно, в принципе, особенно и не париться относительно ответа.
До зимы ещё далеко, так что лыжам пока нечего предъявить. Облепиховый пунш из той же серии. Во время летних каникул я не выхожу из дома раньше полудня.
И приз за роль основного раздражителя в моей жизни достаётся проклятому мажору. Овации, свет софитов…
Почему Сотников просто не отстанет от меня? Пусть сгинет, исчезнет, растворится в пространстве. Всё равно, как и что Ян сделает. Лишь бы больше не отсвечивал. За ничтожные несколько дней он умудрился выпить из меня всю кровь и энергию, иссушить полностью, будто вампир или инкуб своих жертв.
Реально вылитый сталкер. Преследует меня, и шага спокойно не даёт ступить. А после того, как я узнала от него про драку с Игорем, вообще хочется держаться от такого беспринципного гада подальше.
Но вот что-то не верится… нет, я не ищу причины или повода, чтобы оправдать Сотникова, но он не тупой отморозок, который ни с того, ни с сего кинется на беззащитного человека. Он, конечно, сволочь, мудак и самый плохой парень из всех, какие мне только попадались, только…
Не сходится.
Я неплохо знаю Яна.
У него есть хоть какие-то абстрактные понятия о благородстве и моральном облике личности. Герой, но не моего романа. И он далеко не трус. Скорее наоборот. В этом парне храбрость и смелость граничат с откровенным самоубийством. Ян мог бы кинуться один против всей толпы, но не с толпой на одного…
Вполне возможно, что я ошибаюсь. Зачем пытаться понять его, разгадать тайну за семью печатями? Всё-таки Ян умеет и быть подлым. Притворяться тем, кем, по сути, не является.
Игорь лежал в больнице и это факт. Остальное — лирика.
— О чём задумалась? — прервал мои размышления голос Марьяны.
Сестра плотно прикрыла за собой дверь и уселась на пуфик перед зеркалом.
— А ты куда собралась? — спросила, отметив каждую деталь её внешности.
Марьяна надела своё любимое розовое платье с разрезом во всю спину и теперь укладывала волосы в высокую причёску, чтобы они не закрывали эту неописуемую красоту. На правой ноге у неё сверкал золотой браслет со знаком зодиака (мы обе львы), а на другой появилась временная (надеюсь!) татуировка в виде голубя. Потому что банальнее этого могут быть только сердечки или ванильная надпись на латыни.
— Настоящая?
Марьяна проследила за моим взглядом и расплылась в улыбке:
— Нравится?
— Честно ответить?
— Зараза какая, — она скрутила волосы в пучок и небрежно выпустила из него пару прядей. — Ненавижу твою привычку отвечать вопросом на вопрос.
Она отвлеклась на свой телефон, с дурацкой счастливой улыбкой печатая кому-то ответ.
Ну понятно всё…
— С Башаровым переписываешься?
— Ведьма, — беззлобно ответила сестра. — Так заметно?
— Светишься, как лампочка. И я нисколько не поверила твоим словам, что ты послала его куда подальше.
— Может быть, я влюбилась?
— Выпей жаропонижающее.
— Я серьёзно!
Да-да, разумеется. Я давно со счёта сбилась, сколько раз Марьяна мне говорила про фантастическую любовь, причём этими же самыми словами.
— Допустим. В Башарова? Это тебя после вчерашних американских горок переклинило? Сдвиг по фазе.
— Руслан такой классный. Он совершенно…
Не похож на других!
— Марьяна, заканчивай бегать за ним, словно он последний трамвай в твоей жизни.
— Трамваи ходят постоянно, Рори.
— Как и парни. Ушёл один, через пару минут придёт второй, а за ним третий. Так что соберись, суетологиня.
— Я просто схожу с ним на одно свидание…
Ладно, всё бесполезно. Мне проще признать поражение, чем продолжать этот бессмысленный разговор, ведущий в никуда.
— Куда собираетесь?
— В кино, — развернулась ко мне Марьяна. — Потом погуляем, а вечером съездим на гоночный трек.
— Давай, аккуратно там.
— Будет сделано, мамочка! А ты чем займёшься? Как твой Сот…
Нормально же говорили. Ничто не предвещало катастрофы…
Поймав мой пламенный взгляд, Марьяна громко расхохоталась.
— Аврора… не отрицай, что вы с твоим Яном, как грёбаные магниты.
Б-р-р!
Ну вот, заладила как на повторе. Марьяне следует собственное брачное агентство открыть, цены ей не будет.
