- Пусть лезет тот, кто умеет.
- А ты что умеешь? На бабу лезть? Ну правильно, там много умений-то не надо. А разобраться слабо. Ты мужик или кто, Лех?
В Марате нет показухи. Он не орет, не строит из себя альфа-самца. Он просто делает. И от этого его спокойное превосходство ощущается ещё сильнее.
Из коридора слышится короткое металлическое звяканье, потом щелчок - и квартира заливается светом.
Я моргаю.
Привыкаю к свету.
Через пару секунд в дверях появляется Марат. Рукава рубашки закатаны, на пальцах следы пыли.
- Ну все, Яра. Готово.
Я смотрю на него и невольно улыбаюсь.
- Спасибо большое, Марат. Я же не знала, что это вообще можно вот так… быстро.
Он чуть ведет плечом.
- Обычно мы так и сидим. До утра.
Марат бросает взгляд в сторону коридора, где всё ещё торчит Алексей.
- Заметно.
- А что там было?
- А не надо тебе вникать в мужские дела. Поправил, теперь нормально все будет.
- Кофе?
- Угу, - кивает Марат.
- Вы меня сегодня вообще-то удивили.
- Лех, с тебя полляма, - кричит ему Марат.
- За что это? - с выпученными глазами заходит Алексей.
- А за ремонт. Или ты думал, что я сервис по подписке?
Алексей бросает на меня убийственный взгляд и уходит к себе.
- Да не откажетя он. Ни за что.
Алексей хлопает дверью.
Тишина становится почти уютной.
Быстро нарезаю бутерброды, делаю кофе.
- Ешьте, мастер на все руки.
Он поднимает на меня глаза.
- Ерунда.
- Ничего не ерунда.
- Хватит, Ярослава, а то перехвалите ещё.
- Знаете, Марат, с вами вообще не страшно и перехвалить вас наверное нельзя, - ставлю перед Маратом тарелку с бутербродами. - Вы такой мммм… я бы сказала настоящий мужчина.
- Исключительно в вопросах света, колес и прочих жизненно важных катастроф.
- Именно.
- Садись, Ярослава, - кивает мне на стул напротив. - Если ты не забыла, то нам надо поддерживать легенду. Вдруг Леха сейчас выйдет воду попить, а мы сидим по разным углам. Неправдоподобно.
Я закатываю глаза, сажусь напротив.
- Марат, - наклоняюсь к нему и шепчу. - Я боюсь, что ему это понравится, что вы тут все время все делаете за него.
- Хотите разбавить его скучный вечер?
Пожимаю плечами.
- Согласен. Надо. Тогда дальше играем?
Неопределенно пожимаю плечами, соглашаясь.
Он поднимается, рывком тянет меня, усаживая на стол.
Обнимает меня за талию, лениво, уверенно, как будто имеет на это полное право.
Я вроде как должна сопротивляться.
Но это вроде как игра.
И вроде как не такая уж и неприятная.
За талию тянет к себе.
- Марат! - шиплю, вцепившись пальцами в край столешницы.
- Тише, Яра, - отвечает почти в губы. - Играем до конца, раз уж начали.
И прежде чем я успеваю придумать хоть одну умную мысль, он наклоняется и целует меня.
Так уверенно, будто имеет на это полное право.
За моей спиной падает на пол тарелка и бьется грохотом.
- Ау, - оборачиваюсь.
- Куда? На меня все внимание, - включает деспота и толкает бедрами стол так, что тот с грохотом врезается в стену.
- Я не слышу тебя, - прикусывает мне губу.
- Ах, - само вырывается от боли.
- Ещё громче хочу, - мягкие, шершавые губы заковывают мои.
Его ладонь ложится мне на талию, вторая скользит по спине, притягивая ближе. Ещё раз толкается бедрами в стол, ударяясь о стену. Что-то на столе падает и с грохотом переворачивается.
- Вы нормальные там?! - кричит Алексей.
Снова толчок бедрами.
- Да чтоб вас, - шарканье в нашу сторону слышу.
Что делать не знаю.
Марат сам все решит тут, как это, по течению плыву.
Обнимаю его за шею, запускаю пальцы в волосы.
Потом он резко подхватывает меня под бедра, сдвигая к самому краю стола, и я от неожиданности вскрикиваю.
Не специально.
Совсем.
Он слышит это, коротко усмехается и уже почти рычит мне на ухо:
- Да, Яра… вот так.
В коридоре что-то грохает.
Свободной рукой трогает грудь. Шею целует.
Это хоть и игра, но я давно такой игры даже не помню.
- Марат…. - стону уже вполне натурально.
- Может, свет выключим? - Марат утыкается мне в шею и громко, с явной издевкой, продолжает: - А то ты меня с этим своим видом просто добиваешь.
- Вы что, совсем?! - врывается Алексей, застывая на пороге.
Марат медленно отрывается от моей шеи.
Поворачивает голову к Алексею.
- Вы можете потише? Идите к себе в комнату! Что вы тут громите все?
А я сижу на столе, ноги в стороны. Между ними стоит Марат. Платье сбилось, волосы растрепались, сердце колотится так, будто не спектакль тут происходит, а действительно что-то со мной сделали.
- Лех, - говорит Марат совершенно спокойно. - Свали, а? Не мешай. Я хочу ее тут, на столе. Для кровати у нас целая ночь есть.
Я отворачиваюсь в другую сторону, чтобы не рассмеяться.
Что за мужчина? Лишь бы это не зашло очень далеко…
- Это моя кухня вообще-то!
Откашливаюсь.
- Это наша кухня, - поправляю его.
- Ярослава, ты в своем уме? Кровать для этого есть.
- А ты что ни разу со своей женой на столе не…
- Больные, - не дает договорить и крутит у виска. - Я полицию вызову, если вы не угомонитесь.
- Да вызывай, - кивает Марат. - И свет там выключи, ты нам мешаешь.
Толкает ногой дверь, та, с грохотом захлопывается перед носом Алексея. Свет он нам, конечно, не выключает, но Марат подходит к светильнику и выкручивает сам лампочку.
- Ну что, продолжим? Надо хоть раз секс сымитировать, чтобы точно он поверил, что мы тут его не разводим.
- А если он зайдет и увидит?
- Значит надо сделать, чтобы поверил. Слушай, что правда, ни разу на столе в кухне?
- Нет.
- А на подоконнике?
- Нет.
- А на полу? Стоя? В ванной?
- Алексей очень консервативен.
- А ты?
- А у меня вариантов не было, чтобы узнать, как я, - спрыгиваю со стола.
- Стоять, - назад меня подсаживает. - Леху надо дожать сегодня.
И начинает снова, только теперь уже ритмично толкать кухонный стол со мной.
Я, чтобы не упасть, обнимаю Марата за шею и в голос стону.
Глава 25
Свет из коридора просачивается под дверью в кухню. Разливается по полу.
Щелчок замка.
Стук закрывающейся двери.
Тишина.
Мы с Маратом одновременно замираем, прислушиваясь.
Ни шагов. Ни бурчания.
Он отстраняется первым, я выдыхаю, и нас обоих одновременно пробивает на смех.
- Слабый он у тебя какой-то, - качает головой Марат, всё ещё усмехаясь.
- Было бы идеально, если бы он ушел навсегда.
- Ну это слишком просто, - отвечает и включает на кухне свет. - Я так даже не люблю. Никакого удовольствия не почувствуем.
Поднимает с пола посуду.
- Вы, Хасанов, маньяк.
- Не маньяк. Эстет. Люблю процесс.
Я качаю головой, но сама улыбаюсь. После всего этого цирка внутри у меня странная легкость. Как будто не я только что в своей же кухне изображала роковую женщину перед бывшим мужем, а кто-то другой. Более смелая. Более наглая. Более живая.
- Ладно, эстет. Я пойду переоденусь. А то в этом платье бухгалтерию расследовать не очень удобно.
- Да-да, и надо ещё тут разобраться с последствиями твоей бурной личной жизни под кухонным столом.
Сжимаю зубы и тяну через них воздух.
Неудобненько вышло.
Платье летит на стул. Серьги - на комод. Я натягиваю мягкие домашние штаны, футболку, сверху - теплую кофту. Собираю волосы в хвост. Смотрю на себя в зеркало и не узнаю.
Час назад - каблуки, шуба, черное платье, губы. Роковая Яра.
Сейчас - домашняя Яся, которая хочет сесть за стол, открыть бумаги и наконец понять, куда у Марата утекают деньги.
Возвращаюсь на кухню уже со стопкой чеков и папкой со счетами.
