– Тогда останови это! – в его голосе появилась надежда. – Катя, ты можешь все исправить! Позвони этому Петру Семеновичу, объясни, что документы поддельные!
Я рассмеялась – коротко, без радости:
– Документы настоящие, Максим. Ты сам их подписывал. Сам выводил деньги, сам обманывал партнеров. Я ничего не подделывала.
– Но ты подставила меня!
– Нет. Я просто рассказала правду людям, которых ты обманывал. Они сами приняли решение.
Он снова замолчал. Потом произнес тихо, почти умоляюще:
– Неужели ты совсем меня не любила? Неужели пять лет ничего не значили?
Этот вопрос ударил сильнее, чем я ожидала. Любила ли я его? Да. Когда-то. До того, как узнала правду. До того, как увидела, кем он был на самом деле.
– Значили, – призналась я. – Но тот человек, которого я любила, оказался иллюзией. А реального тебя я не знала никогда.
– Катя...
– Прощай, Максим. Не звони больше.
Я отключилась и заблокировала номер. Руки дрожали. Игорь молча протянул мне салфетку – только сейчас я поняла, что по щекам текут слезы.
– Это слезы жалости? – спросил он.
– Не знаю. Может быть. Или это я оплакиваю те пять лет, которые потратила впустую.
Дверь распахнулась, и вошел Андрей. По его лицу было видно, что он тоже в курсе всех новостей.
– Катя, – он подошел, обнял меня. – Все кончено. Максим больше не сможет тебе навредить.
Я прижалась к нему, вдыхая знакомый запах его одеколона. Да, все кончено. Максим разрушен. Наша месть свершилась. План сработал идеально.
Так почему же внутри была не радость, а эта странная горечь?
– Андрей, – отстранилась я, глядя ему в глаза. – Мы поступили правильно?
Он нахмурился:
– О чем ты?
– О том, что мы сделали. Уничтожили его бизнес, лишили средств к существованию. Да, он мерзавец. Да, он заслужил. Но мы... мы опустились до его уровня?
Андрей взял мое лицо в ладони:
– Нет. Мы не опустились. Мы просто восстановили справедливость. Максим обворовывал партнеров, изменял тебе, бросал своих детей. Он сам построил карточный домик из лжи. Мы лишь подули на него.
– Но теперь он потеряет все...
– Как когда-то я потерял три миллиона из-за его мошенничества, – напомнил Андрей. – Как ты потеряла пять лет жизни, веря в его ложь. Катя, не жалей его. Он бы не пожалел тебя.
Я знала, что он прав. Но знание не делало легче.
Вечером мы сидели в моей гостиной. Андрей открыл бутылку дорогого вина – якобы отметить победу. Но праздничного настроения не было ни у одного из нас.
– Знаешь, чему я научилась за эти месяцы? – спросила я, глядя на огонь в камине. – Месть не исцеляет. Она не возвращает потерянное время, не стирает боль. Она просто добавляет еще один груз на душу.
Андрей взял мою руку:
– Тогда давай больше не будем мстить. Давай просто жить. Строить нашу жизнь, а не разрушать чужую.
– А Максим?
– Пусть восстанавливается сам. Или не восстанавливается. Это больше не наша проблема.
Я кивнула и прижалась к его плечу. За окном шел снег – первый в этом сезоне. Город укрывался белым одеялом, пряча старые шрамы под свежим покровом.
Может, и мне пора перестать ковыряться в старых ранах? Отпустить прошлое и позволить себе думать о будущем?
С Андреем. Без оглядки на то, что было. Просто вперед.
Без права на ошибку.
Глава 18
Глава 18
Я сижу в своем кабинете, держа в руках конверт с печатью суда. Развод официально завершен. Пять лет брака превратились в несколько листов бумаги с подписями и печатями.
Имущество разделено – дом остался за мной, как и бизнес. Максим получил свою долю деньгами, на которую я взяла кредит. Но мне было все равно. Главное – он больше не имел надо мной власти.
Телефон завибрировал. Андрей: «Поздравляю со свободой. Увидимся сегодня?»
Я набрала ответ: «Приезжай к восьми. Нужно поговорить».
За эти месяцы Андрей стал мне... кем? Союзником, другом, опорой. Человеком, рядом с которым я чувствовала себя живой. Но что дальше? Я боялась ответить на этот вопрос даже самой себе.
Вечером я накрыла стол на террасе. Свечи, вино, легкий ужин. Все как на свидании. Потому что это и было свидание – первое настоящее за год ада.
Андрей приехал с букетом пионов.
Мы ужинали, говорили о пустяках, смеялись. Но я чувствовала, как нарастает напряжение. Что-то должно было случиться сегодня. Что-то важное.
Когда мы допили вино, я взяла его руку:
– Андрей, я хочу сказать тебе кое-что. И мне страшно.
Он переплел пальцы с моими:
– Я слушаю.
– Я люблю тебя, – выдохнула я, и эти слова прозвучали как откровение. – Люблю твою силу и доброту. Люблю, как ты смотришь на мир, как защищаешь тех, кто тебе дорог. Люблю каждую минуту, проведенную рядом с тобой.
Андрей замер, глядя на меня так, словно боялся, что я исчезну.
– Но, – продолжила я, чувствуя, как сжимается горло, – я так боюсь снова ошибиться. Боюсь, что это иллюзия, что я обманываюсь, что ты окажешься таким же, как он.
Андрей встал, подошел ко мне, опустился на колени рядом с моим стулом.
– Катя, посмотри на меня, – он взял мое лицо в ладони. – Я тоже люблю тебя. С того самого дня, когда ты пришла ко мне с предложением сразиться с Максимом. Ты была сильной, решительной, израненной – и прекрасной. Я влюбился в твою силу, в твою способность подниматься после ударов.
– Но как я могу быть уверена? – прошептала я.
– Никак, – честно ответил он. – В любви нет гарантий, Катя. Я не могу пообещать, что не совершу ошибок. Могу только пообещать, что никогда сознательно не причиню тебе боль. Что буду бороться за нас каждый день.
Слезы потекли по моим щекам. Он вытер их большими пальцами и поцеловал – нежно, бережно, как будто я была из хрусталя.
– Останься со мной сегодня, – попросила я. – Не уходи.
– Никуда не уйду, – прошептал он в ответ.
Эта ночь была первой настоящей близостью за год. Не просто секс – соединение двух людей, которые прошли через ад и нашли друг друга на выходе. Андрей был нежен, внимателен, чутко реагировал на каждое мое движение. А я позволила себе довериться – впервые с того момента, как узнала об измене Максима.
Утром я проснулась в его объятиях. Солнце пробивалось сквозь шторы, и в его лучах лицо Андрея казалось умиротворенным. Я лежала, изучая каждую черту, каждую морщинку, боясь пошевелиться и разрушить момент.
– Доброе утро, – он открыл глаза и улыбнулся.
– Доброе, – я прижалась к нему сильнее.
– О чем думаешь?
– О том, что впервые за год чувствую себя по-настоящему счастливой. И это пугает меня до смерти.
Андрей поцеловал меня в лоб:
– Пусть пугает. Мы справимся. Вместе.
Но даже лежа в его объятиях, я не могла заставить замолчать тот тихий голос внутри, который шептал: «А вдруг он тоже предаст? Вдруг через год обнаружишь его с другой? Вдруг снова окажешься одна, с разбитым сердцем?»
Я закрыла глаза и крепче обняла Андрея. Может быть, это и есть цена любви после предательства – вечный страх, что все повторится. Жизнь без права на ошибку. Потому что вторую такую боль я точно не переживу.
Глава 19
Глава 19
Первые три недели с Андреем были словно медовый месяц. Мы виделись каждый день – то у меня, то у него. Ужинали вместе, засыпали в объятиях друг друга, просыпались с поцелуями. Он был внимательным, нежным, заботливым. Именно таким, каким, как мне казалось, Максим не был никогда.
Но на четвертой неделе что-то изменилось.
Сначала это были мелочи. Андрей стал чаще задерживаться на работе. Говорил, что новый проект требует его постоянного присутствия. Я понимала – он бизнесмен, у него свои дела. Но внутри что-то настораживало.
