Прости меня, отец (ЛП) - Джейден Эрика

— Поставь меня, ублюдок!

Я ударила его по спине, но сомневалась, что он что-то почувствовал. Альфонсо сильно шлёпнул меня по заднице, и я вскрикнула. Кожа горела, но моему телу это нравилось. Он затащил меня во внедорожник и сел позади меня. Я даже не могла сесть на задницу, так сильно она горела. Лоретта и нанятый ею статист снова заговорили по-итальянски и засмеялись. Мои глаза застилали слёзы. Если он собирался так со мной обращаться, то к чёрту подчинение.

Он накричал на неё по-итальянски, и, когда его кузина не отреагировала на его слова, я поняла, что он кричит на меня.

— Я не понимаю по-итальянски, — крикнула я в ответ, и он снова схватил меня за горло.

Никто ничего не сказал в ответ. Он снова зарычал по-итальянски, и на глаза у меня навернулись слёзы. Всё моё тело болело. Из нас не получится отличная пара. Он убьет меня в один прекрасный день.

— Альфонсо! — крикнула Лоретта, и он тут же прижал меня к дверце машины.

Я с силой ударилась об неё, закашлявшись, пытаясь перевести дыхание. Кашель не утихал, и когда я наконец смогла взять себя в руки, внедорожник остановился у входа в отель. Я выпрыгнула из машины и рванула к дверям..

— Камилла, — снова прорычал Альфонсо у меня за спиной.

Я не остановилась. Я продолжала бросать ему вызов. По моим щекам текли слёзы, а я всё ещё чувствовала его пальцы на своей шее и ладонь на своей заднице. Он был монстром, но хуже всего было то, что моё тело наслаждалось каждой секундой происходящего. У меня между ног всё было мокрым.

Что это значило: что мне нравилась его садистская сторона, что она меня возбуждала? Я ничего не понимала.

Я нажала кнопку лифта и увидела, как ко мне спешит великан. Я раздумывала, стоять ли мне на месте или бежать к лестнице, чтобы спрятаться, пока он не убил меня прямо здесь и сейчас. Я слишком поздно приняла решение, и он схватил меня, когда я попыталась сбежать. Я сопротивлялась, осыпая его оскорблениями, и он снова перекинул меня через плечо и вошёл в открывшийся лифт. Он приказал остальным ждать, когда они попытались войти, и двери закрылись, оставив внутри только нас двоих. Моё сердце забилось быстрее, а страх усилился, когда по телу прокатился адреналин.

Он снял меня с плеча, и я оказалась перед ним. Он прижал меня к стене, как букашку.

— Почему ты продолжаешь бросать мне вызов после того, как я сказал тебе этого не делать? — закричал он мне в лицо.

— О, так ты можешь обращаться со мной, как тебе вздумается? Вот так? Вот как будут строиться наши отношения, Альфонсо? Ты будешь брать и брать, пока я не иссякну и мне больше нечего будет дать? Так ведь?

— Да, это моё право.

— Твоё грёбаное право! А как же моё право? Ты не единственный, кого воспитывали в строгости, ублюдок ты грёбаный. С самого моего рождения меня учили, как себя вести, как угодить чёртовому Дону. И что я получаю в ответ? Меня бьют, когда я не слушаюсь? Я не грёбаная собака.

Он взревел и ударил кулаком по стене лифта. Лифт затрясся вместе с нами. Он снова заговорил по-итальянски.

— По-английски! — настаивала я, и он схватил меня за челюсть.

— Хватит на меня кричать.

— Хватит обращаться со мной как с грёбаной идиоткой.

Он прижался ко мне губами и крепко поцеловал. Я ударила его и оттолкнула. Когда он не сдвинулся с места, я укусила его, а когда он по-прежнему не двигался, я изо всех сил ударила его коленом в пах. Это заставило его остановиться и отпустить меня. Он согнулся пополам, и, слава богу, лифт остановился.

— Камилла, — прохрипел он, когда я бросилась в сторону того, что я называю своей комнатой.

Я слышала, как он тяжело дышит позади меня, пытаясь меня догнать. Когда я подошла к двери, он оттащил меня и прижал к стене.

— Ты такая неблагодарная сучка, — прошипел он. — Ты подчинишься, так или иначе. — Он снял ремень и расстегнул брюки.

— О боже, Альфонсо, ты такой мудак, — возразила я, зная, что он собирается сделать, чтобы заставить меня подчиниться: изнасиловать меня.

Он зарычал, когда я стала ещё больше провоцировать его на изнасилование. Он доказал, какой он большой мужчина, а потом сорвал с меня трусики. Его рука обхватила мой лобок, и он ахнул. Он замер, уставившись на меня. Я смущённо опустила глаза, потому что знала, что он чувствует.

— Тебе это нравится? — спросил он потрясённым голосом.

— Отпусти меня! — Я толкнула его, и его рука исчезла с моей промежности. Мои ноги коснулись пола, я оттолкнула его и бросилась в свою комнату. Я открыла дверь и заперла её за собой.

Он не последовал за мной, и я поблагодарила судьбу за то, что что-то остановило его ярость, которую он испытывал ко мне сегодня вечером.

Адреналин схлынул, и у меня затряслись ноги и всё тело. Горло и задница всё ещё болели, а стыд накрыл меня, как приливная волна. Почему моё тело так реагирует на него? Я не поняла, но я знала, что сегодня это спасло мне жизнь.

ЧЕТЫРНАДЦАТЬ

БЕЛЫЙ КРОЛИК

Дверь открылась, и в комнату ворвался Нико.

— Где она? — спросил он. — Альфонсо, где Камилла?

— В своей комнате, — ответил я. Эта маленькая сучка выводила меня из себя.

— Она ещё жива? — спросил он. Нико уставился на меня, а я стоял как вкопанный. — Альфонсо, она ещё жива?

Я не смог сдержать смешок, который перерос в хохот, когда он посмотрел на ремень в моей руке.

— О боже, он теряет самообладание, — пропела моя кузина.

— Лоретта, иди домой. Пожалуйста, — взмолился я.

Она уставилась на меня и вошла в комнату.

— Твоя невеста ещё жива, кузен?

— Да, она в своей комнате. У меня действительно есть хоть немого сдержанности. — Я все еще посмеивался, когда Нико продолжал пристально смотреть на меня. Я пошел в свой кабинет.

Камиллу возбуждало то, как я с ней обращался. Нико и понятия не имел, насколько удачно он выбрал мою будущую невесту, а я хотел ее сейчас больше, чем когда-либо.

Я закрыл дверь своего кабинета и запер ее на ключ. Я все еще был в ярости, но чувствовать влагу вокруг ее отверстия, как она блестит для моего члена, было последним, о чем я думал, что это произойдет сегодня вечером. Изнасилование! Я фыркнул при мысли об этом. Она была моей женой и принадлежала мне, и я мог делать с ней всё, что захочу.

Но она взбодрила меня, а то, что она отчитала меня за моё дерьмо перед Лореттой сегодня утром, вывело меня из себя. В любой другой день я бы, наверное, отреагировал на эту ситуацию иначе. Всё это было признаками того, что пора возвращаться в Италию и снова брать под контроль своих демонов. Прежде чем я действительно убью эту маленькую беглянку.

Должен признать, Камилла не была похожа на обычных женщин из нашего мира. Казалось, что она была создана специально для меня, а её непокорность была тем, что я любил и ненавидел одновременно. Но тот факт, что её тело реагировало именно так, как я хотел, — о, это была моя самая большая фантазия, ставшая явью. И эта жажда обладать ею согревала моё чёрное сердце.

Я схватил свой член и начал дрочить. Я был тверд как скала всю ночь, и я пытался успокоиться, но, увидев ее с другим мужчиной, моя кровь снова вскипела, и тогда она оттолкнула меня и бросила вызов снова и снова. Она была похожа на маленькую чихуахуа. Этих собак было не остановить.

Я должен был знать. Я убил одну, которая принадлежала моей бабушке, потому что она отказывалась перестать лаять. Сегодня вечером Камилла заставила меня почувствовать то же самое.

Мне нужно было поехать в Италию и совладать со своими демонами. Пришло время, иначе я боялся, что из-за моего вспыльчивого характера она погибнет. И это было бы чертовски обидно.

Она бы всё равно подчинилась.

Я кончил себе на руку и зарычал, продолжая дрочить, представляя, что трахаю её в рот. От одной мысли об этом мне снова захотелось кончить. Эта девушка меня погубит; вопрос только в том, когда это случится.