Но продолжаю на месте стоять. Даю ей немного право выбора. Я изменился. Терпимее стал. И взрослее.
Черт, кого я обманываю?
Ни капли я нихуя не изменился. Лебедева так и осталась занозой в заднице. Которую хочется трахать беспрерывно.
Засунуть в нее и тупо трахать, трахать, трахать…
Шаг…Блядь, срывает…И ещё один…
Спокойнее, Волков, стоп, не напугай.
Пиздец…Мне кажется, что у меня руки ходят ходуном.
Про сердце я вообще молчу. С дыхалкой также жестко.
Приступ клаустрофобии.
Вплотную. Близко.
Рвет предохранители.
Лебедева…
Нафига ты такая бесячая и невыносимая?
Носом в душистые волосы. И…как же мне, сука, пиздец от этого только хорошо.
Думал, что просто заберу и отвезу домой. Но…ты…
Пьяная, доверчивая и чертовски глупая…Кого же ты снова хочешь обмануть?
Твое тело, как и вся ты, принадлежите только мне. Запомни уже это, наконец.
— Артем, — неосознанно выдыхает.
Может и нет, но мне чертовски хочется думать так.
Я знаю, блядь, чувствую, что хочешь ты именно меня. Всегда это знал. Потому что моя.
С головы и до пят.
И я пиздец, как хочу войти в тебя прямо сейчас.
В глазах темнеет от этого неуемного затапливающего все нутро желания.
Жгучего и неодолимого.
Фима, что же ты делаешь.
Сука.
Блядь...
Я прикрываю глаза, и наслаждаюсь ее отзывчивостью на мои касания.
Кристина права, не девственник давно уже, но…никакой секс не сравниться по ощущениям даже с тем, что просто дотрагиваюсь до Лебедевой.
Не то, чтобы я стремился именно туда. Просто тупо залезть в трусы, поиметь в разных позах и на этом предел моих мечтаний.
Если бы, блядь.
Но, нет.
Лебедева ведь не просто девчонка.
Это отрава.
Мне хочется касаться ее вообще везде.
Не просто касаться. Раздеть и облизать. Каждую чертову шмотку с нее стянуть.
Каждый буквально сантиметр ее кожи покрыть поцелуями.
И...укусами.
Ремнем по ее аппетитной заднице.
За то, что ведет себя так неосмотрительно.
Рандомный дом.
Выпивка без счета.
Схватить бы сейчас, отнести на кровать, раздеть и оттрахать так, чтобы хорошенько запомнила...
Нельзя так делать!
Одной, без меня по вечеринкам не таскаться.
Не пить без меня.
И, нахуй, конечно, никакого Димы рядом.
Лебедева что-то там бормочет под нос.
Усиливаю напор.
Вжимаюсь в зад, толкаюсь в нее членом.
Да, так, так хочу...
И сказал, никакого Димы, нахер
Усиливаю напор.
Ладонью промежность уже не просто накрываю. Пальцами раздвигаю аккуратные складочки.
Мягкая, горячая и охуенно влажная там.
Перед глазами как это могло бы выглядеть вживую.
Хочу смотреть.
Не позволяю себе, но обязательно в будущем.
Пока лишь вдавливаюсь сильнее членом в зад.
Не могу иначе.
Пальцы тем временем скользят и находят нужную точку без единого усилия.
Возбуждена. Тихонько растираю.
Ахает.
Дышит рвано.
Откинула голову мне на плечо и стонет. И, кажется, даже задыхается.
Да, я, блядь, сейчас и сам задохнусь.
Мне хочется впиться губами, заполнить собой и оттрахать ее рот.
Она откликается на прикосновение пальцев.
Несчетное количество раз хотел дотронуться до нее именно там. Потрогать. Смотреть и ласкать…
Дорвался.
Я трогаю…
Я, блядь, прямо сейчас…Прямо сейчас трогаю Лебедеву там...
Пальцами в ней. Почти внутри…Всерьёз…Не очередные гребаные галлюцинации…
В реальности!
Теперь бы мне вытерпеть только...
Потому что, пиздец, как уже желаю большего. Мне мало, мне мало...
Пальцами мало.
ХОЧЕТСЯ-БОЛЬШЕ-СИЛЬНЕЕ-ГЛУБЖЕ...
Куда-нибудь усадить, раздвинуть ей ножки и вылизать всю. Оттрахать потом. Ввести в нее член, наконец...Во всех всевозможных позах ее поиметь. И чтобы смотрела она на меня. И осознавала...
Хорошо понимала, что трахаться должна только со мной.
Ножки только передо мной раздвигать…
Передо мной выгибаться в спине…
В рот тоже брать…Только у меня…
Дорвался, маньяк.
Торможу сам себя. Член колом, яйца от напряжения сводит. Не знаю даже, откуда берутся силы не осуществить хотя бы десятую часть…
К концу подойду сейчас от одних мыслей, даже без прямой физической стимуляции.
Вместе с ней кончу.
Блядь.
ОТ-ОДНИХ-ТОЛЬКО-МЫСЛЕЙ, сука...
— Ох, Арте…то есть...Ди...ох, Ар...
Люблю.
И сдохну сейчас...
Глава 18
Серафима
Просыпаюсь от ярко выраженной головной боли. Тут же вспоминаю о вчерашнем.
Пить меньше надо, сама себя наставляю, в следующий раз ни глоточка, но…как-то не помогает, фигово моей голове несмотря на эти уверения.
Сползаю с кровати, и сразу же отправляюсь в душ. Раз вечером не удосужилась. А надо бы было.
Белье было мокрым, это я уловила, также, как и то, что я…никогда ещё не возбуждалась так сильно.
Ещё бы.
Ой.
А можно...это как-то не очень вспоминать?
Теперь мне жутко неловко и стыдно. Не знаю, что на меня нашло.
А, что, если бы Дима взял и не остановился? Что бы тогда?
Возможно, сегодня я проснулась бы уже и не девственницей.
И эти пошлятские мысли об Артеме Волкове, что не оставляли тогда ни на минуту…
О, Боже.
Нет.
Это ведь ещё хуже.
Да я со стыда сгорела бы, если бы он…если бы сам Артем…трогал меня там, между ног. Ещё и так откровенно.
А если бы ещё при этом смотрел, как я наслаждаюсь и возбуждаюсь от того?
На эти эмоции тело реагирует незамедлительно. Мне кажется, если правильно понимаю, я снова начинаю возбуждаться.
По крайней мере внизу живота теплеет.
Ведь....
У Артема такие красивые пальцы…и взгляд такой…что любая бы, возбудилась, наверное.
Черт, Фима, срочно прекращай!
И все же, стоя под струями воды я пробую потрогать себя. так, как это было вчера. Хотя бы отдаленно.
Но...отчего-то совсем мне это не нравится. Нет, все не так.
Не то.
Бросаю эту затею, поскорей моюсь и вылезаю из душа, чтобы уступить место в очереди нетерпеливым соседкам.
Теперь к головной боли появляется вдобавок досада.
Ни за что бы не подумала, что Дима оказывается такой опытный. Что он может так, как это было вчера. Получается...получается, в темноте и когда на него не смотреть, он меня всё-таки сильно возбуждает?
Потому что вот при общении с ним у меня ни разу трусики не намокали. В отличие от того, когда Артем целовал.
Черт, голову-то стреляет как, надо уже таблетку что ли выпить.
— Фим, ну ты как?
С Аленкой встречаемся как раз, она с полотенцем, значит, тоже в душ.
— Не очень, если честно, — произношу уныло. — Голова болит.
— Не мудрено. Ты сколько коктейлей-то выпила, напомни? — давит подруга на больное.
— Фиг его знает. Помню только, что эти коктейли обладали волшебным эффектом. Спасибо, что вчера проследила за мной.
— Да не за что. Встречаемся через пятнадцать минут у выхода.
— Ага.
Аленка отправляется в душ, я же возвращаюсь в комнату. При входе сталкиваюсь с назойливыми «фанатками» Волкова.
Лика и Оля. Блин, нашли время прямо с утра.
— Ну, Фим, ты подумала? — набрасывается сходу Лика, протискиваясь в комнату сразу же за мной.
— О чем?
Роюсь в косметичке. Выясняю, что таблеток у меня нет.
— О том, чтобы рассказать нам что-то о нашем Артеме, — отвечает за Лику Оля, вырастая за моей спиной. — Желательно что-то секретное, о чем другие не знают.
О вашем? Серьёзно? Да ещё и секретное.
Такого о нем я и сама не знаю.
— Прямо сейчас? Или дадите мне одеться?
— Дадим, конечно, но…думай скорее, Фима. У Олиной мамы вакансии не бесконечны, — предупреждает Лика.
— Вам так невтерпеж? — не удерживаюсь.
