– Понял. Принял. - Одёрнул брюки, пригладил волосы, нервно откашлялся и завёл мотор.
Мы выехали с больничной стоянки и направились к моему дому.
– Костя, - взяла его за руку, лежащую на коробке передач, - спасибо тебе за поддержку, я никогда не забуду этого.
– Не за что. Это малое, что я мог сделать для тебя. Я уже говорил, ты мне дорога. И видеть твои слёзы, мне неприятно.
– Ты так много сделал для меня и моей семьи, что я не знаю, как тебя и отблагодарить.
– Ничего страшного. О цене договоримся. - Пошутил мой босс и я поняла, что он злорадствует. Видимо, его самолюбие было задето. Хоть он и пытался этого не показывать, получалось не очень.
Я промолчала, стараясь не бередить его кровоточащую рану и всё ещё не опускающиеся штаны. Сильно его цепанул мой отказ. Не ожидала.
Через двадцать минут машина завернула на мою улицу, осветила дорогу и остановилась около нашего дома. За окном стояла тихая и морозная ночь, и все в округе спали, кроме меня и моего Константина. Или не моего. Если честно, я ничего не понимала и не хотела понимать.
Окна в доме не светили, мама с Лизончиком, видимо, уже крепко спали и видели десятый сон. А я сидела в машине своего недовольного босса и не представляла, как покинуть его так, чтобы он не обиделся ещё сильнее.
– Поздно уже… - начала я.
– Угу. Поздно.
– Наверно мне пора. Ещё раз спасибо тебе. - Посмотрела на мужчину, закусила нижнюю губу, не зная, что ещё сказать.
– Не делай так.
– Как?
– Не провоцируй меня на то, что тебе не нравится.
– Мне нравится. Просто я…
– Просто что? Зачем ты всё усложняешь?
– Ты не понимаешь… тебе не понять. - Выскочила из машины, а он следом за мной. Обогнул автомобиль и прижал к себе.
– Так объясни! - Зарычал и сжал мои руки. Прижался ко мне всем телом, вдавил так, что я почувствовала всё и даже больше. Он хотел меня и очень сильно. Прямо здесь, прямо сейчас готов был раздеть меня и сделать своей.
– Я один раз обожглась, больше не хочу. - Зашипела я, пытаясь отстраниться.
– Не понимаю. У нас же всё по-другому. Разве нет? - Провёл ладонью по шее и дотронулся губами до мочки уха.
Я застонала, и моя голова закружилась. С трудом отодвинулась и произнесла.
– Нет. Не знаю. Может быть. Я знаю тебя четыре дня и пока не готова. Тем более мы совершенно разные и я не уверена, что сможем быть вместе. - Произнесла и тут же пожалела о сказанном.
Константин отодвинулся от меня, убрал руки с талии и как-то сразу весь поник. И не говоря больше ни слова, сел в автомобиль, дал по газам, дёрнулся и через мгновение исчез.
На трясущихся ногах я добралась до постели и рухнула в истерике на подушку. Я плакала, пока наволочка не пропиталась моими слезами, а потом внезапно, выбившись из сил, я отключилась.
И не слышала, как ночью, ко мне в окно кто-то залез и, приобняв меня за талию, уснул рядом со мной.
Глава 23. Карусель
Я сладко причмокнула от невероятного ощущения тепла и неги.
Кто-то прижимался ко мне всем телом, упирался в попу чем-то твёрдым, гладил рукой бедра и учащённо дышал в ухо.
— Какого-о-о хрена? - Вскинулась я и резко развернулась, ударив локтем того, кто был сзади меня.
— Марго, твою мать, можно аккуратнее махать вёслами? Ты здесь не одна!
— Николаев? Ты? - Толкнула его сильно в грудь. Но он даже не пошевелился. - Совсем сдурел?
— Когда злишься, ты такая красивая. - Протянул руку к моему лицу, но тут же получил по ней, а ещё моя ладонь скользнула по его небритой щеке.
— Ты омерзителен! А ну, убирайся из моей постели, - напряглась и со всей силы толкнула ногами туда, куда смогла достать. Он заверещал и согнулся от боли, - и из моего дома. Скотина!
Спрыгнула с кровати и открыла дверь. Но он не шевелился и не думал уходить. Тогда я схватила его за руки и стащила со своей кровати.
— Мариш, угомонись. В тебя бес, что ли, вселился? - Поднялся и встал напротив меня. Натянуто улыбнулся, что меня передёрнуло.
— Николаев, ты ничего не попутал? Может, домом ошибся? А! Нет? И кстати, к сведению, я не Мариша, меня зовут Маргарита.
— Ой, ну, конечно же, Маргарита. Ошибочка вышла. Вчера просто выпил с горя. Тётку Глашу жалко, хорошая же баба была.
— Идиот! - Вскрикнула я. - Она жива. Ты совсем больной на голову? - Покрутила пальцем у виска.
— Как жива? Не может быть.
— В смысле не может? Я сама её отвозила в больницу. В реанимации она. Но врачи говорят, выкарабкается.
— Эм-м-м… ясно. Ты знаешь, я наверно пойду. - Скоро засобирался и какой-то понурый, вышел из комнаты, а затем и из дома.
Я увидела в окно, как он быстрым шагом поспешил в сторону выхода с нашей улицы и через несколько секунд пропал.
Меня резко передёрнуло от мыслей о том, что он прижимался ко мне. И стало дурно. Я побежала в ванну, скинула с себя майку с шортиками и встала под душ. Горячие струи обжигали нежную кожу, вдобавок к этому я натирала себя жёсткой мочалкой, чтобы не осталось и намёка на запах Николаева.
Как он посмел прийти ко мне ночью? Как? Я не давала ему ни одного повода.
— Дочка, доброе утро! - Услышала я голос матери за дверью, и, высунув голову из-под душа, пожелала маме того же. - Завтрак уже готовится, Лизончик тоже поднимается.
— Я уже выхожу. - Выключив воду, я вытерлась насухо, нанесла на кожу лосьон, накинула пушистый халат и с тюрбаном на голове пошла на кухню.
Позавтракали мы быстро. Пышные оладьи с домашним вареньем были потрясающими. Чувствую после таких праздников, мне придётся сгонять лишний жир в тренажёрном зале. Более не засиживаясь, мама с Лизой начали собираться в больницу к тёте Глаше. А я решила сегодня не ходить, мне нужно было уладить одно дело и как можно скорее.
Поэтому одевшись и нанеся на кожу лёгкий макияж, я поехала в центр нашего небольшого, но очень уютного городка. Автобус ехал медленно, собирая все кочки и выбоины себе про запас. Лежачих полицейских оставлял на потом, но их хватало с избытком.
Я сидела у окна и смотрела на мелькающие дома и местные магазинчики. Заснеженные деревья тихо сбрасывали снежок, осыпаясь на землю мелкой пудрой.
Чем ближе я подъезжала к центру, тем наряднее были деревья и дома. Фонарики ещё висели и хоть сейчас, в дневное время они не светили, праздничное настроение гуляло по городу и не покидало жителей.
Подъезжая к нужной остановке, я немного нервничала. Колени потряхивало, ладошки потели и в голове, кажется, не осталось мыслей.
Покружив на центральной площади, я посмотрела по сторонам, поймала несколько снежинок губами и порадовалась их прохладной сладости.
Натянула вязаную шапку до глаз, обмотала шарф вокруг шеи и быстрым шагом направилась к расположенной рядом гостинице.
Я никогда здесь не была, случая не предоставлялось. А вот сегодня карты сложились так, что ноги меня сами понесли сюда. И хоть головой я понимала, что Костя наверняка уже уехал, но сердцем хотелось верить, что он здесь.
Войдя в холл лучшей нашей гостиницы, я подошла к регистратуре и обратилась к одной девушке, стояла за стойкой.
— Мне нужен Константин Заборовский.
— А вы кто?
— Я его дизайнер, хотела показать ему макеты нового кабинета. - Выдал мой мозг. - Но я не уверена, здесь ли он?
— Сейчас посмотрим. - Девушка открыла какую-то программу и начала щёлкать кнопками мышки. Быстро, настойчиво, уверенно. Глазки её бегали из стороны в сторону, на губах играла приклеенная улыбка.
