Оказывается, брат совсем не повзрослел. Мы и в детстве с ним иногда чудили, но чтобы так…
Руслан меня к ресторану подвез. Паркуется.
— Это он?
— Он. — Демид стоит около входа. Ждет меня.
— А чего бледный такой? — Руслан подкалывать вздумал.
— Отстанешь?
— Я подожду. Давай быстрее.
— Постараюсь, — отвечаю и захлопываю дверь машины.
Заходим в заведение, идем через весь зал в какую-то маленькую комнатку. Только дверь помещения закрылась, как его губы моих коснулись. К себе прижимает, заключает в объятия, и мы наслаждаемся долгожданной близостью.
Но я тут не за этим, хотя безумно хочется остаться в его руках, спрятаться от всего мира и не возвращаться к реальности.
— Подожди, нам поговорить нужно, — пытаюсь немного отстраниться от мужчины, но он не позволяет. — Дем, я серьезно…
— Я так соскучился по тебе, — останавливает свой порыв. В глаза мне смотрит.
— Я с отцом поругалась, сильно. Он мне сказал, что найдет тебя и…
Демид меня за подбородок берет и голову вверх поднимает.
— И что? — Брови поднял от удивления. Он думает, это игра? Но отец и впрямь может ему навредить. Мой отец точно может.
— Будь осторожен, пожалуйста. Папа тебя найдет и, не знаю, убьет.
— Ха, не будет этого. Сила любви меня спасет.
— Ну хватит, дурочек, — смущаюсь от его прекрасных слов, а Демид лишь сильней начинает улыбаться. Вновь меня прижимает к себе крепко-крепко.
— Ты не думай, я помню, что вчера говорил. Был пьян, но помню. Я ни к кому не испытывал таких чувств, как к тебе, Сами. Думаю, что это любовь.
Я не отвечаю. Просто прижимаюсь к нему всем телом и нежно целую. Я ведь тоже никогда не испытывала такого. Это восхитительное чувство, которое заставляет совершать подвиги. Которое мне так нравится, и я не хочу, чтобы оно заканчивалось.
— Меня брат на улице ждет. Мне пора.
— Когда мы увидимся?
— Не знаю. Я под домашним арестом.
Выходим из каморки и проходим в общий зал. А тут…
Пять человек папиной охраны, Руслан с грустным лицом и мой отец по центру. Интуитивно закрываю собой Демида, отпустив его руку. Но отец видел, что мы держались за руки. Я даже видела, как он поморщился.
— Сын, отвези сестру домой, — короткий приказ отца, и Руслан мне головой машет.
— Пап…
— Домой!
Крикнул так, что я слышала эхо. Посетители, что были в заведении, уставились на отца, но ему было сейчас плевать и на это.
А вот я не хотела оставлять его с Демидом наедине, но пришлось. Брат меня взял за руку и увел, я лишь оглядывалась. В ресторане Демиду ничего не грозит, много свидетелей.
О чем они будут разговаривать?
Глава 17
Демид
Самира из ресторана вышла, а вот Сафаров остался. Выглядит надменно, но и я стараюсь лицо держать. Хотя на поржать пробивает, патовая ситуация.
Проходит и за стол садится. Охране своей отмашку дает, чуть дальше отодвигаются. Двое на улицу вышли.
— Ну присядь, поговорим.
Сажусь напротив. Вглядываюсь в лицо будущего тестя, если повезет. А я везучий по жизни.
— Кофе? — предлагаю, но Сафаров на меня не смотрит, глазами по сторонам пробегает. Оценивающе осматривает мое заведение.
— Обойдусь. Неплохое место, не был тут раньше.
— Заезжайте как-нибудь… — Не дает договорить.
— Слушай, парень. Я человек занятой, мне любезничать некогда. Давай сразу к делу: дочь мою в покое оставь, у нее свадьба скоро, не пудри девчонке мозги.
— Я и не…
— Помолчи и послушай. Мне плевать, что ты скажешь. А я скажу так: еще раз я тебя увижу рядом с Самирой, не будет у тебя больше ресторана. И бизнеса у тебя не будет.
— Угрожаете?
— Пусть так. Ты сам отец, знаешь, какого это — иметь дочь и как я ей дорожу. У Самиры никогда не будет ничего общего с щенком безродным. Тебе ясно?
— Я не отступлю. Я ее люблю…
— Разлюбишь. Если дорожишь своей жизнью, разлюбишь. Я дважды не повторяю. Еще раз увижу или услышу о тебе, пеняй на себя, парень.
— Меня Демид зовут. И что бы вы ни говорили, мы с Самирой будем вместе, со всем моим уважением…
— Ты меня услышал.
Последнее, что сказал Сафаров перед тем, как покинуть мой ресторан. А он и впрямь не шутит. Да и пох…
Я уже достиг точки невозврата. Эта девочка перевернула все мое понимание о любви, о чувствах. Мое сердце полностью принадлежит ей. И я не откажусь от этого…
Пусть Сафаров и дальше угрожает. Она будет со мной.
Самира
По дороге домой разговаривала с Настюхой. Арман рассказал ей обо всем, она тоже была в шоке. Да все мы.
Рассказала ей об отце, о том, что теперь я точно не выберусь из дома. Да еще и Руслану влетит за то, что помогал мне.
Настюха же, наоборот, была настроена позитивно, как и всегда. В ее голове было столько идей абсурдных, сумасшедших, но настроение у меня поднялось. Как бы я хотела с ней сейчас встретиться. С ней, с Арманом. Но это невозможно…
Не успела домой зайти, мама встречает. Такое редко бывает. Обычно она занята…
Не знаю, чем она занимается. Она, как приведение, бесшумно перемещается по дому, и ее никто не замечает. Она присутствует на семейных ужинах, но всегда молчит. Молчит и смотрит в никуда. Я пыталась ее как-то оживить. Предлагала прогуляться, в город съездить, сходить в кино — все бесполезно. Мама не соглашалась, никогда. Она заживо похоронила себя в этом доме.
И это тоже вина отца.
— Набегалась? — спрашивает с необычным раздражением.
— Я не убегала. На встречу ездила…
— Самира, перестань сопротивляться. Отец сделает так, как решил. Ты только хуже себе делаешь.
— Перестать сопротивляться? Что ты предлагаешь, выйти за Тимура?
— Да, Сами. Перестать ругаться с отцом и выйти замуж за Тимура.
— Я за него не выйду. И, в первую очередь, знаешь почему, мам? Потому что не хочу жизнь, как у тебя.
— Как у меня?
— Да. Что у тебя, затяжная депрессия? Ты же не живешь. Ты просто находишься в этом доме, даже на улицу не выходишь. Это не для меня…
— Сами…
— Нет, мам. Не говори ничего. Кто, как не ты, должна меня понять. Неужели ты мне желаешь такой жизни? Такой, которой сама живешь? Мам? — Вижу, что мама подавлена. Взгляд печальный, нет в нем ни огня, ни света, ни надежды.
— Это неизбежно… — Это все, что она может сказать?
— Ну мы еще посмотрим.
* * *
Ближе к вечеру я набрала Демида. Мы переписывались, но это все не то…
Мне хотелось услышать его голос. Тот короткий поцелуй, что сегодня был у нас… мне его мало.
— Алло, принцесса, — голос веселый, а значит, отец его не слишком сильно напугал.
— Привет. — Улыбаюсь, хоть он и не видит этого.
— Привет. Ты дома?
— Я теперь тут навечно…
— Перестань. Все хорошо будет. Я что-нибудь придумаю.
— Например?
— Украду тебя.
— Я бы и сама сбежала, если бы была возможность. Но ее нет. Охрана теперь начеку, я враг номер один.
— Ты там не вздумай грустить, поняла?
— Поняла. Я скучаю…
— И я. Очень скучаю. Сами, я перезвоню позже, ладно? Аверина отпущу, домой приеду и наберу, хорошо?
— Я буду ждать.
— Целую…
— И я.
Но Демид мне не перезвонил. Ни вечером, ни даже утром. Нет, я не думала, что он забыл или не хочет разговаривать…
Я на сто процентов была уверена, что что-то случилось…
Демид
— Димка, домой езжай.
— Ты ебнулся? Я друзей не кидаю…
— Даже не вздумай выходить из тачки. Ты понял?
— Давай назад сдам, долбанем тачку, похер. Зато прорвемся…
— Я выйду, поговорю…
— Не будут они разговаривать. Шесть человек поговорить приехали? Ты лохом-то не будь, Дем. Я корешу звоню…
Только Аверин телефон достал, включил, сразу стук в окно. И все мое внимание ствол привлекает.
