Небо цвета Измены (СИ) - Девятова Саша

- Не, Маш, не уговаривай, сегодня уже понедельник, мне в восемь надо в офисе быть, бойцов на смены выпускать, а если я с тобой останусь, то приеду туда не раньше чем…, - он задумчиво поднял глаза к потолку, - не раньше следующего понедельника, точно.

Мы снова смеёмся, я, наконец, отпираю дверь, но прощаться не хочется. Это чувство абсолютной защищённости, когда я рядом с ним покорило моё сердечко. Я ведь даже ни разу за вечер не вспомнила Марину. Блин, зачем я о ней подумала?

- Пока? – он как скала стоит и не шевелится, а я чувствую, что он ждёт от меня какого-то действия.

- Пока, - отвечаю и приоткрываю дверь в квартиру.

- Даже не поцеловала, - вздыхает грустно он и добавляет, - всё приходится делать самому.

Крепкие пальцы Гара смыкаются на моём запястье, он тянет меня обратно на лестничную площадку, крепко прижимает к себе, и его глаза уже так близко. Ничего не вижу, голова кружится, тепло накрывает нежным поцелуем мои губы и медленно, словно смакуя самую сладкую конфету, втягивает нижнюю, лаская её языком и страстно вдыхая воздух. Его мягкая борода щекочет щёки и подбородок, руки сами тянуться, смыкаясь замком на его объемной шее. Я отвечаю. Сначала робко, потом смелее, а позже теряю вся кое ощущение времени и пространства.

- Маша, ты волшебная девушка, но мне правда нужно идти, - как сквозь туман доносится до моих ушей его голос. – Даю тебе установку хорошенько выспаться, завтра я тебе позвоню, хорошо?

Киваю, не в силах что-либо ответить.

- Доброй ночи, - целует меня в макушку и идёт к лестнице.

Я вхожу в квартиру, запираюсь изнутри, и опускаюсь на пуфик обувницы. В голове крутится строчка из песни, которую мы с Линой пели в караоке: «О, боже, какой мужчина!».

Сижу долго, приводя себя в порядок после такого чувственного окончания вечера. На губах до сих пор чувствую его прикосновения, так приятно и сладко, что ноет низ живота.

С Эдом такого не было, конечно мы целовались, много целовались, но так, чтобы пелена на глазах и головокружение, так никогда. Эд обычно быстро переходил к делу, с ним было хорошо, я испытывала удовольствие, но оно никогда не было таким ярким и всеобъемлющим.

Почему Гар не захотел войти? Ведь он хотел, точно знаю, он же не монах какой-то и не девственник. У него есть даже опыт семейной жизни, он знает, чем занимаются мужчина и женщина по ночам, но он не вошёл.

А что если его дома ждёт она?

Нет, он же сказал, что она возвращается на родину. Я начинаю перебирать в голове все его фразы, касающиеся бывшей жены, и не припоминаю, говорил ли он о том, когда именно она уезжает. Не говорил. Он говорил, что она уезжает навсегда, а когда именно не сказал.

Стоп! Останавливаю я поток своих догадок, которые лавиной хотят прорваться в мой итак перегруженный мозг. Если бы Марина была ему так дорога, он бы не провёл со мной столько времени. Она в прошлом, точно в прошлом. Ему просто завтра рано вставать, поэтому так рано уехал.

Поднимаю глаза на часы – почти два ночи, совсем не рано. Успокаиваюсь. Надо идти спать. Да, спать. Из-под ног доносится тонкое «миу». Мой пушистый дружок щурится на меня то одним, то вторым глазом, призывая не сидеть здесь, а перемещаться на мягкую подушку.

- Сейчас, котик, сейчас пойдём баиньки, - поднимаю его с пола на колени, целую в маленький носик и вспоминаю Лизу, дочь Гара. Тяжело ему будет. Тут за пару недель к животному привязываешься, а что говорить о ребёнке… Неужели традиции сильнее человеческих чувств. Каким нужно быть отцом, чтобы забрать у законного мужа свою дочь и внучку, без возможности встречаться.

Встаю, выключаю свет в прихожей и бреду в темноте в спальню, укладываю котёнка на одеяло, а сама иду в душ. Сейчас смою всё с себя и спать. Завтра меня ждут отчёты и созвон с руководителем, надо быть бодрой.

глава 27

Шеф решил в понедельник не просто пробежаться по запланированным делам, а хорошенько разобрать каждое. Созвон длился почти час, хотя обычно мы укладывались в пятнадцать минут, а по окончании разговора с руководителем, у меня на руках оказался огромный список дел.

- Мария, ты отдохнула, сил набралась, справишься, - дал он мне напутствие и повесил трубку.

Мда, задача. Откладывать в долгий ящик то, что можно сделать прямо сейчас я не буду, и с головой погружаюсь в цифры, расчеты и анализ показателей. Далее лазаю по интернету в поисках новых поставщиков, мониторю закупочные цены, сравниваю условия поставок. Утро пролетает, как один миг.

Когда уже мой желудок начинает возмущённо бурчать от голода, я поднимаю глаза на часы. Три часа дня, а я ещё не завтракала.

Глаза устали, спина тоже, встаю, иду готовить себе завтрак или уже обед. Своего маленького мурлыку тоже не забываю, хотя его завтрак я не пропустила, и ответственно позаботилась о рационе котика .

Проверяю телефон, про который совершенно забыла, пока работала, и который всё время был на беззвучке. Блин. На экране два пропущенных от Гара.

Набрать самой или подождать?

Отключаю беззвучный режим и решаю не торопиться. Нужно сначала позаботиться о своём желудке, а потом уже про другие чувства вспоминать.

Грею, жарю, наливаю, сажусь к телевизору. Давно я так не напрягалась. Заставляю себя не думать о цифрах, включаю лёгкий канал, жую и смотрю известный сериал про ресторанный бизнес. Кот укладывается рядышком, довольный, умывает мордочку, прилизывает шёрстку, маленький, но такой аккуратный.

Смеюсь над комичными моментами на экране, хрущу поджаренными гренками, хорошо. Может всё-таки позвонить Гару? Или сообщение послать?

На хорошей ноте пишу: «Привет! Ты звонил?», отправляю.

Ответ жду недолго, он перезванивает:

- Неужели выспалась? – в голосе ирония, но за ней то самое тепло и забота, которыми он меня покорил.

- Телефон был на беззвучке, только сейчас увидела твои звонки, - отвечаю с замиранием сердца, что-то во мне меняется, когда я слышу его, будто нить натягивается, и становится так страшно, будто она порвётся и больше ничего не будет.

- Надеюсь, что это действительно так, а не новые отговорки. Как день проводишь, - ему явно чется поговорить.

- Работаю в поте лица, даже позавтракать забыла, сразу обедать села.

У нас ещё нет особых точек соприкосновения, любимых тем, общих воспоминаний, мы только начинаем прощупывать друг друга. Я поняла, что он надёжный, он мне признался, что видит во мне преданную подругу. Нам хорошо и легко друг с другом, ноя также чувствую, что это не дружба.

Особенно смакую в памяти его мягкие губы, было так вкусно. Даже от одних воспоминаний внизу живота растекается тепло и пульсирует, давая понять, что моему телу он тоже совсем не равнодушен.

Мы болтаем о разных мелочах, планируем следующую встречу, и в мою дверь раздаётся звонок.

- Подождёшь или перезвонить? – спрашиваю я Гара, потому что не хочу расставаться с его бархатистым баритоном.

- Подожду, ты же не ждёшь гостей?

- Нет, я никого не жду, наверняка соседка или ошиблись, - иду к двери, не глядя в замок отпираю и тут же оказываюсь оттеснённой к стене.

В мою квартиру вваливается целая толпа говорящих на совсем не русском языке. Впереди мужчины с вещами, сзади женщины с замотанными в платки волосами и детьми на руках.

- Вы кто? – обалдевшая от такой наглости кричу я, а мне в руки суют пачку свёрнутых купюр и начинают разбредаться по комнатам. – Уходите немедленно, кричу я, но мужчина с чёрной бородой тычет то на деньги в моих руках, то на своих сородичей, повторяя:

- Хозяйка, я заплатить, ты можешь уходить. Не волнуйся, всё будет хорошо, ничего не крадём, все на местах оставим.

- Что у тебя происходит? – кричит в трубку Гар, а я не слушая его, начинаю выхватывать из рук кутули и выпихивать за дверь женщин.

- Я никому квартиру не сдаю, вы ошиблись, идите отсюда, - сую бородачу деньги обратно, но меня нежно берут под руки и выпихивают в коридор, хорошо успела кота и телефон прихватить. – Гар, я ничего не понимаю, меня похоже средь бела дня из собственной квартиры выгнали.