Контракт для нефтяника (СИ) - Дале Ари

— Отправь эти документы во Владивосток, — на удивление спокойный голос.

— Зачем? — непонимающе спрашиваю, но папку все-таки беру.

— Затем, что я так сказал. Этого мало? — он откидывается на спинку кресла и вскидывает бровь.

Желудок ухает вниз.

Он никогда со мной не разговаривал подобным тоном. Да и не смотрел на меня, словно я муха, которую можно раздавить в любой момент. Папка становится почти неподъемной, начинает выскальзывать из пальцев, но я перехватываю ее крепче.

Значит так, да? Ла-а-адно.

— Хорошо, Александр Геннадьевич, — произношу твердо, хотя во мне клокочет злость. Она хочет вместе со словами вырваться наружу. — Что-то еще?

— Да, — уголок его губ ползет вверх, а у меня ком застревает в горле. — С этого дня, ты ночуешь в моей комнате.

Распахиваю глаза, открываю рот, но не произношу ни звука… Смотрю на босса, пытаясь определить, шутит он или нет, вот только на его лице нет ни единой эмоции. Все, что я вижу — пустота.

— Нет, — удается выдавить из себя, хотя лучше бы молчала, потому что голос все-таки дрогнул.

Босс медленно встает, упирается ладонями в стол и смотрит исподлобья. Долго, пристально. Словно пытается проникнуть мне в голову. Разобрать тот бардак, который сам же и навел.

Я тоже не отвожу глаз. Кажется, стоит отвернуться, Александр набросится на меня. Нет, не съест. Хуже. Потребует то, что принадлежит ему по праву. А я… я не смогу ему сопротивляться.

Трель телефона раздается так неожиданно, что я едва не подпрыгиваю на месте. Босс же опускает взгляд на стол, сводит брови к переносице, прежде чем ответить на звонок.

— Что? — секунда, и брови босса взлетают вверх.

Глава 25

Стою на мягком ковре в небольшой комнате с бежевыми стенами. Окно в пол завешено тяжелой тюлью и темно-коричневыми шторами. Александр подходит ко мне и становится так близко, что я чувствую жар его тела. Размеренное дыхание не помогает успокоить разогнавшееся сердцебиеие. Стоит сделать лишь вдох, как хвойный аромат попадает в тело, оседает на языке. Не помогает и то, что пальцы босс, а едва ощутимо касаются моих. По телу проносится волна жара. Присутствие мужчины рядом не дает нормально соображать. Мысли путаются, превращаются в непонятное месиво. Желудок скручивает от страха, когда я смотрю на женщину с русыми волосами, затянутыми в хвост на затылке, стоящую за деревянным столом в черном костюме с юбкой до колена.

— Объявляю вас мужем и женой. Вы можете поцеловать невесту, — произносит она и по-доброму улыбается, а у меня тошнота подступает к горлу. Перед глазами темнеет, голова начинает кружиться. Когда же босс обхватывает мои пальцы, дергаюсь в сторону будто от электрического разряда. Но стою неподвижно, в отличие от невесты. Она шарахается от жениха так, будто он не поцеловать ее хочет, а съесть. Или, по крайней мере, укусить.

На лице бедного Вадима отражается самая настоящая боль, прежде чем он натягивает на себя маску спокойствия и даже улыбается. А у меня сердце сжимается, когда я замечаю печаль, поселившуюся в его глазах.

— Думаю, мы закончили, — Вадим берет жену за руку и подходит к нам.

— А фотограф? — Лиза в светло-розовом платье, стоящая чуть поодаль от меня рядом со своим мужем, начинает оглядываться. — Он должен быть где-то здесь.

— Давайте просто селфи сделаем, — после небольшой заминки Вадим достает телефон из кармана брюк.

На лице Лизы отражается вселенский шок, она даже рот открывает, скорее всего, чтобы возразить, когда шейх тянет ее за руку. Она мимолетно смотрит на него, после чего протяжно выдыхает. Ее плечи опускаются.

Все мы вшестером собираемся в одну большую кучку, и Вадим, который встал сбоку от толпы, оставив свою жену посередине, делает фото.

— Поехали хотя бы в ресторан? — говорит Лиза, надув губы, когда мы начинаем расходиться.

— Какой ресторан? — брови Тани, уже жены Вадима, взлетают.

— Я все заказала, — гордо произносит ее подуруга, расплываясь в широкой улыбке.

Абду, все еще держащий за руку Лизу, лишь пожимает плечами, когда зарабатывает взгляд от Вадима а-ля "что за фигня".

Александр тоже не говорит ни слова, лишь прожигает ненавидящим взглядом жену брата. Бедная девушка сжимается, краснеет и опускает глаза. Мне становится ее жаль. Хоть я впервые увидела Таню, но понимаю, она не хотела никому навредить, а Вадиму в особенности. Скорее всего, их связывает такая же непростая история, как нас с Александром. И не мне судить девушку за то, что она неосознанно сделала больно среднему брату.

— Поехали, — за Вадимом остается последнее слово.

Пусть в ресторан занимает около часа, которые мы с Александром проводим в молчании. Босс спокойно ведет машину, следуя за потоком. Но то, как крепко он сжимает руль, показывает, что нервы у него на пределе. Стараюсь не отсвечивать, лишь бы не попасть под горячую руку. Откидываюсь на спинку сиденья, зажимаю ладони между бедер и смотрю в окно. В голове крутится всего одна мысль: “Почему же я была такой идиоткой? Зачем было отталкивать мужчину, который сам потянулся ко мне?”

В ресторане все становится еще хуже. В отдельной комнате, где мы сидим за круглым столом, накрытым белой скатертью, атмосфера накаляется до предела. Даже еда не отвлекает от напряжения, повисшего между нами.

Но не это заставляет меня ерзать на стуле, пытаясь подавить желание надавать кое-кому по морде. Не заметить пристальный взгляд, которым мой босс прожигает жену брата, сложно. В какой-то момент ко мне приходит мысль, что они знакомы. Возможно, между ними что-то было. И если бы все сложилось удачно, она бы стала настоящей женой Александра, а не как я “по контракту”. Идея кажется настолько здравой, что с каждой секундой от нее становится все сложнее избавиться. Особенно, после того, как босс следит за тем, как Таня уходит в уборную.

Лиза следует за ней. Не могу сидеть на месте. Не тогда, когда лавина ревности заставляет меня чуть ли не скрипеть зубами.

Зайдя в уборную, я прерываю важный разговор. Девушки, при виде меня, доделывают свои дела и выходят из комнаты. Слишком быстро, на мой взгляд. Но меня это мало волнует. Ведь есть куда более важная задача — нужно привести в порядок сумбурные мысли и чувства, разрывающие меня изнутри.

Упираюсь ладонями в черную мраморную столешницу, огибающую такую же раковину, смотрю на себя в зеркало и вздыхаю.

— Чего ты хочешь, Оксана? — шепчу, глядя на себя, полным безнадежности взглядом

— Очень хороший вопрос, — голос босса звучит совсем близко.

Вздрагиваю. Поворачиваю голову, только за тем, чтобы увидеть, как он запирает дверь на замок с внутренней стороны.

Глава 26

— Это женский туалет, — отталкиваюсь от столешницы и спиной начинаю отступать к дальней стене, проходя мимо черных деревянных дверей, которые ведут в кабинки.

Ладони становится влажными, дыхание сбивается.

— Спасибо, я в курсе, — “зверь” в лице моего босса чует запах страха и следует за ним.

Прижимаюсь спиной к холодной черно-белой плитке. Пытаюсь слиться с ней, но, естественно, ничего не получается. “Зверь” быстро настигает меня, упирается локтем выше моей головы, нависает.

Чувствую, как разлетаются волосы от горячего дыхания, аромат хвои с табаком становится сильнее. Дыхание учащается, стук сердце отдается в кончиках пальцев. Поднимаю взгляд и теряюсь в зеленых омутах, которые таят в себе жажду расправы и… обещание.

— Расскажешь мне, чего ты хочешь? — произносит босс тихо, проникновенного.

От его хриплого голоса у меня волоски на руках становятся дыбом, внизу живота начинает затягиваться узел. Первый порыв — схватить босса за полы пиджака и впиться в его твердые губы зубами, потом зализать укус и проникнуть языком в жаркий рот, но одергиваю себя.

— Я… — не отвожу глаз, — не знаю, — сдуваюсь, потому что, правда, не понимаю, что со мной происходит. Сумбур из чувств не дает здраво мыслить. Кажется, я вот-вот взорвусь от переполняющих меня эмоций. Грудь сдавливает. Сердцебиение, наоборот, ускоряется. Каждый вздох причиняет боль.