Его искушение (СИ) - Майер Кристина

— Надень рубаху, она удлиненная, прикроет половину бедер, будет смотреться вообще шикарно, — заверяет меня. — Мне бы твои проблемы, я бы тоже закусывала вино сыром, а не пучком зелени, — притворно вздохнув, отламывает кусочек пармезана и сует его в рот, выражая тем самым протест своей вечной диете.

— Не прибедняйся, у тебя отличная фигура, — совершенно искренне делаю ей комплимент, от которого подруга отмахивается.

— Ну вот! — взмахнув рукой, словно дирижер, обводит мой комплект довольным взглядом. — Как я и говорила.

— Ну вот что? Ты видишь это декольте? — указываю пальцами на глубокий вырез на груди. Крайняя пуговица находится в ложбинке. Крой верха приподнимает грудь, и два полушария выглядят так, будто их преподнесли на блюдечке.

— Посмотри в зеркало, там все прилично, — не уступает подруга, выставляя перед собой ладонь, требуя помолчать и послушать. — Твой взгляд падает на грудь, когда ты опускаешь голову, мне отсюда ничего не видно, — заверяет она.

— Это потому, что ты сидишь, — прикусываю язык, чтобы не брякнуть, насколько Кайсынов выше меня. Ему и голову опускать не надо, чтобы все-все рассмотреть. Представив эту картину, ощущаю, как по коже бегут мурашки, стекаются где-то в области живота.

К щекам притекает жар. Ругаю себя за фривольные мысли. Зачем ему заглядывать в мое декольте?

— Ткань дышащая, мягкая? Крой удобный? — допрашивает меня, но отвечает на все вопросы сама: — Это главное!

Топаю к зеркалу, что находится на двери шкафа в прихожей. Если смотреть со стороны, то действительно не так вульгарно, как я представляла. Оставляем?

Оставляем!

Может, Ленка и права, костюм и правда удобный, на теле почти не ощущается. А Кайсынов…

Как только наладим график, практически не будем пересекаться!

— Ну? — спрашивает подруга, когда я возвращаюсь на кухню.

— Оставляю, — сдаюсь под ее радостный возглас.

— Давай платье посмотрим, — загораются глаза Лены. Достаю из второго чехла платье, передник. Даже прикладывать к себе не надо, видно, что короткое. Выгнув брови молчаливо, но с претензией, смотрю на подругу.

— Надевай уже, — не тушуется Лена от моего взгляда. — Вау! — выдает она, рассматривая меня не совсем трезвым, чуть поплывшим взглядом. Только этим можно объяснить ее восторг. — С твоей фигурой что ни надень, все как на модели смотреться будет, — с восхищением и легким оттенком зависти. А я вот не уверена в «вау-эффекте», платье явно короткое. Я и без зеркала вижу, что оно на полторы ладони выше колена.

— Оно короткое, — озвучиваю свои опасения, оттягивая подол вниз, но ткань, несмотря на свою мягкость, не поддается.

— Идеально сидит, не придумывай, — упирается подруга. А я, чтобы не спорить, надеваю балетки и возвращаюсь к зеркалу.

— Как кукла из секс-шопа, — рассматривая себя, выдаю вслух. — Если каблуки надеть, то и на сцене возле шеста можно крутить задницей. Или на вызовы ездить в образе развратной горничной, — несет мою фантазию. Почти распитая на двоих бутылка вина только усугубляет сей процесс. — Лена, как я в этом буду работать?

— Ты равняешься на прежний стиль в одежде, но ты теперь не училка и можешь носить все что угодно, — изрекает Лена. — Платье всего лишь чуть выше колена, Ир. Смотрится классно.

— На ткани они, гады, экономят, а цены — как в ЦУМе, — продолжаю сокрушаться. Слова подруги не убедили меня. — Я в этом даже нагнуться не смогу, — демонстрирую, как быстро задирается подол, стоит только немного наклониться.

— Уборкой занимайся в костюме, а в платье готовь, — не теряется Ленка. У неё на все есть ответ. Ей нужно было в адвокаты идти. — Ир, ну что ты придираешься? — обижается Лена. — Обычное платье с нормальной длиной. Я тебе лучшее выбрала, между прочим.

— Ты бы так в офисе появилась? — спрашиваю, поджимая губы.

Я не хочу обижать подругу. Она действительно делает очень много для меня, но после произошедшего в семье я словно потеряла опору под ногами. Одна, на улице, без денег, без защиты, без работы. Подсознательно, наверное, жду удара, предательства.

— У нас ходят и в более коротких юбках, но длина выше колен, конечно же, не приветствуется, — складывая руки на груди, приваливается Лена плечом к стене.

— Во-о-о-о-от, — тяну я, но уже без наезда на подругу.

Возвращать она униформу не хочет, а значит, осталось смириться и носить. Можно ведь и без платья, брючного костюма вполне хватит. Правда, что я раскапризничалась?

— Так то офи-и-и-ис, — зеркалит подруга. — Ладно, пойдем ещё выпьем, — предлагает она, отлипая от стены.

— А это дом одинокого мужчины, решит ещё, что я его соблазнить хочу, — доходя до кухни, принимаюсь складывать в чехол униформу.

— С чего это вдруг Сергей решит, что ты его соблазнить хочешь? Вы с ним практически не пересекаетесь, — произносит она, пытливо глядя в мои глаза. И что мне ответить? Признаться, что я ему каждый день мозолю глаза?

— Ты права, — соглашаюсь, чтобы соскочить с зыбкой темы.

— Ты одна в доме, хоть в купальнике убирай.

— Ага! Ещё голой предложи. А если охрана увидит? Или Кайсынов неожиданно вернется? — Ленка берет со стола бутылку, смотрит на просвет.

— А почему нет? — спрашивает она, поднимая на меня насмешливый взгляд, подмигивает.

— Кому-то больше не стоит наливать, — отвечаю на шутку. Она ведь пошутила?

— Нечего наливать, — тяжко вздыхает, выбрасывая бутылку в мусорное ведро. В этот момент из динамика телефона льется новый трек, который последний месяц разрывает музыкальные чарты. Прибавив громкость, Лена начинает танцевать. Мои уставшие ноги против воли тоже пританцовывают, пока я снимаю с себя платье и передник. Остаюсь в белье и балетках. Тянусь за вешалкой и чехлом. По ногам ударяет холодный ветер. Кошусь на форточку, окна закрыты. Надевая на плечики платье, чувствую, как меняется атмосфера в кухне. Резко, непередаваемо, будто все нервные рецепторы разом перешли в оборону. Только кто собрался на нас нападать? В грудь ударяет тяжелой энергетикой. Вскинув взгляд к проему двери, роняю на пол вешалку с платьем…

Глава 24

Сергей

Ужин ещё горячий. На нервах съедаю все, что Ира оставила в контейнерах. Вкусно! Все, что она готовит, — нереально вкусно. Она и сама очень вкусная. Аромат ее тела сносит крышу. Ее мимика, плавные движения — все вкусно. Всю ее попробовать хочу. Дикое запретное желание, что каждый миг разрывает в ошметки мой контроль.

Злюсь, что не моя. Ревную к мужу! Пздц просто! Стаса чуть с работы не погнал за то, что свои «фаберже» решил подкатить к Ирине. Эмоции через край, как у пацана. Стоит подумать о ней, у меня стояк. Тут или забирать, наплевав на принципы, или ссылать ее в другой город, а лучше — страну. Хотя не уверен, что не сорвусь. Избавлю от мужа и сделаю своей. Эта мысль все прочнее укореняется в моей голове.

Будь там все в порядке, она бы не жила в моем доме! Таких девочек баловать надо, заботиться о них, а не позволять работать на чужого дядю, который голоден до нее.

Приняв душ, спускаюсь на кухню, завариваю чашку крепкого кофе. На столе тарелка со свежими эклерами. Ем, не ощущая вкуса. Мысли темным роем кружат вокруг Ирины. Хочу ее в свою постель! В свою жизнь! Хочу слышать ее стоны под собой…

Бл*дь!

Закурив сигарету, выхожу на террасу. Взгляд падает в сторону служебного домика и не отлипает от него, пока пальцы не обжигает догоревший до фильтра уголек. Растерев лицо ладонью, принимаю решение свалить на хрен из дома. Будто чувствуя мое состояние, в кармане штанов вибрирует телефон. Громкая трель разрывает вечернюю тишину.

— Привет, Лиля, — здороваюсь с женщиной, с которой периодически провожу совместные ночи, когда тело требует разрядки.

— Добрый вечер, Сергей! — томно тянет слоги. — Как смотришь на то, чтобы вместе поужинать? — спрашивает она, а между строк красными буквами — давно не трахались.

Лиля не единственная, с кем я могу снять напряжение, она в курсе и возражений не имеет. Шесть лет в разводе, растит одна двоих детей. Бывший муж напрочь отбил желание ещё раз вступать в брак или заводить серьёзные, обязывающие к чему-либо отношения.