Скрипка. Будь моей (СИ) - Хеппи Катя

“Минута славы или почему парней из “Dangerous” так быстро разбирают”.

Белова ловко раскручивала группу, но вот все свое профессиональное мастерство ей в полной мере удалось показать на наших фиктивных отношениях. Фанаты просто верещали от смазливости нашей истории.

- Гостиница “Мандарин”. Можешь бросить там свой автомобиль?

- Зачем?

А затем…

Уже на другой день фото моего приметного спорткара мелькало в новостной ленте с припиской “на фамилию Дементьева заказан номер в отеле”.

Или она отсылала мне фото шикарного букета с припиской:

- Закинь себе в сторис.

Наш роман был безумно бурным в виртуальном пространстве, но вот в реальной жизни я Энн мог не видеть по несколько дней. А остаться с ней наедине так вообще невыполнимая задача.

- Все свободны. Спасибо большое за работу, - прощается со всеми она, а я замираю, провожая взглядом парней и надеясь остаться вдвоём с Энн. - Тош, задержись, пожалуйста…

Бесячая зараза.

Снова вздумала обойти меня на повороте.

И как же мне было чертовски страшно возвращаться в свою пустую квартиру, потому что меня снова пытали кошмары, в которых все чаще и чаще я не ненавидел Скрипку, не гнал её от себя, а просил быть моей.

Конечно, я мог организовать себе лечебную микстуру. Виски с колой или драка с Тигром. И не спрашивайте, почему я единственный, кто до сих пор не нашел общий язык с новым участником группы. Только меня одного бесит этот двуликий Янус, который только говорит, что не заинтересован в Скрипке, но в действительности каждый раз находится максимально близко к ней и заставляет её улыбаться. Я знаю его и знаю, чем заканчивается его “дружба” с девушками.

Какого хрена я думаю об этом?

Причина однозначно не в наших фиктивных отношениях, которые Скрипка называет взаимовыгодным сотрудничеством.

Тогда в чем?

Мне же должно быть насрать…

Мне однозначно насрать… Только с какого перепуга я снова разбил костяшки в кровь да ещё и об капот своей любимой машины.

- Анька, ты вообще спишь? - интересуется Барс на стояке офиса, куда они спустились с Беловой через несколько минут после меня. - Потому что если ты собираешься сегодня сделать все, о чем мы говорили, то времени на сон не останется.

- Мне хватает пары часов… - бормочет она, а я вспоминаю её воспаленные уставшие глаза и темные круги под ними.

- Ань, снова кошмары о пожаре?

- После смерти отца они стали более реалистичные и не такими путанными, как в детстве.

- Ань, нельзя из-за этого не спать. Может попробовать снотворное.

- Нет, - такое пронзительное, что мне хочется выбежать из своего укрытия и успокоить Скрипку. - Я уже пробовала. Год только и делала, что спала и увеличивала дозу, но больше не хочу существовать как овощ. Уж лучше боль, бессонница и кошмары. Но я хоть чувствую, что живая…

Они замолчали оба, а я словно стал на шаткий мостик, который тошнотворно раскачивал меня из стороны в сторону.

Ведь как бы я радужно ни представлял жизнь Энн с Дементьевым, я раз за разом спотыкался о то, что коверкало эту картинку: ее интервью журналистам, горькая правда о ее первой брачной ночи, сейчас эти неоднозначные туманные фразы.

Все они организовывали траурную панихиду моей ненависти. Я, конечно, мог бить себя в грудь и орать, что мне было ещё хуже, что Белова сама выбрала этот путь.

Но спасло бы меня это…

Я уже не знаю.

Потому что все чаще и чаще я ловил себя на мысли, что готов задушить свою гордость, лишь бы быть счастливым. Но все ещё надеялся, что моё счастье не в Скрипке.

- Белова, - окликнул её. - Мне нужно срочно съездить кое-куда. Дорога может занять несколько часов. Поэтому мне нужен водитель. А у тебя как раз бессонница…

- Чернов… - оскалилась она, явно недовольная моим предложением.

- Мне нужно на семейную ферму, - перебил её я, надеясь, что это место значит для неё то же что и для меня.

- Только на твоей машине. Моя боюсь, что может не доехать…

- Ок, - скрывая радость, отбиваю я. - Первым веду я. Обратный путь ты, а я сплю.

Замираю у водительской двери, ожидая ее.

Целых три часа вдвоем и столько же обратно. Эта мысль будоражит меня, стирает всякую отстраненность, заставляет видеть возможность для реализации моих тайных желаний…

Глава 22

Дан

Энн, конечно же, устраивается на заднем сидении, но в данной ситуации я рад этому. Хочется для неё немного тишины и спокойствия, а не моих бесконтрольных нападок.

Лишь трогаемся, включаю музыку и приказываю себе не пялиться на неё даже в зеркало заднего вида, позволить ей расслабиться и уснуть. На выезде из города осознаю, что меня больше не жжёт её взгляд, отворачиваюсь и убеждаюсь, что Энн спит. Сбавляю скорость и неспешно веду машину, погружаясь в мысли, которые наверно уже в тысячный раз по кругу гоняю в своей голове.

Если она пришла в “Dangerous” ради меня, тогда почему больше не пытается вернуть меня?

Почему не уходит, если поняла, что я не приму её обратно?

Сколько времени она ещё будет работать с “Опасными” и на сколько времени хватит моей ненависти?

Надеюсь продержаться подольше, чтобы она по максимуму ощутила боль и разочарование…

Только вот главный вопрос, что будет, если она не уйдёт из “Опасных”, а моя ненависть к ней остынет.

Ведь однозначно остынет…

Уже и так не пылает тем всепоглощающим костром, который был в самом начале. Раньше я устроил бы ей бесконечную выматывающую бессонницу, а не искал возможность продлить путь, а заодно и ее сон.

Загоняя тачку на участок, осторожно паркуюсь и, немного помедлив, тихо выхожу на улицу. Отхожу на десяток метров и останавливаюсь, не понимая, что делать и куда идти дальше.

В дом не хочу.

Он хранит воспоминания нашей любви, а я не хочу их воскрешать в памяти, но и впускать в этот дом что-то другое не хочу.

Пусть там останется моя маленькая бесячая выскочка…

За прошедшие два года часто приезжал сюда, но ни разу не открыл дверь. Гулял по запущенному саду, двору, вспоминал родителей, детство, но ощущал лишь сквозняк от пустоты и одиночества. Бесился, виня в этом Скрипку, и возвращался в Москву, в клубы и рестораны, где было полно людей и веселья. Но там накрывало ещё больше, потому что вся эта толпа не грела мою душу, только какая-нибудь фанаточка тело.

Оборачиваюсь на машину и вижу, как Скрипка начинает возиться на заднем, а потом и вообще выходит ко мне.

Трёт глаза, сладко потягивается, даже улыбается в тусклом свете фар. А я в который раз поражаюсь, как я мог влюбиться в неё.

В вот такую…

Без косметики. Совершенно неженственную. Скорее похожую на девочку-подростка, создающую проблемы родителям, чем на девушку, из-за которой парни теряют голову.

- Я даже не заметила, как уснула… - сонно бормочет, подходя ко мне. - Мы давно приехали? Почему не разбудил?

- Только что, - вру я. - Я собирался взять кое-какие вещи дома и вернувшись отправить тебя за руль.

Энн кивает, а я отправляюсь черт знает за чем к дому. Открываю дверь только потому, что ей так сказал.

- Дан, можно мне войти? - шпарит мощно от её просьбы, пробивает горячими разрядами.

- Зачем?

- Мне очень нравилось здесь. Словно это был и мой родной дом.

Чувствую, как земля уходит из-под ног, как захватывает желанием поверить ей, довериться.

Разворачиваюсь и прямиком двигаюсь к ней. Хочу видеть её глаза. Хочу понять, что заставляет меня снова вестись на её слова. Ведь прощать, так не похоже на меня.

- Дан, мне кажется, это правильное место, чтобы поговорить… - говорит робко, а я задавливаю все чувства, которые хлынули, как вода из гейзера. - Я уже не жду, что мы будем вместе или что ты хотя бы простишь меня. Я просто знаю, что нам обоим станет легче, если я смогу объяснить тебе свой поступок. Дан, я действительно очень любила тебя и не хотела уезжать…