Жмурки - Макей Марика

– Справился, – нахмурилась Лари. – Но как? Откуда ты?..

– А это наш с Алекс небольшой секрет, – снова ухмыльнулся он. – Только она может понять, за что я это сделал.

– Сделал что? – удивилась я.

– Это, – повторил Вик, вытаскивая из-за спины руку с пластиковым стаканом и выливая его содержимое мне на голову.

По волосам разлился клубничный коктейль с приторным запахом. Струи сладкого молока тут же попали в глаза и рот, побежали за ворот рубашки. Я отшатнулась от Вика, с ужасом глядя на него и пытаясь стереть с лица остатки коктейля. Лари громко ахнула. Крис и Мёрфи замерли в ожидании. Казалось, поступок Вика шокировал их не меньше, чем нас с Лари. Ухмылка сошла с лица Виктора Блэра, он посмотрел на меня полным жгучей ненависти взглядом.

– С началом учебного года, Алекс! – сказал он, скомкав стакан и отшвырнув его в сторону. – Ты пожалеешь, что сюда вернулась.

Глава 1. Месть Виктора Блэра

В туалете Лари вытирала мои волосы влажным полотенцем, пытаясь избавить их от запаха и липкости молочного коктейля с клубничным сиропом, а я силилась успокоиться и перестать лить слезы. Одежда и прическа были испорчены.

– Хорошо, что этот придурок пил молочный коктейль, а не пиво или, скажем, вино… его вообще отстирать сложно.

Подруга ободряюще похлопала меня по плечу, еще раз погладила по мокрым волосам и обняла. Хорошо, что она всегда рядом.

Мы с Лари познакомились на первом курсе колледжа. Нас поселили вместе в общежитии. Оказалось, что обе поступили на один и тот же факультет – журналистики. Мы, как по волшебству, любили одни и те же фильмы, книги, музыку и даже еду предпочитали одинаковую. Только вкусы в одежде совсем уж разнились, но во всем остальном полностью совпадали. Поэтому, наверное, сблизились настолько сильно. Я любила Лари, а она, уверена, любила меня.

– Расскажешь, что там произошло? То есть зачем Блэр это сделал и откуда вообще он тебя знает?

– Наверное, это такая месть, – буркнула я. – Мы познакомились на летних каникулах, и я… кажется, я его подставила.

– Кажется? – Лари удивленно вскинула брови. – Что значит – кажется? Так подставила или все же нет?

– Подставила. – Я виновато опустила глаза.

Мы замолчали. В голове вихрем проносились события минувшего лета, воспоминания о Вике, первый разговор и как я с ним поступила.

– Ну и что ты сделала?

Говорить об этом не хотелось. Совсем. Я не гордилась своим поступком, часто ругала себя за то, что сделала, хоть и считала, что не случилось ничего предосудительного. Вик в итоге даже не пострадал.

– Ничего такого, – поморщилась я, но продолжила: – Была обычная тусовка в его доме, мы просто веселились. Кто-то вызвал копов… Они и без меня бы выяснили, кто затеял вечеринку! Это же дом Вика!

– Боже, Лекси! Ты сдала его копам?!

– Не сдавала! Сказала только, что дом принадлежит Виктору Блэру и что я никакого отношения ко всему этому не имею. Черт! Я была пьяной… не знаю, что еще могла им наговорить. Наверняка сказала что-то лишнее.

– Там все было лишним, могла бы и промолчать, – отмахнулась Лари. – Ты не рассказывала мне про тусовки в доме Вика.

– Тусовку, Лари. Это была одна тусовка…

– Какая разница? У нас ведь нет друг от друга секретов…

Я поджала губы, не зная, что на это ответить. У меня от Лари секреты были, и тусовка в доме Виктора Блэра не самый страшный из них.

– Мне нужно зайти в общежитие и переодеться, – меняя тему, тихо сказала я. – Ты иди на лекцию, а то все пропустишь из-за меня.

– Ладно, – кивнула Лари.

Я заметила грусть в ее глазах, но не была готова поделиться абсолютно всем. Подруга вышла из женского туалета первой. Я засеменила следом, чувствуя себя максимально паршиво.

На основах журналистской деятельности половину лекции проторчали без преподавателя. Миссис Льюис любила отлынивать от работы. Бывшая журналистка, которую уволили из-за того, что она сунула нос не в свое дело, не упускала возможности показать равнодушное отношение к новой работе и студентам. Я понимала ее ненависть к преподаванию, но осуждала за то, что из-за личных проблем страдали мы. Когда она все же присутствовала на занятиях, вместо информации по предмету на нас выливались воспоминания миссис Льюис о былых временах.

– Не завидую, – буркнула я, слушая очередной рассказ маленькой худощавой женщины. – Какая скучная у нее, наверное, жизнь, раз она совершает такие заплывы в прошлое.

– Да забей, – отозвалась Лари, – лучше скажи, что наденешь на вечеринку?

– Черт! Я и забыла об этой дурацкой традиции… Может, не пойдем? В прошлый раз Эрика Грина стошнило прямо на мое платье.

– Это было эпично, – хрюкнула от смеха подруга. – Но не пойти мы не можем! Когда выпустимся, не простим себя за то, что пропускали в колледже самое интересное.

– Уговорила. Я знаю, что ты еще не начинала этого делать, но заранее соглашаюсь, потому что не хочу слушать твое нытье.

– Как здорово, что мы понимаем друг друга с полуслова.

Пихнув друг друга в бока, мы посмеялись. Меня немного вывел из равновесия сегодняшний поступок Вика, но это ведь не значит, что я должна забиться в угол, боясь снова нарваться на этого идиота. Он поступил подло, унизил меня, но и мой поступок был из ряда вон… Сейчас хотя бы можно считать, что мы квиты.

– Обедаем как обычно? – спросила Лари.

– Я захватила сэндвичи с тунцом. Папа снова включил режим повара. Ноа свалил, как только понял, что грядет… Надо съесть их в первую очередь, а то запах из сумки невыносимый!

– Твой младший брат сообразительней некоторых… Решила меня отравить?

– Да перестань! Возьмем по кофе и разделаемся с ними… папа старался.

– Пошли уже, хорошая дочка, лекция закончилась! Прикончим твои сэндвичи, пусть они достойно уйдут из этого мира.

– Фу-у-у, – рассмеялась я.

Мы сидели на залитой солнцем лужайке и уплетали ломтики хлеба, намазанные смесью из тунца и майонеза. На самом деле сэндвичи оказались вполне сносными, и я мысленно поблагодарила папу, что не угробил меня и Лари своей стряпней в первый учебный день.

– Много ума не надо, чтобы сделать такую закуску, странно, что ты так переживала.

– Однажды папа готовил пирог и забыл внутри вилку, Ноа чуть все зубы не переломал. А еще он как-то раз решил законсервировать джем – кто вообще в двадцать первом веке консервирует джем? – так вот после фразы «Лекси, попробуй на соль» я вообще сомневаюсь, что готовка его конек.

– У тебя классный отец, до сих пор завтраки готовит. – Лари повертела сэндвич в руках. – Но хорошо, что в основном ты обитаешь в общежитии, пусть Ноа отдувается за вас обоих.

– Это точно.

По спине вдруг пробежал холодок. Сначала я почувствовала чье-то присутствие сзади, а следом увидела тени на траве. Повернувшись, удивилась. Над нами с Лари возвышались девочки из группы поддержки в коротких красно-черных топах и юбках, красивые, подтянутые и невероятно злые…

– Чего уставились? – нахмурилась Лари. – Сбился внутренний компас и вы не можете пройти мимо нас на другую лужайку?

– Придержи язык, фриковая стерва, – скрестив руки на груди, бросила Меган Филипс, самопровозглашенная королева чирлидеров. – Мы пришли не к тебе, а вот к этой.

Под «вот этой» Меган подразумевала меня. Я напрягалась всем телом: от болельщиц исходила не самая доброжелательная аура. Осторожно поднялась на ноги, окинув взглядом каждую девушку по очереди.

– И чего вам от меня надо?

– Я хочу преподать тебе урок, шлюха! – крикнула Меган и вцепилась мне в волосы.

Хватка девушки напоминала какие-нибудь стальные пыточные тиски. Не то чтобы мне приходилось испытывать подобные тиски на себе, но в ту секунду в голову пришла именно эта ассоциация. Наманикюренные и остро наточенные коготки Меган вонзились в кожу головы с такой силой, что казалось, вот-вот доберутся до мозга. Она все сильнее тянула меня за волосы. Из моих глаз брызнули слезы.