Развод. Я тебя не отпускал - Голд Лена

Мама выплывает… Именно выплывает из гостиной при полном параде. И только не хватает, чтобы руку мне протянула для поцелуя.

— Арина, что за вид? — без приветствия она качает головой с укоризной. — Спортивная одежда хороша для фитнеса. И кроссовки… Это моветон.

Ага, и мой брак с Макаром тоже моветон. Странно, что она это не добавила. Но ведь именно благодаря моему мужу бизнес отца и процветает. И это Макар успевает на два фронта работать, потому что управление его собственной фирмой никто не отменял. И можно бы было найти хороших работников, чтобы сбросить с себя нагрузку, но муж любит сам держать руку на пульсе. Я, не задумываясь, отдала управление своей долей ему, потому что доверяю Макару. И мое доверие он ни разу не подвёл.

— Ты на такси? — удивляется Василиса, глядя в окно. — А что с машиной? Сломалась?

— Все в порядке с машиной, — отмахиваюсь, понимая, что сестрица начинает напоминать мне назойливую муху.

— А, наверное, муж за тобой приедет, — сестра произносит это таким тоном, словно за мной должен приехать какой-нибудь матерый уголовник, которого, конечно, не одобрит ни одна семья.

Для гормонов и перепадов настроения, если верить всему, что я читала о беременности, ещё рано, но слова Васи вызывают глухое раздражение, а потом — почти отвращение.

— Принесите нам кофе, — командует мама своей новой помощнице, которые меняются у нее с завидным постоянством.

Молчание… Но оно такое тягостное, в воздухе будто витает что-то липкое и неприятное. Оседает на коже, причиняя дискомфорт, что хочется отмыться в кипятке со скрабом.

— Итак, — начинаю я, — судя по всему, говорить мы будем не о погоде и не о здоровье.

— Как всегда, — закатывает глаза Василиса, — с места в карьер. Может, мы просто по тебе соскучились.

А вот это маловероятно. Обычно тандем сестры и матери не сулит ничего хорошего для моей нервной системы. Сейчас же мне стоит себя поберечь, поэтому пора с этим заканчивать.

Мама с видом королевы берет с подноса чашку и делает глоток. Вася точь-в-точь повторяет ее действие. Сестра всегда хотела быть похожей на мою мать, поэтому и копирует ее. Хотя сейчас изменила прическу, одевается по-другому, но повадки моей мамы, которая воспитывала дочь сестры с тринадцати лет, никуда не делись.

— А в тебе как будто что-то изменилось, — замечает Василиса, глядя так, словно собирается меня просканировать до внутренних органов.

— Да, Арина, — подхватывает мама.

— Все как обычно, — пожимаю плечами.

Как я и планировала, первому расскажу Макару. Если Ларису Васильевну обрадовать сейчас новостью, что она станет бабушкой, то, боюсь, родительница подавится кофе.

— Женщины все чувствуют, хоть и не хотят осознавать, — с видом человека, познавшего эту жизнь, говорит Вася и горько вздыхает. — Часто Макар задерживаться стал? Наверняка на работу ссылается. Только вот в офисе он появляется несколько раз в неделю. Да и шепчутся там…

— Если ты помнишь, то у него не один офис, — отставляю чашку, так и не притронувшись к напитку. — И если вы меня позвали, чтобы снова очернять моего мужа, то я, пожалуй, пойду. Давайте эту тему закроем раз и навсегда. Вам самим-то не надоело? — спрашиваю с раздражением.

Василиса поджимает губы, мама прищуривается. А я уже упираюсь руками в подлокотники кресла, чтобы подняться.

Вот почему им неймётся и по прошествии времени? Занялась бы Вася своей личной жизнью, прежде чем лезть в мою.

— Арина! — строгий голос мамы разносится по гостиной и заставляет меня вопросительно выгнуть бровь. — Ты, дочь, послушай меня, если не хочешь слушать сестру. Мы тебе зла не желаем, но Василиса своими глазами видела твоего… хм, мужа с другой женщиной. Зачем ей лгать? Зачем придумывать такое?

Глава 2

Сама бы я хотела знать ответ на эти вопросы. В принципе, это нелогично. Я вообще не понимаю, почему они обе так категорично настроены. Даже если и видела Вася Макара, то он мог встречаться с клиенткой или ещё с кем. Сотрудников женского пола у него хватает. Тем более Василиса всегда так хорошо дружила с моим мужем, правда, до того, как мы поженились. У них была одна компания, много общих знакомых. Потом студенческие годы закончились, как и веселье, вот жизнь всех и развела. Но я к тому времени уже встречалась с Макаром, соответственно, и с Васей он продолжил общение, пусть и не так, как раньше.

Ответить маме я не успеваю. Мне приходит сообщение от мужа, что он освободился раньше, через десять минут может подъехать. Я отвечаю короткое «»ок«», понимая, что дома ничего не готово. Наверное, придется пообедать в ресторане или кафе, а уже вечером…

— А вот давай сейчас Макар приедет, мы у него спросим. Отпираться будет бессмысленно, — не даёт сестра быстренько подкорректировать мой план и даже смотрит с каким-то победным злорадством.

— Как ты переживаешь, чтобы я с рогами не ходила, — усмехаюсь, но ее вид все равно что-то задевает внутри.

Я верю Макару, он ни разу не дал повода усомниться в себе, хотя столько сейчас историй, как неверные супруги могут быть изобретательны.

Нет, я не должна сомневаться в своем муже. Маме Макар никогда не нравился, и да, она пыталась на меня давить. Но если раньше я ещё могла где-то промолчать, не спорить, сделать видимость, что согласна, а потом все равно делала по-своему, с Макаром я проявила настойчивость. И меня не трогали ни показательные выступления с хватанием за сердце, ни запах лекарств на весь дом. Это моя жизнь, и только мне решить, как ее прожить. Пусть с ошибками, пусть с разбитым сердцем, а может, наоборот, буду самой счастливой. Выбор мой. И все же матери пришлось смириться. Или хотя бы сделать вид, что смирилась.

И я ни разу не пожалела о своем выборе. Макар стал прекрасным мужем. Уверена, он будет прекрасным отцом. С моей матерью они сохраняют холодный нейтралитет, но долго в одном помещении стараются не находиться.

— Конечно, переживаю, — у Василисы даже глаза загораются, наверное, в преддверии грандиозных разборок.

Только вот тут она ошибается. Может, кто-то скажет, что у нас с Макаром любви нет, если не мы не ссоримся, но я всегда старалась говорить спокойно. Как и муж. Любую проблему можно решить без криков и оскорблений. Есть и поговорить — вот выход. И сейчас я скандалить тоже не собираюсь.

— Ты была очень выгодной для него партией, — мама говорит все так же холодно. — Если ты отключишь эмоции и включишь голову, то поймёшь это.

Вот она так точно умеет отключать эмоции. Я только одного не понимаю… Неужели она не видит, что я счастлива? Ладно Вася… Сестра может себе придумать то, чего нет. Но мама! Она же моя мать. Я вот своего ребенка уже люблю, хотя он ещё не родился.

— А вон и Макар приехал, — Василиса почти прилипает к окну, и снова на ее лице появляется эта улыбка.

Нет, сегодняшний разговор совершенно не похож на предыдущие. Как будто… будто присутствует ожидание чего-то.

— Думаю, мы с ним поговорим наедине, — наконец поднимаюсь. — Это семейное дело.

— А мы для тебя кто? — с обидой произносит сестра и преграждает мне путь.

— Ты сегодня головой нигде не ударилась? — уже не выдерживаю я. — Вась, какого черта ты творишь?

Домработница уже успела впустить Макара. Он останавливается на пороге гостиной и старается оценить обстановку. Да здесь и слов не надо — все витает в помещении.

Мне кажется, сейчас Василиса начнет обнюхивать Макара на предмет запаха женского парфюма, а потом ещё и воротник проверит на следы помады.

— Здравствуй, Макар, — мама лишь кивает, наблюдая за развернувшейся сценой.

— Мы поедем, пока вы не пожалели обо всем, что хотите сказать, — обхожу сестру и беру мужа за руку.

Вася морщится, глядя на нас, и поза у нее воинственная, сейчас она не намерена отступать. Супруг понимает, что обстановка накалена, и хочет узнать причину.

— Что происходит, Арина? — спрашивает Макар, изучая меня пристальным взглядом.

— Моя сестра говорит, что видела тебя с другой. Это правда? Ты мне изменяешь? — говорю ровно, уверенная, что это глупость и очередная блажь.