Глава 33 Виктория
— Я всё-таки купила батут младшему, — сообщает Лена.
— Угу.
— Старший наказан. Ещё думаю, достоин ли подарка.
— Угу.
— А ещё вчера прилетали инопланетяне, — продолжает она тем же ровным, будничным тоном, каким сообщают, что закончился хлеб. — Пили чай. Сказали, что во вселенной кроме нас никого нет. Очень вежливые ребята, кстати.
— Угу.
Пауза.
— Стоп… что?
Лена прищуривается.
— Я просто проверила, слушаешь ты меня вообще или нет.
Я понимаю — не слушаю. Вообще. Я где-то летаю. На розовых облаках. Бабочки-драконы несут меня в неведомые края. Кажется, я схожу с ума.
Я почти ничего не съела. Потому что если я ещё и есть начну, меня точно разорвёт. Он — источник моего внутреннего электричества. Я зависима.Официально.
Как по заказу, Платон заходит за кофе. Идёт к стойке. На нас не смотрит.
Новое пальто. Глубокий зелёный. Джентльмен из Англии. Я всегда сходила с ума по английским актёрам. Господи, что за сумбур у меня в голове.
Он берёт кофе. Почти проходит мимо. Я уже думаю, что он не заметил нас. Но вдруг резко останавливается. Поднимает взгляд, коротко кивает Лене. Переводит взгляд на меня. Улыбается. Мгновение — и я улыбаюсь в ответ, как школьница. Уши горят.
Он кладёт что-то на стол рядом с моей чашкой. Подмигивает и уходит.
Я опускаю взгляд — на столе лежит шоколадка в форме сердечка. Моё лицо моментально пылает.
Лена сидит с открытым ртом. Смотрит сначала на меня, потом на шоколадку.
— Это что сейчас было?
Я молчу.
— Только не говори, что ты спишь с ним?
Я кашляю.
— Немного сплю.
— Что значит «немного»?!
— Ну… не постоянно, — бормочу я, и мне хочется спрятаться под стол.
— Ты просто секси мамаша. Как ты его охмурила?
Я пожимаю плечами.
— Понятия не имею. Само как-то… получилось.
Лена хохочет. Я выдыхаю.
— Я счастлива, Лен.
Слова сами вылетают. Рассказываю коротко. Что видимся. Что Стёпа знаком с ним. Что всё… не по плану.
— Значит так, — Лена смотрит на меня так, будто сейчас будет разрабатывать план захвата. — На корпоративе ты должна быть убийственной. Платье выбрала?
— Красное, — говорю я и протягиваю ей телефон.
Лена смотрит на экран.
— Мм. Выглядит скучновато.
— Серьёзно? — я забираю телефон, листаю. — Подожди.
Показываю следующую фотографию.
— Вот.
Лена зависает на секунду.
— О-о-о… — протягивает она. — Вот это сюрприз.
Я улыбаюсь.
— Спина полностью голая.
— И задница… — Лена оценивающе кивает. — Зачёт, Вик. Честно. — Платон забудет, как его зовут. Гарантирую.
— На это и расчёт, — спокойно отвечаю я, хотя у меня поджимаются пальцы на ногах от одной мысли.
Она показывает своё платье. Мы смеёмся. Идём обратно в офис.
В два Платон уезжает на объект. Проходит мимо:
— Скоро вернусь. Скучай.
— Уже, — говорю я, не скрывая улыбки.
Работаю. Сосредоточенно.
В три открывается лифт. И у меня холодеет внутри.
Я узнаю её сразу. По фото из его квартиры.
Мама Платона.
Она идёт уверенно. Спокойно.
— Здравствуйте. Я Людмила.
Голос мягкий. Но взгляд — нет.
— Я подожду Платона в кабинете. Принесёте кофе?
Я киваю, стараясь не выдать, как нервничаю. Иду к кофе-машине, пытаясь держать себя в руках. Руки дрожат. Жду пока чашка наполнится и думаю: Как я вообще должна себя вести?
Волнение накатывает — неужели она сейчас всё поймёт? Ладно, я просто сотрудник, просто здесь работаю, как и все остальные. Он же ничего не рассказывал про нас. Если бы он сказал, он бы предупредил меня, так ведь? Это же очевидно.
Чёрт, что я вообще себе придумала?! Ну и ладно. Я всего лишь сотрудник. Просто принесу ей кофе и всё.
Мои руки наконец-то успокаиваются. Я улыбаюсь себе, принимая решение — не делать из этого драмы. Никаких историй. Просто кофе.
Стучусь, чуть замешкавшись, осторожно открываю дверь. Захожу тихо. Сама не знаю зачем.
Она сидит в его кресле.
— Вообще-то я знала, что Платона не будет, — говорит она спокойно. — Я приехала поговорить с вами.
Мои бабочки-драконы резко приземляются.
Что-то совсем не комментируете. Я расстраиваюсь) Как вам история?
Глава 34 Виктория
Я ставлю перед ней чашку - осторожно, без единого звука.
Сажусь рядом. Пальцы переплетаю на коленях и сжимаю. До боли. Так легче.
Она смотрит на меня долго. Изучающе. Без улыбки. В её глазах нет злости — только холодная уверенность.
— Ты встречаешься с моим сыном?
Голос спокойный. Будто речь идёт о погоде, а не о её сыне.
— Это Платон Олегович вам сказал? — спрашиваю я и чувствую, как жар поднимается от шеи к лицу. Вопрос вместо ответа. Моя единственная защита.
— Ты спишь с ним.
Не вопрос. Утверждение.
Она отворачивается к окну. За стеклом серый город, будто выцветший. Падает снег — медленно, без всякого желания.
— Я понимаю. Мой сын красив. — Она чуть улыбается. — А в твоей ситуации… подарок судьбы.
Поворачивается. Медленно — она знает, что я жду.
— Он молодой. Ему нужно испытать всё. Ты старше. С ребёнком. Экзотика.
Слово режет. Как тонкое лезвие.
— Вы даже нашли время заглянуть в мою жизнь? — огрызаюсь, прежде чем успеваю себя остановить.
Она слегка приподнимает бровь.
— Я просто хочу предупредить тебя. Не строй иллюзий. И не влюбляйся.
Опускаю взгляд. Тишина отвечает за меня.
— Уже, — тихо усмехается она. — Как предсказуемо.
Она читает меня. Как открытую книгу.
Встаёт. Каблуки мягко стучат по полу. Подходит ближе. Я смотрю на неё снизу вверх. Запах дорогих духов — холодный, чужой.
— Услышь меня. Я знаю, что лучше для него. Я навсегда останусь его матерью. Девушки и жёны будут меняться. Ты это понимаешь. У тебя уже есть опыт.
И уходит.
Дверь закрывается тихо. А внутри идёт трещина.
Я сижу ещё минуту. Или десять. Не знаю. На автомате беру её чашку. Мо́ю. Смотрю, как вода стекает по гладкой поверхности кружки. Как будто это меня смывает. Возвращаюсь к столу.
Звонит Фёдор Сергеевич.
— Виктория, отнесите документы на десятый этаж.
— Да, конечно.
Слышу себя со стороны. Иду к лифту. Нажимаю кнопку. Смотрю в отражение — там обычная женщина.
Брюнетка. Невысокая. Таких — сотни. И он может выбрать любую.
На десятом этаже захожу в туалет.
Щёлкает замок кабинки. И пружина выстреливает.
Сначала тихо. Потом резко.
Я рыдаю. Взахлёб. С икотой, как в детстве. Когда плачешь у мамы на коленях, и она гладит по волосам, и можно не сдерживаться. Только сейчас никто не гладит. Я сама себе мама, уже давно.
— Дура… — шепчу. — Какая же я дууура.
Как быстро я поверила в счастье. Как быстро расслабилась.
Его мама права. Он не знает, что такое моя жизнь. Я — просто временное увлечение. Яркое, необычное. Я — экзотика. Если бы мы встретились на улице — он бы прошёл мимо. Не заметил.
Плачу, пока слёзы не заканчиваются.
Потом умываюсь. Холодная вода щиплет кожу.
Дышу. Вдох. Выдох.
Собираю себя по частям.
Когда возвращаюсь, из лифта выходит он.
Платон.
Серьёзный. Занятой. Поглощён мыслями и делами, пока наши глаза не встречаются. В этот момент всё меняется. Он ничего не говорит. Но я чувствую. Всё, что он испытывает, направлено только ...на мне.
Чёрт. Он красив. Неприлично.
— Скучала?
— Угу.
Он смотрит на меня. Видит. Всё слишком точно. Читает меня. Так же, как она.
— Что случилось?
— Пальцем ноги ударилась. Сильно. Болит.
— Пойдем, — он берёт меня за руку, мягко.
