Бежать сейчас будет глупо?
Дамир скользит кончиком носа по моему виску, делает глубокий вдох и выдыхает его мне в шею, запуская по всему телу мурашки.
–Настя…
–Дамир Алексеевич… – вся вибрирую.
Я одновременно хочу и боюсь его обнять. И моя грудь вдруг становится такой чувствительной, что нижнее белье ощущается болезненным трением.
Настя, ты просто падшая женщина! Как можно так себя вести?! Вы друг другу чужие люди! Знакомы – всего ничего! Он твой начальник, а у тебя просто синдром…
Господи, как же он называется!?
Ага! Попробуйте объяснить это моим вибрирующим и тянущим бедрам.
Морозов медленно и крепко сжимает мою талию.
–Ответь на вопрос, – хрипит он. – Настя… девочка…
–Какой? – Хлопаю ресницами.
Главное не потянуться за поцелуями! Главное – не потянуться!
Поцелуй меня сам, пожалуйста…
–Ты мужа своего любишь? Хочешь к нему вернуться?
–Что? – Дергаюсь, как от пощечины. – Почему вы меня об этом спрашиваете?
Пытаюсь проморгаться, потому что на глаза неконтролируемо набегают слезы.
Резко становится прохладно, и я обхватываю себя крест на крест за плечи руками.
Морозов заправляет мне за ушко прядь волос.
Это он опять ко мне шоковую терапию применяет?! Издевается?
–До завтра подумай. И ответь мне. Ладно?
Резко делает шаг назад Дамир, освобождая меня.
Прячет руки в карманы штанов.
О чем я должна подумать на самом деле?
–Вы хотите нас помирить? Господи, почему вы говорите со мной загадками? Я ничего не понимаю!
Нервничая, закрываю горящие щеки руками.
Стыдно! Мне теперь просто стыдно!
Мужчинам – им обычно все прощают. А вот для женщины – это репутация!
–У тебя когда последняя смена в детском саду? – Спрашивает Дамир, будто все обыденно.
–Я пока не увольнялась, – пожимаю плечами.
–Ну что ж…
– Дамир… а можно я тоже задам вопрос?
Разводит руками.
–Конечно.
–Вы… ты… – собираюсь с духом. – Где ты ночуешь?
–В постели, – отвечает, не моргнув глазом.
–Дамир Алексеевич…
Легкое раздражение просветляет мне голову. Раз уж мы зашли так далеко, то стоит все пояснить раз и навсегда.
Я несу из прихожей документы.
–Вот. Вам сегодня передала соседка протоколы голосования на подпись. Она уверена, что видит, как ваша машина отъезжает от подъезда каждый день в восемь утра!
Морозов забирает документы и крутит их, делая вид, что ему очень интересно содержание.
–Что ты хочешь, чтобы я ответил?
–Правду.
Сверкаю на него глазами.
–Тебе тогда тоже придется отвечать сегодня, – задумчиво качает головой. – Раз ты настаиваешь.
Это он о муже?
–Я готова.
–Ну тогда так… – Морозов резко поднимает прямой взгляд мне в глаза. – Я тебя хочу. Ты нравишься мне, Настя. И да – я сплю в твоей кровати, пока ты на дежурстве. Вообще, у меня снят номер в гостинице. Там сейчас лежат вещи из квартиры, которую я продал, чтобы удержать на плаву ресторан, выплатить всем зарплату и взять на работу новых сотрудников. Теперь ты…
Только по вздрагивающим ноздрям и пульсирующей вене на шее можно догадаться, что Морозову признание далось нелегко.
–О, Господи, – хватаю ртом воздух. – Получается, я занимаю ваше жилье. Мне очень жаль. Почему вы не сказали раньше?
–Потому что я бы уже взял тебя на этой столешнице, – стреляет Дамир взглядом за мою спину. – Я в принципе не привык себя в этом вопросе ограничивать. И женщины обычно пищат от восторга. Но ты – не все.
О как вы, господин Морозов ошибаетесь!
–Лестно. Но почему?
–Потому что…. есть в тебе, черт возьми, что–то! – Истерично посмеивается. – Что я не могу никак начать ровно дышать. Не могу не беспокоиться за тебя… Вообще – у меня дохрена работы и проблем, а я ношусь за тобой по городу, как пацан…
–Я не люблю мужа, – перебиваю тихо его. – Женщина не может любить человека, который предал ее ребёнка.
Кладу руку на живот.
Морозов тянется своей сверху.
–Можно?
–Можно… – сглатываю. – А тебя не смущает, что я в положении? О… – усмехаюсь. – Я далеко не самый удачный выбор любовницы. Секс после аварии мне вообще запрещен!
–Я помню, – кивает Морозов.
–Тогда… что? Что тебе нужно от меня? А через несколько месяцев у меня родится ребёнок. Это совсем не романтично… Этот неудобно и напрягающе!
–Ничего… – усмехается в ответ Дамир и пожимает плечами. – В нормальных отношениях в принципе не бывает удобной женщины. А если она вдруг удобная, то скорее всего, дорогая шлюха. Которая ещё обязательно покажет свое лицо.
–Мы уже говорим об отношениях?
У меня жар? Я сплю?
–Если ты захочешь… – хрипло. – Черт!
Он снова прижимает меня к себе, как на улице и, придерживая за затылок, впивается в губы.
Морозов целует сам, не позволяя мне ни мгновения инициативы.
–Настя, Настя…. – шепчет. – Прости. Мне очень нужно…
Поцелуи его становятся все откровеннее и требовательнее. А мужские руки уже не просто обнимают, а откровенно лапают меня в разных местах.
–Стойте! Пожалуйста, стойте!
Я почему–то пугаюсь его напора и отлетаю к кухонному окну.
–Я сделал больно? – Делает шаг ко мне.
–Нет! – Выставляю вперед руки. – Просто все слишком. Слишком быстро! Я не могу…
–Шшш… – приводит Морозов рукой по волосам. – Ты права. Я лучше пойду.
Резко разворачивается и уходит в коридор.
–Дамир! – Спешу следом. – Дамир Алексеевич! Вам необязательно уходить!
–Обязательно, – усмехается. – Расслабься. Если тебе так будет спокойнее, то ничего не было.
–В каком смысле?
Я окончательно перестаю понимать логику его действий.
–В том, что если ты завтра пожалеешь о том, что сегодня мне ответила, это никак не отразится на твоей жизни. Отдыхай…
Пальто. Бумажник. Хлопок двери…
И я в полном шоке слушаю, как на этаже шумит лифт.
Что между нами происходит?
Глава 24. Феникс
Глава 24. Феникс
Глава 24
–Ты меня смешиваешь с грязью! – Кричит Луиза.
–Ты преувеличиваешь.
Отвечаю ей с прохладным раздражением.
Мое терпение просто медленно подбирается к черте взрыва, и я готов очень жестко поставить границы. Да и в целом, пересмотреть должность менеджера ресторана.
За те деньги, что забирает Луиза, можно найти двоих вполне годных спецов.
Желательно мужчин.
И вдруг, будто слушая мои мысли, Кирова начинает рыдать.
–У меня за спиной смеются официанты. Почему я должна это терпеть? Господи, да я давно бы ушла. Меня бы любое заведение оторвало с руками…
Это, кстати, правда. После «Сезонов» работодатели бы выстроились в ряд.
–Но я не могу уйти! – Заламывает руки. – Я не могу попрощаться с Ромой! Для меня это будет, как предательство!
Дергаюсь и хмуро смотрю на женщину. Мной манипулируют? Признаться, я и сам долго мог общаться только с Луизой. Мне она казалась мостиком, который остался к брату.
Но удивительно! С появлением Насти боль как–то притупилась. И это теперь дает смотреть на ситуации более здраво.
–Я же тебя не выгоняю, – пожимаю плечами. – Но если ты не можешь наладить отношения с коллективом, это профнепригодность. И если в этом конфликте нет твоей вины, то ты действительно вольна поискать новую работу. Не думаю, что брат желал бы тебе мучений, ради своей памяти.
–Ты знаешь, Дамир…. – прищуривается Луиза. – Я не вчера родилась. И прекрасно знаю, что когда тебя не удерживают, расставание – это вопрос времени.
–Господи, – сжимаю виски. – Ну мы же с тобой не про отношения любовников! Работа – это абсолютно другой коленкор! Абсолютно не сошедшиеся характерами специалисты могут годами плодотворно трудиться и давать результат. У тебя проблема в его отсутствии!
–Отсутствии? – Ахает. – То есть, то что я еле уговорила Арт Хаус Холл заняться новогодним оформлением, это ерунда!
–Это отлично! – Вскидываю ладони. – Но любое другое агентство нам бы выполнило работу в три раза дешевле! Зачем эти понты? Ты прекрасно знаешь нашу финансовую ситуацию!
