Ребекка, Джейми, Эдвард и Терренс переглядываются между собой и переводят взгляд на Дезмонда, предвкушая услышать, сколько Майклу дадут за все совершенные преступления.
— Также суд постановил, что все имущество, украденное Майклом МакКлайфом, должно быть передано в руки Джейми МакКлайфа, Подсудимый обязан передать в собственность мистера МакКлайфа все счета в банке и имеющиеся в наличии денежные средства, дом стоимостью десять с половиной миллионов долларов и документы на владения судостроительной компании «The MacClife Shipping». Суд лишает подсудимого прав на управление фирмой и дает ему срок полгода на то, чтобы вернуть все украденное имущество.
Терренс хлопает рядом сидящего Джейми по плечу с легкой улыбкой на лице, Ребекка гладит его по другому, а Эдвард, сидящий рядом с братом, дотягивается до руки отца, пока тот скромно улыбается и с прикрытым рукой ртом качает головой.
— За все перечисленные преступления суд приговаривает Майкла МакКлайфа к пожизненному тюремному заключению, — сообщает Дезмонд. — Без права освобождения под залог и обжалования приговора.
Фраза «к пожизненному заключению» будоражит всех в зале и заставляет негромко охнуть. А все члены семейства МакКлайф приоткрывают рты и широко распахивают глаза.
— Что? — широко распахивает глаза Майкл. — Какое еще пожизненное? Вы не имейте права!
— Майкл МакКлайф, вам понятен приговор суда? — остается невозмутимым Дезмонд, сложив руки на столе и переведя взгляд на буквально позеленевшего от злости Майкла.
— Это несправедливо! Вы не можете посадить меня пожизненно!
— Я еще раз спрашиваю вас: вам понятен приговор суда? Отвечайте по существу, когда вас спрашивают!
— Понятнее некуда, — с закатанными глазами грубо бросает Майкл. — Но я это так не оставлю! Я обжалую этот несправедливый приговор!
— Вы ведь только что сказали, что поняли приговор. А я четко и ясно сказал, что у вас нет права выйти под залог или подать апелляцию. Члены жюри присяжных приговорили вас к пожизненному заключению.
— НЕТ! ТОЛЬКО НЕ ПОЖИЗНЕННОЕ!
— Свидетели, адвокаты и все присутствующие в зале, вам понятен приговор суда? — игнорирует крики Дезмонд.
— Да, Ваша Честь! — тут же раздается по всему залу.
— В таком случае суд благодарит всех за участие в данном судебном процессе и объявляет это дело закрытым.
Дезмонд берет молоток судьи и стучит по специальной подставке, дав понять, что его решение окончательное и бесповоротное и обжалованию не подлежит. В зале раздаются бурные аплодисменты и радостные возгласы тех, кто резко соскакивает со своих мест, пока сам судья и судебный пристав встают и покидают зал с какими-то папками в руках. Пока Джейми и Ребекка, тихонько плачущая от радости, с широкими улыбками заключают друг друга в трогательные объятия, Терренс и Эдвард сначала крепко обнимают друг друга, а потом и обоих родителей.
— Это невероятно! — широко улыбается Эдвард. — Дядю Майкла посадили за решетку!
— Пожизненно! — взволнованно отмечает Терренс.
— Господи, как же долго я ждал этого дня! — радостно восклицает Джейми, приподняв руки. — Наконец-то возмездие совершилось!
— Кошмар в нашей жизни навсегда закончился! — широко улыбается Ребекка. — И Майкл сел, и компания теперь снова твоя!
— Это самый счастливый день в моей жизни!
Все семейство МакКлайф устраивает групповое объятия, в котором они пребывают несколько секунд до того, как они отстраняются друг от друга. Ракель и Наталия со слезами радости и широкими улыбками на лице вешаются на шею Терренса и Эдварда соответственно, которые с радостью отвечают им и на пару секунд в разное время отрывают их от пола. Ребекка и Джейми принимают поздравления от Фредерика и Алисии, Энтони и Летиции и Виктора, крепко обнимающие их и говорящие теплые слова. На лицах девушек и женщин можно увидеть слезы радости. А мужчины не скрывают своих широких улыбок и позволяют себе быть менее серьезнее и суровее в честь окончания этой ужасной истории. Адвокат Герберт также поздравляет счастливое семейство сам и принимает благодарности от них и их близких. Постепенно к довольно уставшим Эдварду, Ребекке. Терренсу и Джейми подтягиваются все те, кто поддерживал их на протяжении всего процесса, чтобы от всей души поздравить их.
А в это время Майкл, Юджин, Эрик, Руперт, Трентон, Ламберт, Клауд, Райли и Сильвестр и остальные осужденные сейчас смотрят на всех так, будто готовы кого-нибудь убить. В первую очередь они жутко разозлены на своего адвоката Нельсона, выглядящий очень напряженным и раздосадованным, сжимая переносицу и переглядываясь со всеми, кто смотрят на него, как на предателя.
Глава 43.4
— Ну ты и мудак, Родригес, — сквозь зубы шипит Майкл. — Для чего я тебя нанял? Чтобы ты, блять, вытащил меня и всех нас! Какого хера тебе не хватило мозгов сделать это? Тебе и так отвалили кучу бабла! Чего тебе еще надо было, продажная ты шкура?
— Все было против вас, мистер МакКлайф, — с широко распахнутыми, испуганными глазами разводит руками Нельсон. — Я ничего не мог сделать.
— Ты, дебил, говорил это и тогда, когда Брауну и Уэйнрайту дали срок! — грубо бросает Клауд.
— Неужели было трудно заплатить какому-нибудь придурку, который дал бы такие показания, чтобы все их обвинения казались детским лепетом? — недоумевает Ламберт.
— Да уж, твоей обязанностью было любой ценой убедить судью посчитать всех этих ублюдков лжецами, — грубо добавляет Райли.
— Вот именно! — сухо бросает Руперт. — Адвокат, твою мать! Этот старик Торрес в тысячу раз опытнее тебя! Правильно Уэйнрайт сказал, что у малыша Эдварда было бы намного больше мозгов, чем у тебя!
— Из-за тебя нам теперь идти в тюрьму! — возмущается Сильвестр. — Кому на три года, кому на двадцать лет, а мистеру МакКлайфу вообще дали пожизненное!
— Послушайте, господа… — пытается объясниться Нельсон.
— Пошел ты на хер, мудак! — в один голос грубо бросают почти все осужденные.
Нельсон замолкает и со сложенными на столе руками бросает взгляд в сторону, видя, как все радуются триумфу. А несколько полицейских подходят к осужденным и собираются вывести их из зала. Некоторых из них выводят очень быстро, безо всяких проблем, хотя Трентон все же не может не сказать что-то плохое в сторону Терренса, со скрещенными на груди руками и гордо поднятой головой наблюдающий за тем, как уводят преступников:
— До скорой встречи, Терренс Джеймс МакКлайф! Надеюсь, что к моему освобождению ты научишься нормально драться, а не размахивать руками, как больная истеричка. Хотя можешь не учиться – я все равно грохну тебя! Жди моего освобождения, ублюдок! Я все-таки набью тебе морду и закопаю тебя в землю!
— Счастливого времени в тюрьме, приятель, — с хитрой улыбкой язвит Терренс, помахав рукой. — Проведи время с пользой! Может, поумнеешь немного, когда выйдешь на свободу. Хотя я уверен, что уже забуду, кто ты такой, когда тебя выпустят.
А когда Трентона выводят из зала, Майкл резко соскакивает со своего места и привлекает к себе всеобщее внимание своим громким, истеричным криком, уставив на присутствующих свой испепеляющий взгляд:
— ПОДОНКИ! УБЛЮДКИ! РАДОСТНО ВАМ, БЛЯТЬ! ВЫ ВСЕ СГОВОРИЛИСЬ ПРОТИВ МЕНЯ! ПОГАНОЕ СТАДО БАРАНОВ, КОТОРОЕ Я НЕНАВИЖУ И БУДУ НЕНАВИДЕТЬ ДО КОНЦА СВОИХ ДНЕЙ! РАДУЙТЕСЬ МОЕМУ ГОРЮ ТАК, ЧТО СМОТРЕТЬ НА ВСЕХ ТОШНО!
— Ну все, понесло дядюшку Майки… — презренно ухмыляется Эдвард. — Господа полицейские, вызывайте неотложку, а иначе он вам покажет, где раки зимуют.
— НЕНАВИЖУ ВАС, КРЫСЫ! — Майкл указывает пальцем на каждого. — ВСЕХ ДО ЕДИНОГО! ЭТО ИЗ-ЗА ВАС МОЯ ЖИЗНЬ ПОШЛА ПОД ОТКОС! И ТЕПЕРЬ Я ВЫНУЖДЕН ПРОВЕСТИ ОСТАТОК СВОИХ ДНЕЙ ЗА РЕШЕТКОЙ! СПАСИБО ВАМ, ТВОЮ МАТЬ! БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ! СДОХНИТЕ, ТВАРИ! СДОХНИТЕ!
