Укради мое сердце (СИ) - Вильде Арина

Рома хватает меня за талию, вжимая в себя, и от этого движения полотенце соскальзывает с моей груди. Я пытаюсь придержать его, на минуту теряюсь, приоткрывая рот, и его язык бесстыдно врывается внутрь.

— Ммм, — мычу, не собираясь подчиняться.

Чувствую, как его руки по-хозяйски блуждают по моему телу, и успокаиваюсь, когда понимаю, что он схватился за полотенце и обернул его вокруг моей груди. А потом схватил меня за затылок, фиксируя так, чтобы у меня не было никаких шансов на сопротивление.

Я сама не поняла, как начала отвечать на поцелуй. Вцепилась руками в его плечи, и из моего рта раздался бесстыдный стон. Ноги дрожали, и, если бы не стена позади меня, я бы давно рухнула на пол. Внизу живота заграждалось какое-то неведомое ранее чувство. В какой-то момент Рома оторвался от моих губ и начал ласкать мою шею, щекоча языком. Я слышала его тяжелое, прерывистое дыхание, кожа горела от его прикосновений, и, кажется, я сошла с ума, потому что запустила пальцы в его отросшие волосы и притянула его голову ближе, призывая не останавливаться. Я падшая женщина, не иначе.

Не знаю, чем бы все закончилось, но, когда хлопнула входная дверь и послышались голоса, мы отпрыгнули друг от друга, как от огня. Рома, в отличие от меня, быстро сориентировался и задвинул шторку, чтобы скрыть нас от лишних глаз.

— Кран, что ли, потек? Надо сантехника вызвать, а то затопит ещё весь этаж, — воскликнула незнакомка.

— Черт, я шампунь в комнате забыла, дашь свой?

— Без проблем.

Мы с Ромой неподвижно стояли по разные стороны душевой, боясь смотреть в глаза друг другу. Послышался шум воды через перегородку, и я опасливо отодвинула краешек шторки, чтобы убедиться, что путь к двери чист.

— Уходи, — шиплю, не смотря на парня.

— Встретимся в восемь, — послышалось у самого уха, и я вздрогнула от лёгкого прикосновения его пальцев к моему плечу.

— Нет.

— Да, Ромашкина, да. Я заеду. — Он выскочил из кабинки и быстро скрылся за дверью, оставляя после себя лишь мокрые следы от кроссовок на полу и смятение в моем сердце.

Боже, что это только что было? Чертов Соловьев!

***

Я прокралась в комнату, словно вор. Ловила косые взгляды Оли и боялась, что та как-то узнает о том, что было между нами с Ромой в душе. По моим красным опухшим губам, например. Или горящим щекам. Но Оля молчала, хмурилась и даже не пыталась заговорить со мной. Наверное, в ее голове сейчас шли сложнейшие мыслительные расчёты по завоеванию Соловьева.

До самого вечера я не находила себе места. Крутилась вокруг зеркала, заглядывала в шкаф и перебирала одежду. И нет, я не собиралась идти на встречу с Ромой. Перебьется. До шести вечера не собиралась. А потом поняла, что если не появлюсь, то он решит, что я струсила. Поэтому надела удобные джинсы, которые облегали мои ноги как вторая кожа, белую маечку, собрала волосы а высокий хвост, нанесла легкий макияж и уселась на стул, гипнотизируя телефон.

— Куда-то идёшь? — подала голос Оля.

— Эм, с друзьями прогуляюсь, давно не виделись с ними.

— Ясно.

— А ты?

— Спать буду, завтра на первую пару.

— Ясно.

— Окно оставлять открытым?

— Да, наверное, да. — Я и сама не знала, насколько может затянуться наше… свидание? Как это вообще можно назвать?

— Окей.

И снова неловкое молчание.

Оля надела наушники и полностью ушла в себя, я буравила взглядом телефон и чувствовала, как с каждой минутой меня все больше и больше поглощало волнение.

Мне не давал покоя чертов поцелуй. Соловьев целовал меня, потому что я ему нравлюсь или потому что просто хочет забраться мне в трусики? Или, может, таким образом решил припомнить все хорошее, что было между нами в школе? Или поспорил с кем-то? Ну не могу я просто взять и поверить, что он вдруг увидел меня спустя пять лет и загорелся пламенной любовью.

Ровно в восемь на телефон пришло сообщение:

«Жду».

Ровно в восемь пятнадцать я схватилась за чёрный мусорный пакет и вышла из комнаты, пытаясь скрыть дурацкую улыбочку. А ещё несчетное количество раз поглядывала на свое отражение в экране телефона и дрожала как осиновый лист. Так, Ромашкина, соберись, ты ведь столько лет противостояла этому идиоту, так к чему сейчас эта неуверенность?! Тем более что выглядела я очень даже ничего.

— Привет, — улыбнулся парень, как только я вышла из общаги на крыльцо.

На нем были чёрные рваные джинсы и черная футболка. И смотрелся он отпадно. Между нами был всего один шаг, и я прекрасно могла различить тот самый аромат парфюма, который мне так нравился. А парень, кажется, серьезно подготовился к встрече.

— Ой, я и забыла, что ты должен был прийти в восемь, — отмираю и пытаюсь изобразить неподдельное удивление. — Я вышла мусор вынести. — Поднимаю в воздух пакет, тем самым показывая, что нет, я не наряжалась для него, и нет, я совершенно не собиралась приходить к нему на встречу.

— Значит, я вовремя подъехал, а ты, как по расписанию, в восемь вечера вышла выбросить мусор.

— В восемь пятнадцать, — высокомерно хмыкнула и пошла вдоль аллеи к мусорным бакам.

На улице уже смеркалось, и я с сожалением взглянула на небо. Уже совсем скоро ударят первые морозы и начнутся бесконечные дожди. Лето так быстро закончилось, что я не успела и глазом моргнуть.

— У нас очень насыщенная программа на вечер, — догоняет меня Соловьев и пристраивается рядом. — Можешь даже не оставлять открытым окно в комнате, вернёмся под утро.

— У нас первая пара завтра. Никаких опозданий. И я хочу выспаться.

— Ты спала целый день. Кстати, ты уволилась? — его голос резко меняется. От веселого мальчишеского переходит к серьезному и твёрдому.

— Не успела.

Черт, с этим поцелуем и душевными терзаниями я совершенно забыла о том, что собиралась поехать в «Шелк».

— Ты обещала.

— Отстань.

— Ромашкина, я беспокоюсь за тебя.

— Я уже не маленькая девочка, — говорю намного резче, чем хотелось бы, и размахиваю руками, совершенно позабыв о том, что держу мусорный пакет.

Моя ноша ударяется о ствол дерева, рядом с которым мы остановились, но, к счастью, торчащий небольшой сук лишь слегка прокалывает пластик.

— Вижу, что не маленькая, — хмыкает Рома, и я перевожу взгляд туда, куда он пристально смотрит.

Через небольшую дырку в пакете на землю выпало несколько салфеток, ватные тампоны и… презерватив. Использованный презерватив.

Мои глаза расширяются от удивления, а потом я натыкаюсь на пристальный взгляд Ромы.

— Это не мое, — выпаливаю, краснея как помидор.

— Ага, верю. Выносить из дома мусор по вечерам, кстати, плохая примета, — хмыкает парень и как-то странно поглядывает на меня. — Жду в машине.

Рома уходит, а я так и стою на месте, не в силах пошевелиться. Смотрю ему в спину и понимаю, что ни фига он мне не поверил.

А ещё мне не даёт покоя одна мысль: неужели Оля, та самая девушка, которая так безумно и фанатично влюблена в Соловьева, спит с кем-то? Прямо в нашей комнате. В мое отсутствие. Как бы там ни было, а подставила она меня знатно.

Бросаю надорванный пакет в мусорный бак, какое-то время топчусь на месте, боясь вновь встретиться с Ромой взглядом, но потом все же иду к машине и с самым невозмутимым видом сажусь на переднее сиденье.

— Надеюсь, обойдётся без приключений? — пытаюсь пошутить, спасая неловкую ситуацию.

— И я.

Рома на удивление молчалив. Сосредоточенно ведёт машину, хмурится и время от времени поглядывает меня.

— Я живу не одна, ты ведь знаешь, — не знаю почему, но я вдруг начала оправдываться.

— Ага, с Олей.

И снова замолкает. Настроение портится ещё больше. Ну вот, теперь я точно уверена, что он решил, что я ветреная особа. Либо расстроился, что Оля не хранит ему верность.

Становится обидно за себя. Хочется закрыться в туалете и знатно прорыдаться. Может, тогда мне полегчает?

— Отвези меня обратно, — срывается с моих губ, потому что этот вечер полностью испорчен. Не может между нами ничего быть, не надо было соглашаться на его предложение.