Она полюбила бандита (СИ) - Романская Татьяна

— Ты потрясающая, красавица, — простонал я. — Черт, как же это хорошо. Выгни спину чуть сильнее.

Стенки ее влагалища начали сжиматься, сдавливая мой член, но она была такой влажной, что я все равно плавно входил и выходил. Ее крики в мою ладонь превратились в стоны, и это было все, что я мог вынести. Поставив колено на кровать, я в последний раз толкнулся, и вместе мы разлетелись на миллион кусочков.

— Я люблю тебя, дорогая, — выдохнул я, положив голову на влажную кожу ее спины.

— Я тоже тебя люблю, — ответила Вера, тяжело дыша. Ее тело все еще сотрясалось от оргазма.

Стук наших сердец несколько утих, я помог Вере снять испорченное белье, прежде чем забраться в постель и заключить ее в объятия. Я лежал прижавшись к ее спине, переплетя пальцы одной руки с ее ладонью. Мой мизинец лениво поглаживал ее обручальное кольцо.

Я уткнулся носом в ее шею, вдыхая ее сладкий запах.

— Я не могу дождаться, когда смогу вот так лежать с тобой, положив руки тебе на живот, в котором будет наш ребенок.

Я скользнул ладонями вверх, обхватив ее грудь и сжав ее. Очевидно, это сработало, как пусковой крючок, потому что мой член становился все тверже. Опустив руку вниз, я провел по влагалищу любимой, погружая пальцы внутрь и обнаруживая, что она вся мокрая.

— Тебе нравится, красавица? Знаю, что да, твое тело говорит мне об этом.

Вера застонала, когда мои пальцы заиграли с ее клитором. Казалось преступлением не дать нам обоим того, чего мы хотели, поэтому я взял ее еще дважды, наполнив до краев своим семенем.

Когда я проснулся утром и увидел сексуальные ягодицы Веры, которыми она виляла передо мной, когда бежала в ванную, я самодовольно улыбнулся. Должно быть, мое желание сбылось.

Глава 21

Вера

Вот же блин! Я знала, что не стоило вчера так много есть, но устоять перед мамиными брускеттами было выше моих сил. Меня рвало так сильно, что казалось, будто из меня выходят все мои внутренности. Я не видела в этой ситуации ничего смешного, но, видимо, Денис думал совершенно иначе, потому что он смотрел на меня сверху вниз с широкой улыбкой на лице. Я не подняла на него взгляд, даже когда он положил мне на лоб прохладную салфетку и успокаивающе погладил спину.

— Это, между прочим, не смешно, — простонала я. — Не думаю, что после этого я когда-нибудь смогу снова попробовать одно из своих любимых блюд.

— Никогда не знаешь, чего тебе захочется, — усмехнулся Дробышев. — Может быть, тебе повезет, и ты захочешь только брускетту.

Одного только упоминания о вчерашней еде было достаточно, чтобы вызвать новый приступ рвоты. К тому времени, как я закончила, мой желудок был совершенно пуст, а я была совершенно истощена. Денис умыл меня, помог почистить зубы и отнес обратно в постель.

Я попыталась сосредоточиться на том, почему он упомянул о тяге к еде и поцеловал меня в живот, прежде чем выйти из комнаты, но была слишком уставшей и измотанной, чтобы разобраться во всем этом. Я просто провалилась в сон.

Я проснулась пару часов спустя, чувствуя себя намного лучше, по ощущениям я даже немного проголодалась. Спустившись на кухню, я обрадовалась, что нашла время одеться, прежде чем покинуть нашу спальню, потому что обнаружила там Аню с двумя охранниками.

— Доброе утро, малыш, — произнесла я, поцеловав Анечку в лобик и направляясь к тостеру, чтобы положить в него пару ломтиков хлеба. — Ты хочешь есть?

— Нет, папа испек мне блинчики, — радостно ответила она, отрываясь от картинки, которую раскрашивала. — А еще он сказал, что я должна вести себя тихо, как мышка, пока ты не проснешься, потому что тебе нужно подольше поспать. Но ведь теперь ты проснулась и мне больше не нужно быть мышкой, правда же?

Я не смогла сдержать теплой улыбки.

— Ну, не знаю, — произнесла я, наклоняя голову и прищуриваясь, специально не отрывая взгляда от Ани. — Из тебя действительно получилась очаровательная мышка.

— Я не настоящая мышка! — взвизгнула девочка, спрыгивая со стула. — Просто вела себя тихо, как мышка, а теперь я хочу повеселиться!

— Потише, принцесса. Как насчет того, чтобы пойти погулять? Там ты сможешь шуметь, сколько твоей душе угодно, если только не переутомишься и не устанешь слишком сильно.

— Ура! — взвизгнула она, бросаясь мне в объятия.

— Поднимись наверх, пожалуйста, переоденься в уличную одежду, и мы пойдем, как только я что-нибудь перекушу.

— Хорошо, — бросила Аня через плечо, уже подлетая к лестнице.

Ко мне подошел один из охранников, которых нанял Денис для нас. Мужчина внешне был абсолютно спокоен и невозмутим.

— У нас есть только два человека, которые могут сопровождать вас в парк этим утром, Вера Павловна. У Дениса Алексеевича назначена встреча, и другие люди будут сопровождать его там.

Я была несколько удивлена этому заявлению. Очевидно, это не должно быть нашей проблемой с Анечкой.

— Мы всегда ходим в парк в это время, — пробормотала я, откусывая кусочек от тоста, когда он подрумянился.

— Может быть, сегодня было бы лучше пойти прогуляться днем, — предположил охранник.

Я едва сдерживалась, чтобы не закатить глаза, пока шла по коридору к кабинету Дениса. Мы были окружены бугаями-телохранителями в последнее время, но прошли недели, и не было никаких признаков опасности, от которой Дробышев пытался нас защитить. Когда я приблизилась к кабинету Дениса, то услышала из-за двери голос моего жениха, в котором слышалось тихое раздражение.

— Вам лучше найти Делоса и его сына побыстрее. Ускорьтесь, вам же лучше будет. Паша не заметил никаких признаков того, что они напали на след Марины. Я, может, и не знаю, что, черт возьми, они задумали, но я всажу в тебя пулю, если им удастся подобраться к моей семье.

Мне стало немного не по себе от словесного напоминания о том, каким человеком был Денис за пределами нашего дома. Я легонько постучала в дверь и приоткрыла ее, привлекая к себе внимание Дробышева.

Он кивнул мне головой, закончил разговор и подошел ко мне, остановившись напротив и проведя кончиком пальца по моей щеке.

— Мне нравится видеть, как к твоему лицу возвращается румянец.

— Я чувствую себя намного лучше.

— Я уверен, что так и есть, — загадочно ответил Денис, хитро улыбаясь.

— На самом деле, я чувствую себя так хорошо, что хотела бы сегодня утром сводить Аню в парк.

Это был не вопрос, а четко сформулированное утверждение, потому что меня стало раздражать, что я должна спрашивать разрешения на что-то настолько обыденное.

Дробышев задумался, почесывая бороду кончиками пальцев.

— У меня назначена встреча, и я буду свободен только после полудня, — ответил он с сожалением в голосе.

— Денис, мы просто перейдем улицу, и с нами все время будут двое охранников. Ничего страшного не случится, если мы пойдем без тебя.

— Вера, — простонал он, растягивая гласные. — Почему так сложно сказать тебе 'нет"?

— Потому что ты любишь меня, — пошутила я с улыбкой.

— Я правда люблю тебя, — прошептал он мне в губы, прежде чем запечатлеть на них поцелуй.

Поход в парк, как я и ожидала, прошел без происшествий. Я покачала Аню на качелях, посмотрела, как она катается с горки, и поиграла с ней в догонялки. Когда мы катались на карусели, у меня закружилась голова, и я почувствовала настоящее облегчение, когда малышка попросилась в туалет.

Охранники стояли рядом, каждый из них прикрывал собой вход на открытую площадку. Они поворачивали головами из стороны в сторону, оценивая местность на предмет возможных угроз, особенно места, где, я полагаю, кто-то мог легко спрятаться в тени. Вокруг было так много людей, что все это казалось мне излишним. Я кивнула в сторону общественного туалета через дорогу, чтобы они знали, куда мы направляемся, прежде чем помочь Ане слезть с ярко раскрашенной деревянной лошадки.

Как только ее ноги коснулись земли, она сорвалась с места и помчалась впереди меня. Я двигалась так быстро, как только могла, чтобы догнать Аню. Около девочки я оказалась как раз в тот момент, когда она стояла в метре от двери, ведущей в общественный туалет. Я положила руку ей на плечо, чтобы притормозить, собираясь напомнить, что нельзя так просто убегать от взрослых, когда заметила в тени двух мужчин, быстро приближающихся к нам сзади.