Я оборачиваюсь.
Пытаюсь выхватить взглядом то, что действительно может быть полезно. Расположение Абсалама, количество участников его свиты, которая гонится за нами и, кончено же пистолет. Где он? У кого?
Но картинка распадается на обрывки: распахнутая дверь, тени людей, мелькающие фигуры охраны, и Руслан впереди.
Я внимательно осматриваю его силуэт.
Он цел. Бежит ровно и спокойно. Значит, ни в кого из нас не попали.
— Быстрее! — голос Руслана возвращает меня в реальность.
Я заставляю себя бежать быстрее, хотя уже почти не чувствую ног. Адреналин кипит в крови, разгоняет мысли, заставляет двигаться быстрее, чем я, кажется, вообще способна.
Мы почти одновременно достигаем машины.
Я распахиваю свою дверь и буквально падаю на сиденье, неуклюже и торопливо, захлопывая за собой дверь.
И в этот момент воздух пронзает второй выстрел. Пуля ударяет в корпус машины с глухим металлическим звуком.
Я вскрикиваю, вжимаясь в сиденье, зажмуриваясь снова, будто это может спрятать меня от происходящего, но Руслан не теряет ни секунды.
Он со всей силы хлопает водительской дверью, заводит двигатель и жмёт на газ. Машина стремительно срывается с места, заставляя меня вжаться в спинку кресла.
Позади слышны крики. Я бросаю взгляд на боковое зеркало, на то, как из дома выбегают люди Абсалама. Они явно не намерены нас отпускать, потому что уже через секунду, они оказываются у своих машин и начинается новая погоня.
— Чёрт… — вырывается у меня почти беззвучно.
Мы вылетаем на дорогу, и Руслан со всей силы давит на газ. Скорость растёт. Деревья по обочинам сливаются в сплошную тёмную линию. Внутри всё дрожит. От страха, от напряжения, от того, что ещё чуть-чуть, и машины за спиной начнут нас подрезать.
Я сильнее вжимаюсь в сиденье.
Только бы оторваться.
Только бы выбраться.
Но мы продолжаем лететь вперед, не обращая внимания на погоню. Ни на секунду не сбавляя темп.
Я чувствую, как кровь стучит в висках, как дыхание сбивается, как внутри всё переворачивается от напряжения.
Я слегка поворачиваю голову и смотрю на Руслана. Обычно его спокойный и сосредоточенный вид меня успокаивает, но сегодня…
Сегодня что-то не так.
Я смотрю на него внимательнее, и только сейчас замечаю.
Сперва одну.
Затем вторую.
Капли крови медленно стекают вниз на резиновый машинный коврик.
— Руслан… — голос срывается. — Ты ранен…
Он даже не смотрит.
— К чёрту руку, — бросает он сквозь зубы. — Сейчас не до этого, Аля. Просто сиди тихо.
В его голосе столько напряжения, что я сразу замолкаю.
Он резко сворачивает на съезд, почти не сбавляя скорости.
Машину заносит, но он легко удерживает её, выравнивает, и в этот момент я вижу, как машины позади пролетают дальше, не успевая среагировать.
Мы замираем на секунду.
Точнее, мне так кажется.
А потом Руслан аккуратно выводит машину на другую дорогу, уже без резких движений, но с той же дикой скоростью.
Сейчас он зол. Это я вижу в каждом в его движении.
По тому, как он сжимает руль.
По тому, как напряжены его плечи.
По тому, как он даже не смотрит в мою сторону.
— Руслан, я… — пытаюсь сказать я, но он резко перебивает.
— Нет. Не говори со мной.
Я замираю.
— Ты бы знала, как я сейчас зол, — добавляет он тихо, но в этом тихом голосе больше угрозы, чем в крике. — Ты бы знала.
Я поджимаю губы.
На секунду становится обидно. Как-то до нелепости по-детскому обидно. Но я тут же беру себя в руки.
Руслан имеет полное право злиться. Всё-таки я поступила очень глупо.
Дальше мы едем в тишине, где каждая минута кажется вечностью.
Я смотрю вперёд, но почти ничего не вижу.
Только бесконечные мысли неустанно крутятся в голове.
Это всё из-за меня.
Если бы я не пошла на это шоу.
Если бы я сказала ему.
Если бы не решила, что справлюсь сама.
Я украдкой смотрю на руку Руслана.
Кровь всё ещё идёт. Густая, вязкая.
Она заливает руль, сиденье, пол под ногами.
И от этого становится ещё хуже.
Он ранен из-за меня, и при этом сейчас я ничего не могу с этим сделать.
Я набираю в легкие побольше воздуха, пытаясь вновь заговорить с ним, но вдруг вдалеке появляются знакомые очертания дома.
Уже поздно. Мы на месте.
Мы останавливаемся, и Руслан первым выходит из машины, не обращая на меня внимания, словно нарочно старается избегать, чтобы не сорваться окончательно.
Я иду рядом, не зная, что сказать. Вернее, знаю. Но чувствую, что сейчас он не хочет ничего слышать.
Мы входим в дом, и в следующую секунду Руслан с силой захлопывает за нами дверь.
Я не успеваю даже вздрогнуть, как Руслан взрывается и его голос заполняет все пространство прихожей.
— Какого чёрта ты попёрлась на это шоу⁈ Почему ты ничего мне не сказала⁈
Я вздрагиваю.
Слова застревают в горле.
— Прости… — выдавливаю я. — Руслан, прости… Я такая идиотка…
Он делает резкий жест рукой, будто отмахивается от моих слов.
— Ты вообще понимаешь, что с тобой там могло случиться⁈ — он почти кричит. — Ты хоть понимаешь⁈
Я опускаю глаза.
— Я бы ничего не сделал, — продолжает он, и голос становится ещё жёстче. — Я бы тебя не защитил! Чёрт, Аля, да я мог даже не знать, где ты!
Он хватает себя за голову, начинает ходить по прихожей, нервно и резко.
Кровь капает на пол.
Я делаю шаг к нему.
— Руслан… Пожалуйста… Давай я хотя бы обработаю рану… Ты же истекаешь кровью…
— Мне плевать! — перебивает он резко. — Плевать на это, Аля!
Он останавливается.
Смотрит на меня.
И сейчас я вижу в его взгляде что-то другое.
— Я как представлю, что истекать кровью сейчас могла ты…
Он не заканчивает.
Я делаю ещё шаг.
— Руслан, но ведь я…
— Молчи, — резко говорит он. — Не говори больше ни слова. Или я не сдержусь.
Я замираю. Кровь стучит в висках.
— Не сдержишься… В чём?.. — тихо спрашиваю я.
И в этот момент что-то меняется.
Воздух между нами становится густым.
Тягучим.
Я чувствую это физически. В груди, в коленях, в крови, которая всё ещё бурлит после всего произошедшего.
Он смотрит на меня.
Жадно.
Тяжело.
Будто впервые.
Будто всё, что он сдерживал, вдруг перестаёт иметь значение.
И тихо, почти хрипло говорит:
— Вот в этом.
А потом делает шаг и его рука ложится мне на талию, притягивает к себе резко, почти грубо.
Я не успеваю ничего сказать, потому что в следующий миг он целует меня.
Сильно.
Жадно.
Так, будто от этого зависит что-то большее, чем просто момент.
Глава 39
Я не успеваю понять, в какой момент всё перестаёт быть просто всплеском эмоций и становится чем-то гораздо большим.
Сначала я испытываю шок. Он всё ещё звенит где-то внутри, не даёт до конца осознать происходящее, но тело уже живёт своей жизнью, отвечает на его прикосновение, на его близость, на этот внезапный, обрушившийся на нас поцелуй.
Я замираю всего на долю секунды.
А потом отвечаю.
Так же резко.
Так же жадно.
Будто внутри меня тоже что-то срывается с цепи.
Его губы горячие, почти обжигающие, и в этом поцелуе нет ни осторожности, ни сомнений. Только чистое, оголённое напряжение, которое мы оба слишком долго держали в себе.
Я чувствую, как у меня кружится голова. Как кровь всё ещё кипит после погони, но теперь это всё смешивается с чем-то другим, не менее сильным, не менее опасным.
Адреналин будто превращает мое тело в огонь.
Его рука сжимает мою талию крепче, притягивает ближе, и я ощущаю, как он напряжён. Весь. До предела, словно держится на последней грани.
Его пальцы вплетаются в мои волосы, чуть резче, чем нужно, взъерошивают их, заставляя меня невольно вдохнуть глубже, прерывисто.
