— за мной не заржавеет.
Даня махнул на меня рукой.
— Ещё посмотрим, как всё в итоге будет. Я тебе зуб даю, что ничего хорошего из этих отношений не выйдет Агнесса придёт либо беременная, либо заплаканная.
— И ничего страшного. — Зло произнесла я.
Хотя понимала, что да, это капец как страшно. Но мне было важно показать, что своего ребёнка я поддержу в любом случае.
— Я возьму и помогу ей так, как это надлежит сделать нормальному родителю.
— Ты ненормальный родитель. Ты просто сейчас перечишь мне, потому что Агнесса осталась с тобой. Ты просто пытаешься показать и выдать дань уважения её решению. Вот и всё, Илая. Потому что, будь мы в браке, ты бы первая за топор схватилась. А сейчас нет Агнесса же выбрала тебя. Агнесса же выбрала остаться с мамой.
— Да, я буду поддерживать
— Любое её дебильное решение? Даже если она башкой вниз решит с тарзанки сигануть. Ты доподдерживаешься. Одного вон поддерживаешь, оказывается, неделями на учёбе не появляется. Да, зато заключил несколько новых контрактов.
Молодец мальчик. Только что он будет делать без образования со своими контрактами?
Я набрала в грудь побольше воздуха и закачала головой.
— Кирилл взрослый. Кирилл мужчина. Не ты ли мне говорил, чтобы я не совалась и не носилась с ним, делая из него сыночку-корзиночку?
— Но надо же видеть грань, где сыночка-корзиночка, а где поросёнок? — Зло выдохнул Даня и, махнув рукой, пошёл в сторону выхода. — Всё, хватит на сегодня общения, и так переборщили.
За ним хлопнула дверь, а я поднялась к Агнессе.
Она сидела немного сонная и какая-то больше похожая на сомнамбула.
— Спасибо, что поддержала.
— Не за что. Я действительно верю в то, что это твой выбор и всё, что за ним последует твоя ответственность.
Нет ни черта это не было благодарностью за то, что Агнесса меня выбрала. Даже если бы мы по-прежнему с Даней были в браке, даже если бы у нас всё было хорошо - я бы один черт так среагировала бы тупо из-за того, что это неправильно — лезть в жизнь ребёнка. это очень плохо, когда запрещаешь делать свои ошибки.
Но я почему-то была уверена в том, что Агнесса не ошибается.
— Он хороший. Правда, хороший. — Выдохнула дочь и потёрла запястье друг о друга. — Я тебе точно могу сказать, что он хороший. И не потому, что он мне нравится и я в него влюблена. А просто потому, что он человек хороший. Мы много общались. Я много что знаю из его жизни: он не был женат, у него нет детей.
Серьёзные отношения у него были с восемнадцати до двадцати четырёх. Но когда он несколько раз предложил девушке узаконить их отношения — всё пошло наперекосяк. Была нелепая беременность, которая закончилась выкидышем, в котором она обвинила его. Причём, как он сам рассказывает, это было самое желанное, что могло произойти в его жизни. Но она говорила, что он сглазил, что зря он своим родителям об этом рассказал — его родители её никогда не любили. А потом он не строил никаких отношений, а просто учился, работал и старался соответствовать образу того сына, который должен быть у каждого уважающего себя человека. Потом за пару лет похоронил родителей.
— Почему?
— А ты не догадываешься? Пандемия.
Я аккуратно присела на край кровати и обняла дочку.
— У него не осталось никого. Бабушка, которая жила в маленьком городке, ушла за лет пять до матери. И вот так вот оказалось, что он сейчас абсолютно один. Нет, мам, это не жалость. Это просто человеческое сочувствие. Он такой смешной. Мы на первом свидании поехали в приют для животных. Он, оказывается, постоянно помогает: корм привозит, финансирование проводит. Потому что в приютах много животных, которым нужна медицинская помощь, капельницы, уколы. Волонтёрам тоже на что-то надо жить. Для меня это было странно. Я помогала вычёсывать помесь лайки с дворняжкой. Пёс был такой счастливый, такой довольный и тыкался мокрым носом мне в ладони, а Эдвард только ворчал о том, что всю меня в слюнях забрызгали. Он действительно хороший человек. И мне неприятно, что папа так про него говорил.
У Агнессы на глазах выступили слезы, и она, стараясь казаться сильной и взрослой, она пожала плечами.
— Ну да и Бог с ним.
Из-за таблеток Агнесса спала крепко и очень долго. Я максимально постаралась приготовить что-то гипоаллергенное — индейку и кабачки запечённые.
Утром поехала в универ и поговорила с преподавательским составом. Объяснила всю ситуацию. Пришлось краснеть. И вообще вся эта картинка была пропитана лживым чувством того, что обе стороны понимают, к чему этот был разговор.
Поэтому, когда мне тонко намекнули на то, что университету могла бы быть полезна помощь, я просто кивнула.
Выйдя из главного корпуса, я перешла дорогу и, поняв, что сама не завтракала, а время уже обед, зашла в небольшую кофейню. Попросила малиновый чай с молоком. Пока ждала заказ возле стойки, рассматривала обстановку — очень атмосферное и эстетичное место. Под потолком висели кашпо с эпипренумом. На подоконниках стояли маранты. Очень стильно.
—А вы же. - Смущённый голос откуда-то сбоку заставил меня обернуться —девушка шатенка с большими глазами. — А вы же Илая Романова, правильно?
33.
Я нахмурилась, пытаясь понять, знакома ли мне девушка. Но я отчётливо понимала, что нет, я не видела этих карих глаз и не помнила вообще никого, даже близко похожего на неё. Может быть, думала, что это дочка одного из заказчиков или ещё что-то в этом духе.
— А мы знакомы? — Медленно произнесла, испытывая чувство какого-то дискомфорта.
— Нет, но я видела ваш блог в соцсетях. Недавно буквально попадался. Оранжерея Илаи Романовой ”Грин мама".
Я улыбнулась, понимая, что наткнулась просто на одного из своих подписчиков.
— Да, всё верно.
— Прикольно. Никогда не думала, что встречу блогера вот так вот в обычной жизни, просто в кофейне.
Но интуиция кричала, что это не просто встреча в кофейне, а что-то большее…
Я не могла понять, что именно.
— Ну да, бывает — Вздохнула я и смущенно кивнула на поставленный мне стаканчик. — Я пойду.
— Да, конечно. Была рада увидеть вживую. — Произнесла сквозь зубы шатенка, и я, поспешно кивнув, развернулась и пошла к выходу из кофейни.
Я понимала, что некоторая медийность накладывает отпечаток, но ко мне никогда раньше не подходили, не спрашивали, я ли тот блогер, который ведёт странички про полезности для растений и всё в этом духе. Поэтому для меня это было шоком.
Вернувшись домой уже на своей машине, я застала незнакомое авто — "Рейндж Ровер". Вскинув брови, я медленно прошла к главному входу и нарочито медленно открывала дверь. Во-первых, боялась, что меня может застать что-то из ряда вон выходящее. А во-вторых, понимала, что если там есть что-то провокационное по ту сторону двери, то лучше бы это провокационное кончилось до моего появления.
Когда я все-таки оказалась в холле, голос Агнессы прозвенел:
— Мам, это ты?
— Привет.
Значит, всё было нормально.
Я разулась, вступила в тапочки, заметив пару мужских ботинок, стоящих на обувнице, и прошла. Эдвард сидел в кресле, которое вчера занимал Даниил, и медленно цедил терпковатый чай с лесной земляникой.
— Здравствуйте. — Тут же встал Эдвард и протянул руку.
— Добрый день. — Произнесла я мягко, стараясь не акцентировать внимание на его внешности.
Нет, он был интересным мужчиной, но он выглядел старше, чем ему было действительно лет.
— Прошу прощения, что я без приглашения и как-то внезапно.
— Всё хорошо. — Произнесла я сдержанно и мягко.
— Мне просто важно было удостовериться, что у Агнессы всё хорошо. И я, если честно, очень взволнован был, поэтому купил вам подарок.
И здесь-то в поле моего зрения попал большой горшок с высоченным, полутораметровым фикусом Стрелиция Николая.
