Его искушение (СИ) - Майер Кристина

— Доброе, — выдавливаю из себя, поджимая пальцы на ногах.

Безумие.…

Сколько бы раз я ни повторяла про себя, что схожу с ума, ничего не меняется. Я с каждым его прикосновением острее переживаю близость. Кайсынов ведет носом у меня за ухом, целует оголенные участки кожи, а у меня по телу рассыпаются мурашки. Закусив губу, сдерживаю рвущиеся из груди стоны.

«Остановись!» — мысленно молю, но моя внутренняя мольба остается без ответа.

Рука Сергея приходит в движение. Скользя вниз по плоскому животу, заползает под кофту, оглаживает оголенную кожу. Да! Веки наливаются свинцом удовольствия и падают на глаза. Играя на моих нервах как гениальный виртуоз, сжимает грудь через топ. Кусая зубами подушку, стону в нее. Губы Сергея продолжают оставлять ожоги у меня на шее. Дергая край кофты до самого горла вместе с топом, он подключает к ласкам вторую руку. Облизывая и целуя мою шею, он ласкает пальцами соски. Сжимает их до легкой боли, оттягивает…

— Я хочу, чтобы ты кончила для меня. Не сдерживай себя, — перекатывая вершины между подушечками пальцев, обжигает хриплым шепотом мою кожу за ухом. Непроизвольно сжимая бедра, трусь ягодицами о каменную эрекцию.

Как остановить эти мурашки?.. Как побороть томление, что жаром растеклось ниже живота?..

«Я просто не проснулась, иначе бы не подпустила Сергея к себе…» — оправдываю себя, чтобы потом легче было смотреться в зеркало. Хотя знаю, что это так не работает. Мне все равно будет стыдно, я буду заниматься самокопанием… но это будет потом…

Когда рука Сергея проникает под резинку домашних брюк, преодолевает препятствие в виде небольших трусиков-танга, а язык исследует ушную раковину, я окончательно сдаюсь.

— Раздвинь ножки, — требует Кайсынов, поглаживая мой лобок. Комната каруселью ходит перед глазами. Мне легче их не открывать, потому что все равно зрение плывет.

Все внутренние протесты и запреты склонили голову перед его умелым натиском. Не споря, я выполняю его требование. Чуть повернувшись, развожу ноги. Пальцы атакуют влажные, скользкие от смазки складки. Поглаживая большим пальцем вершину, давит на вход указательным и средним, проникает в меня.

— Умница… — хвалит, когда с моих губ срывается громкий, несдержанный стон. Выгибаясь в его объятиях, принимаю толчки пальцев. — Блять… — рычит он сквозь зубы. — Хочу в тебя! — срывается с его губ то ли мольба, то ли угроза. Мелко дрожа, я готовлюсь к самому яркому эпизоду в своей сексуальной жизни. Разочарованно стону, когда меня покидают его пальцы.

Мое разочарование длится недолго. Сергей сдергивает с меня штаны вместе с трусиками, оставляя их болтаться в районе щиколоток. Сергей приспускает свои штаны. Я чувствую, как влажная от смазки головка касается моих ягодиц. Приподняв мое бедро, толкается на всю длину. Я не готова к его размеру, что выражается в громком болезненном стоне.

— Прости, потерял голову, — заглаживает вину пальцами на клиторе, целует шею, ключицы, но при этом не двигается, дает привыкнуть к своему размеру. — Ты очень тугая. Сможешь принять? — спрашивает спустя, наверное, минуту. Выходя, аккуратно толкается.

— Смогу, — выдыхаю после третьего толчка, который наполняет меня до краев. — Но ты без презерватива, — напоминаю о контрацептивах нам обоим.

— Я здоров, тебе не о чем переживать, — продолжая набирать темп, уверенно произносит Сергей.

«А я здорова?!» — панически взрывается в голове.

До этого не задумывалась, а нужно было. Муж мне изменял. Я не знаю, сколько партнерш у него было во время нашего брака. Вряд ли он пользовался презервативами, если в результате его связи появились последствия. Может, у него это не первый ребёнок? Очередной толчок члена внутри меня и движения пальца на клиторе выбивают из меня все мысли.

Тело, покрытое испариной, откликается на каждый толчок. Мое сознание теряет остроту, оно не реагирует на внешние раздражители. Нервные окончания звенят от переполнивших меня ощущений.

Я чувствую каждую венку его члена, настолько плотно Кайсынов во мне. А ещё мне хорошо, хорошо так, как никогда раньше. И его жесткость на грани грубости мне заходит, потому что в данном случае это говорит о его потере контроля.

С десяток уверенных толчков, и я расщепляюсь на атомы, сокращаясь внутренними мышцами, сжимаю в себе член Сергея.

— Блядь, — рычит Сергей, кончая глубоко внутри меня…

Я была уверена, что с его-то опытом он успеет вытащить…

Глава 31

Ирина

Как только последние судороги оргазма перестают сотрясать мое тело, в голове наступает просветление.

Что я натворила?!

Это настолько не похоже на меня, что я от самой себя в шоке! Помутнение разума, как по-другому можно обозначить свое падение? Это я осуждала Стаса? Предъявляла, что наша семья для него никогда не имела ценности? Заявляла, что он предал мою любовь? Любовь, которая не продержалась и недели после его предательства…

Кошмар!

Стоит говорить откровенно, я просто никогда его и не любила, теперь можно честно себе в этом признаться. На других я не смотрела, боясь показаться ему легкомысленной. Он был моим первым мужчиной: первая симпатия, влечение, интерес, уважение… но не любовь. И даже юношеская страсть меркнет на фоне того, что я пережила под Кайсыновым несколько минут назад. Как бы ни было стыдно за свою легкодоступность, нужно честно признаться: это был самый яркий оргазм в моей жизни. Чувствую себя оттраханной настолько, что не уверена, что смогу устоять на ногах.

Горячее крепкое тело прижимается сзади, а я думаю о том, как улизнуть в ванную, дабы избежать разговора, к которому я не готова.

— Ирина, прекрати, не о том думаешь, — обжигает меня поцелуем в шею. Оттягивая горловину, оставляет серию коротких поцелуев на ключице. Он всё ещё глубоко во мне, и я чувствую, как твердеет его член.

— Мне нужно в душ, — совсем неубедительно звучит мой голос. Я бы осталась… и даже продолжила…

Безумие!

— Хорошо, — уважая мою просьбу, Сергей тут же выходит из меня. Если бы это был Стас, он не стал бы прислушиваться к моим желаниям. Хорошо, что на такие подвиги мой муж не был способен даже в двадцать. Одного раза ему всегда было достаточно. По крайней мере, со мной. — Пойдем вместе, пока ты не надумала какой-нибудь херни, — произносит он, поднимаясь с дивана. Удивляюсь, насколько чутко он улавливает мое настроение. Верь я во всю эту паранормальную чушь, подумала бы, что Кайсынов умеет читать мысли.

Поправляет штаны. И, в отличие от меня, выглядит как голливудский актер после съемки сцены 18+. Безобразно сексуально.

Я пытаюсь под пледом поправить на себе одежду. Как это выглядит со стороны, даже думать не хочу.

— Ирина, посмотри на меня, — нависая надо мной, сжимает через ткань руку, которой я пытаюсь натянуть на свои ягодицы штаны. — Ты меня стесняешься? — хмурит брови, будто не понимает моего смущения. — Я ещё тысячи раз увижу тебя голой, вылижу и зацелую каждый участок твоего идеального тела, — его обещание звучит как угроза, но вместо того, чтобы бояться, я захлебываюсь от эмоций, которые старательно прячу от Сергея. — Я не позволю тебе прятаться от меня, — сдернув плед, подхватывает меня на руки. — Ты у меня самая красивая и желанная, — припечатывает своей правдой. Я бы поспорила, но кто я такая, чтобы спорить с умным взрослым мужчиной? Мне кажется, его даже зеркало не убедит, в отличие от меня. Поэтому в зеркало я стараюсь не смотреть.

Сергей заносит меня в ванную комнату, опускает на пол, позволяя чувствительным соскам прокатиться по его грудным мышцам.

— Можно я сама? — откашлявшись, прошу Сергея. Чтобы не смотреть ему в глаза, обвожу взглядом ванную комнату на первом этаже. Отмечаю, что нужно срочно сделать уборку…

— Можно, если пообещаешь, что не сбежишь, — поддевая двумя пальцами подбородок, вынуждает смотреть ему в лицо.

— Обещаю, — обвожу кончиком языка вмиг пересохшие губы.

— Я не планировал сегодняшнее утро, — сообщает мне просевшим голосом. Задерживает взгляд на моих губах. — Не устоял. И сейчас с трудом держу себя в руках. Конченому наркоману проще отказаться от предлагаемой бесплатной дозы, чем мне от тебя, — его признание рассыпает на моей коже вагон мурашек. — Я ни о чем не жалею.