Развод. Я была слепа (СИ) - Попова Елена

— Притворялась беременной, пела мне про панические атаки, в клинику легла с угрозой выкидыша. Я как последний идиот бросил ради тебя семью, отказался от квартиры, попал на бабки! В глаза смотри! В глаза, я сказал!

Милана открывает мокрые глаза и молвит дрожащими губами:

— Я не знаю, кто тебя накрутил, и кто тебе все это рассказал, но...

— Ты сама мне все рассказала! Я получил запись всех твоих разговоров с подругой. И ты уже точно не отвертишься.

— Я все тебе объясню, — шепчет прерывисто.

Снова поворачиваюсь к ней ухом и подгоняю рукой.

— Внимательно слушаю. Расскажи, как разводила меня вместе с подружкой. Как маячила перед соседом, чтобы он понял, что в моем доме кто-то есть, и передал это Наде. Расскажи, как ты узнала про двадцать лямов и поторопилась лечь в клинику, чтобы подтолкнуть меня к разводу. Хочу послушать, как ты собиралась уйти от меня, если компания разорится. Давай, выкладывай! Давай! — снова ударяю кулаком по стене. — И как после моего развода ты собиралась инсценировать выкидыш не забудь рассказать!

— Помогите! — орет на всю квартиру. — Соседи, на помощь! На меня напали!

Перемещаю руку на ее шею и с трудом сдерживаюсь от желания сжать ее как пластиковый стаканчик.

— Ты ответишь за то, что сделала, — тихо и хрипло произношу, глядя в ее испуганные глаза. — И за жену, от которой я ушел, и за дочь, которую я променял на тебя и нашего будущего ребенка.

Убираю руку с ее шеи и перевожу взгляд на сумки.

— Забирай их и проваливай из квартиры.

Раздается стук в дверь, затем медленно опускается ручка.

— У вас все в порядке? — заглядывает в квартиру пожилая женщина. — Я слышала какие-то крики.

— Мы тоже их слышали, — натянуто улыбаюсь.

— Господи, то пожар, то на помощь зовут! — возмущается она. — Понаехали съемщики и превратили наш подъезд в непойми что!

— Согласен, — киваю я. — А теперь разрешите мы продолжим собирать вещи.

— Переезжаете?

— Подыскали другое жилье, — сдержанно отвечаю.

— Вот как? — Женщина оглядывает коридор и хмыкает. — У Михалны вроде квартира хорошая и теплая. Чего вам тут не живется? Да и вы вроде никому из соседей хлопот не доставляли. Надеюсь, она не пустит сюда молодежь, как в прошлый раз. Ох, и намучилась я с ними. Музыка грохотала так, что...

— Вы передадите хозяйки ключи? — перебиваю ее. — Я предупредил, что сегодня съедем.

— Так это, — пожимает плечами, — конечно передам. Занесите в сорок вторую квартиру. А я пока пойду выясню, кто звал на помощь.

— Обязательно выясните, — говорю ей вслед и поворачиваюсь к Милане. — Вдруг там кого-то убивают, да, дорогая? Или собираются убить.

— Ты же знаешь, что мне некуда идти, — всхлипывает, жалобно глядя на меня. — Квартира оплачена на месяц вперед, можно я останусь здесь хотя бы на несколько дней? У меня нет друзей в Москве, и...

— Снимешь палату в клинике у подружки и будешь благодарить меня за то, что я не отправил тебя в другое отделение. Но даже не надейся, что так легко отделаешься. Ты отработаешь мне все до копейки. Запомни это!

Глава 33

Утро следующего дня

Марк

Всю ночь меня трясло, словно сидел на электрическом стуле. Сначала голову атаковали мысли о том, как рыжая стерва крутила мной, и как весь мой мир перевернулся благодаря двум аудиозаписям. А потом до рассвета думал о Наде. Поражался тому, как она сделала меня с компенсацией, с квартирой, и как ей удалось доказать измену. Скорее всего она наняла детектива. Снимки из кафе, в котором отмечали день рождения Миланы, из загородного дома, и другие — это точно дело рук профессионала.

И я даже примерно понимаю, как выглядит этот чертов профессионал. Сначала думал, что Надя сама подбросила мне другую зажигалку в карман куртки, но в один момент вспомнил про мужика в очках, который терся рядом, а затем попросил у меня зажигалку. Скорее всего именно в тот момент и подсунул свою, потому что записи как раз-таки и начались после встречи с ним.

Она все продумала до мелочей. А теперь, наверное, давится от смеха, и радуется тому, что Милана оказалась охотницей за толстыми кошельками. Препаршивейшее состояние. Дом разгромлен, на душе хреново, голова гудит от мыслей. И я пока что понятия не имею, что делать дальше.

У меня есть только отец, который может дать мудрый совет. Знаю, что перед тем, как он начнет помогать мне, если начнет, конечно, мне придется выслушать кучу дерьма в свой адрес. Но если идти за советом, то только к нему. Он всегда может найти выход из любой ситуации.

Набираю ему.

— Слушаю! — раздается грозный голос.

— Привет! Можем встретиться? — говорю примирительным тоном. — Кажется, я по уши влип.

— Опять кнопки в лифте поджег? — издевается, припоминая мою молодость.

— Отец, я серьезно. Мне нужен твой совет.

— Совет ему нужен, — фыркает в трубку. — Что же ты не пришел ко мне за советом, когда собирался притащить в дом кого попало?

— Просто скажи, где и когда сможем поговорить.

— Я в офисе, — гаркает он. — Разгребаю дела, которые ты запустил, пока бегал по любовницам и судам. А теперь развелся, перевез в дом свою беременную пассию, и вообще перестал появляться на работе!

Язык не поворачивается сказать ему о том, что нет больше никакой беременной пассии. Но я должен выложить ему всю правду. Он должен быть в курсе всего. Иначе без его помощи, чувствую, не выпутаюсь.

— Милана не беременна. И не была беременна. Она все это время обманывала меня.

В трубке воцаряется гробовая тишина.

— А ты точно Давыдов Марк Викторович? — от его вопроса сквозит разочарованием и гневом одновременно. — Ты точно МОЙ сын? У нас в роду еще не было таких дебилов. Но ты, видимо, пошел в свою безмозглую, гулящую мать.

— Я обратился к тебе за помощью. Но если ты откажешься помогать, я пойму.

— Точно поймешь?! Мне кажется, у твоего мозга нет функции «понимать»! Нет функции «думать», «советоваться» прежде, чем что-то сделать. В твоем крошечном мозгу всего одна извилина, которая отвечает за то, что находится у тебя в штанах!

Он замолкает и шумно выдыхает.

— Как ты понял, что она не беременна?

Я резко оживляюсь. Отец жутко зол на меня, но, раз не посылает куда подальше, и начинает задавать вопросы, значит, все-таки готов помогать.

— Сейчас приеду в офис и все расскажу по порядку.

Скидываю звонок, быстро принимаю холодный душ, чтобы хоть немного взбодриться после бессонной ночи, затем прыгаю в тачку и пулей лечу на работу.

Вхожу в кабинет и вижу в своем кресле отца. Он с сосредоточенным видом изучает документы в синей папке, бегло смотрит на меня, затем плюет на палец, и молча перелистывает страницу.

Подхожу к столу и кладу разобранную зажигалку, из которой достал прослушку.

— Я вычислил!

— Что именно? — не отрывая взгляда от бумаг, приподнимает он бровь. — Сколько будет два плюс два? Надеюсь, не пять?

— Давай без издевательств, — прошу я. — Я не настолько тупой, как ты думаешь.

— Серьезно? — откладывает бумаги и в упор смотрит на меня. — Представляю, что было бы, если б ты был еще тупее, чем сейчас. Наверное, и свою тачку, и фирму бы переписал на Надю.

— Дай мне пять минут, чтобы все объяснить.

— Да хоть шесть! — кивает на свободное кресло.

Я сажусь напротив него, расстегиваю куртку, и рассказываю обо всем по порядку.

— ...После этого я приехал к ней и выгнал из квартиры, — заканчиваю, глубоко вздыхая.

Отец, который все это время молча слушал меня, откидывается на спинку большого кожаного кресла и скрещивает руки на груди.

— Я вот сижу и думаю: какого черта ты вообще работаешь в строительной компании? Это же совершенно не твое направление.

— Сейчас не понял, — хмуро смотрю на него. — Ты о чем?

— Я о том, что тебе нужно было стать амбассадором обувного магазина. Переобуваешься на лету! Вчера пел песни о том, что перевезешь в дом любовницу, сегодня твердишь, что ее нужно наказать за то, что она развалила твою семью.