ㅤㅤㅤㅤㅤ
Коул Берретт:
Ты можешь честно признаться, что соскучилась по мне, Фасолинка. Я уверен, что в «Книжном уголке» найдется парочка книг по психологии, в которых подробно описано, как справляться со своими зашкаливающими эмоциями.
ㅤㅤㅤㅤㅤ
Майя Сильвер:
Мы продаем только те книги, которые помогают законченным эгоцентрикам немного умерить свой нарциссизм. С удовольствием отложу для тебя один экземпляр!
ㅤㅤㅤㅤㅤ
Коул Берретт:
Я заберу его завтра, как только вернусь в город. И мы сможем подробно обсудить его за порцией тапас, когда ты закончишь работу.
ㅤㅤㅤㅤ
Майя Сильвер:
Я вообще-то больше по части чипсов с гуакамоле.
ㅤㅤㅤㅤ
Коул Берретт:
Я знаю одно просто потрясающее мексиканское местечко.
ㅤㅤㅤㅤ
Майя Сильвер:
А маргарита там будет? Мое согласие напрямую зависит от этого пункта.
ㅤㅤㅤㅤ
Коул Берретт:
Ты что, опять пытаешься вести со мной переговоры?
ㅤㅤㅤㅤ
Майя Сильвер:
Ну разумеется. Если тебе понадобится помощь с подготовкой встречного предложения, в «Книжном уголке» также имеется издание «Переговоры для чайников». Я даже сделаю тебе нашу корпоративную скидку для друзей и членов семьи.
ㅤㅤㅤㅤ
О да. Мне будет чертовски трудно сбавить обороты и никуда не спешить, когда эта девушка заставляет мое сердце стучать на таких запредельных скоростях.
Глава 12
Майя
Коул Берретт:
Ладно, давай на чистоту. Этот пришелец на полном серьезе верит, что судьба выбрала ему в пары первую встречную девчонку, и все? Дело в шляпе? Он уже готов к свадьбе, куче детишек и всему этому фарсу?
ㅤㅤㅤㅤㅤ
Майя Сильвер:
Это же троп «истинная пара», так что да, ха-ха.
ㅤㅤㅤㅤ
Коул Берретт:
Звучит очень сомнительно.
Ты сегодня работаешь или у тебя выходной?
ㅤㅤㅤㅤ
Майя Сильвер:
Выходной! Встречаемся с Софи после обеда, попьем кофе.
ㅤㅤㅤㅤㅤ
Коул Берретт:
Круто. Передавай ей привет.
У меня сейчас начнется тренировка.
Спишемся позже?
ㅤㅤㅤㅤ
Майя Сильвер:
Конечно. Удачи, капитан!
ㅤㅤㅤㅤ
Не в силах сдержать мягкую улыбку, я опускаю телефон на стол и достаю из сумки книгу. Откинувшись на спинку, я с тихим вздохом еще глубже погружаюсь в объятия огромного, чересчур мягкого кресла, в котором так уютно устроилась. Окидывая взглядом кофейню, я позволяю густому, терпкому аромату эспрессо окутать меня, словно теплым пледом.
Я успеваю прочесть всего одну главу, когда над дверью заливисто звенит колокольчик. Ведомая инстинктом, я сразу же оборачиваюсь на этот звук. В зал торопливо влетает Софи, на ходу стряхивая с куртки тонкий слой свежего снега и попутно осматривая посетителей. Одних, что устроились за изящными бистро-столиками на кованых стульях, и других, застывших перед стеклянной витриной с богатым выбором свежей выпечки. Стоит ей заметить меня в самом дальнем углу у теплого камина, как ее лицо мгновенно озаряется радостной улыбкой.
Она быстро подскакивает к моему столику и мимоходом заключает меня в короткие, крепкие объятия, после чего с комфортом устраивается на стуле, который я так предусмотрительно для нее придержала.
— Боже, мне так жаль, что я опоздала.
Я беспечным взмахом руки отмахиваюсь от ее извинений.
— Брось, даже не думай об этом. Обычно в роли догоняющей выступаю я, так что мне даже приятно для разнообразия прийти первой. К тому же у меня с собой отличная компания, — я приподнимаю повыше бумажную книгу и шутливо качаю ею из стороны в сторону.
С коротким смешком Софи переводит взгляд на грифельную доску с меню, висящую на соседней стене.
— И что здесь стоит взять?
От удивления я даже выпрямляю спину.
— Так, стоп. Ты что, никогда здесь не была?
— Кажется, нет.
— И как мы после этого вообще дружим?
Она иронично выгибает аккуратную светло-блондинистую бровь.
— Не знала, что это обязательное условие для нашей дружбы.
Из моей груди вырывается искренний смех. Нам потребовалось несколько совместных коктейльных вечеров и долгих полуночных посиделок, чтобы ее фирменная дерзкая и острая на язык натура наконец проявила себя. Но стоило этому случиться, как Софи больше ни на минуту не выключала этот режим. И за это я ей безумно благодарна.
— С этого момента именно так, — безапелляционно заявляю я. — Это место для меня священно.
Пусть для Софи здешнее меню и в новинку, но для меня эта кофейня уже много лет остается островком стабильности. Я успела пролить немало слез над местными капучино, бурно праздновала выпечкой каждое свое повышение в «Книжном уголке» и провела здесь бесчисленное количество часов, заказывая чашку за чашкой обычный фильтр-кофе, упрямо повторяя себе под нос, что прочитаю еще буквально одну главу.
— Ладно, ладно, сдаюсь, — она легким движением стягивает с головы вязаную шапку-бини. — И что же здесь самое вкусное, о мудрейшая?
— Абсолютно все, — с каменным лицом чеканю я. — Но их эспрессо — это просто нечто. А еще они готовят единственный в городе кофейный пирог, который даже Кеннеди признает лучшим, чем ее собственный.
Мы делаем заказ, лавандовый латте для нее и карамельный маккиато для меня, и увлеченно болтаем обо всем на свете, пока дожидаемся напитков. В зале довольно многолюдно, но при этом нет суеты. Пространство заполнено привычным, уютным шумом пароотводящих трубок, тихими звуками инди-музыки и приглушенным гулом чужих разговоров.
Когда стаканчики наконец оказываются у нас в руках, Софи подается чуть вперед и внимательно смотрит на меня, осторожно дуя на пенку своего латте.
— Как дела на работе? Все еще тонешь в бескрайних книжных завалах или уже наконец придумала способ, как подчинить себе время и пространство?
Я негромко смеюсь.
— Пока еще нет, но я в любом случае предпочту завал жуткой скуке. На работе все… — я неопределенно передергиваю плечом. — Нормально.
Она подозрительно прищуривается.
— Всего лишь нормально?
Я делаю аккуратный глоток, наслаждаясь тем, как приятное тепло разливается по телу.
— Все хорошо, но в этом нет ничего нового. Там всегда все хорошо.
И это чистая правда. Я люблю то, чем занимаюсь. Но в последнее время внутри зреет ощущение, будто все вокруг стало каким-то пресным. Жизнь сделалась настолько предсказуемой, что это начинает вызывать скорее глухую тревогу, чем долгожданное облегчение. Я просто хожу на работу, а когда возвращаюсь, то либо читаю, либо бесконечно листаю ленту книжного инстаграма в поисках очередной новинки. Единственными моментами за весь день, которые сейчас хоть как-то выбиваются из этой серой рутины, остаются звонки и сообщения от Коула.
— Тебе срочно нужно какое-нибудь хобби, — авторитетно заявляет Софи.
Из моей груди вырывается короткий смешок.
— Я была практически уверена, что чтение книг как раз и считается полноценным хобби.
Она бросает на меня выразительный взгляд.
— Ладно тебе, умница. Я имею в виду какое-нибудь совершенно новое увлечение. Например, теннис или скалолазание.
Я забавно кривлюсь, хотя и без капли злости.
— Но разве увлечения не должны приносить человеку хоть какое-то удовольствие?
Софи с размаху ударяет ладонью по столу, отчего пара капель кофе выплескивается через край ее кружки.
— Тебе нужно записаться на курсы писательского мастерства!
Где-то глубоко внизу живота внезапно вспыхивает легкий, щекочущий трепет, который, как мне казалось, уже давным-давно угас, но я изо всех сил стараюсь подавить это глупое чувство.
— Я не писала ничего уже целую вечность, — признаюсь я, судорожно оглядывая помещение, словно прямо сейчас посреди зала должен материализоваться призрак моих прошлых неверных решений.
