— Ты хочешь спасти свою тетю?
— Очень хочу.
— Тогда забудь о том, что она написала, и немедленно звони в полицию!
— Но…
— Перестань сомневаться и бояться! В этом случае надо действовать решительно!
— Не знаю, Лекси… Мне страшно.
— Не надо бояться! Полиция защитит тебя от этой женщины и сделает все, чтобы спасти Алисию. Они знают свое дело и сделают все, что нужно. Надо только лишь делать то, что они требуют. Вот и все!
— Они побоятся связываться с Элеанор Вудхам. По крайней мере, ради ее отца, которого здесь все уважали и любили.
— Его помнит и любит только лишь старое поколение. А новое знать про него не знает.
— Ну и что?
— Есть шанс, что в полиции будет работать кто-то из того поколения, которое не знает эту женщину. Кто-то, кто не захочет плясать под дудку этой женщины. У которой нет никаких заслуг, кроме того, что она – дочь Гильберта Вудхама. Она и управляет тем бизнесом, который создал ее отец. А не она сама.
— Кто она и кто мы!
— Ты – далеко не безызвестный человек. Будешь даже поизвестнее этой Элеанор или ее отца.
— Но…
— Соглашайся, Ракель! Это твой единственный шанс спасти свою тетю и сделать все, чтобы она вернулась домой. Если ты и дальше продолжишь трусить, то можешь потерять ее и позволить Элеанор выиграть.
Ракель тяжело вздыхает и на несколько секунд призадумывается. А затем девушка все-таки решает довериться Алексис и принять ее предложение обратиться в полицию за помощью.
— Хорошо, Лекси, — неуверенно произносит Ракель и опускает глаза в пол. — Я согласна… Давай позвоним в полицию…
— Вот и прекрасно! — одобрительно кивает Алексис.
— Если тебе кажется, что это нам поможет… Если это поможет моей тете… Давай хотя бы попробуем.
— Ты сможешь сама все объяснить? Или мне позвонить?
— Не знаю… Вряд ли… Я сейчас не в том состоянии, чтобы спокойно все объяснять.
— Ладно. Тогда давай я сама позвоню и все объясню. Скорее всего, сотрудники полиции приедут сюда. Думаю, к тому времени ты успеешь немного успокоиться и быть в состоянии все рассказать.
— Хорошо. Делай все, что считаешь нужным.
— Где телефон? — переводит взгляд на то место, где обычно лежит стационарный телефон Алексис.
— Вон он!
Ракель протягивает Алексис трубку, а та берет ее, быстро набирает номер полиции и прикладывает к уху, начав ожидать какого-то ответа. И вот спустя несколько секунд ей отвечает какая-то женщина с хорошо поставленным голосом.
— Отделение полиции, здравствуйте, — четко произносит девушка.
— Алло, здравствуйте, — вежливо здоровается Алексис. — Я хочу сделать заявление.
— Да, я вас слушаю.
— Хочу заявить о похищении человека.
— Похищение человека?
— Сейчас ему угрожает больная опасность. Если не принять меры, то он может погибнуть.
— А как давно этот человек пропал?
— Сегодня.
— А сколько времени прошло?
— Не знаю, но не очень много…
— Может быть, вам стоит еще немного подождать, а уже потом обратиться в полицию? Вдруг этот человек прошло ушел куда-то ненадолго и скоро вернется?
— Нет, этого человека действительно похитили. Я вам не вру.
— Обычно после пропажи человека принято ждать как минимум двадцать четыре часа.
— Я знаю, но этого человека похитили.
— Послушайте, мисс, давайте вы подождете еще несколько часов. А если человек не вернется домой, то вы снова нам позвоните.
— Нет-нет, я не могу ждать! — взволнованно произносит Алексис. — Человека похитили! Ему угрожает большая опасность!
— Хорошо, а вам кто-то звонил и писал какое-то сообщение о том, что того человека похитили?
— Да, нам прислали сообщение, в котором четко дали знать, что тот человек был похищен и сейчас находится в большой опасности.
— Вот как…
— Прошу вас, поймите нас… Мы не можем ждать целые сутки… Мы не можем ждать, ибо сейчас каждая секунда на счету. Если ничего не предпринять, то той женщине придет конец.
— Ох, ну хорошо… — устало вздыхает женщина. — Диктуйте ваш адрес. Я пришлю к вам несколько офицеров и следователя, который задаст вам несколько вопросов и расскажет, как написать заявление о похищении.
Алексис быстро называет адрес, где живет Алисия Миддлтон, а диспетчер на телефоне куда-то записывает его.
— Хорошо, я все записала, — уверенно говорит женщина в телефоне. — Сейчас я пришлю к вам сотрудников полиции, которые побеседуют с вами.
— Спасибо большое! — вежливо благодарит Алексис. — Мы вас ждем!
Алексис заканчивает звонок, кладет телефон на то место, где он лежал до этого, и с грустью во взгляде смотрит на Ракель, которая все время практически неотрывно смотрела на нее своими мокрыми глазами.
— Не хотели принимать заявление? — интересуется Ракель.
— Нет, хотели, чтобы мы еще немного подождали, — признается Алексис. — Мол, должно пройти как минимум двадцать четыре часа.
— Значит, у нас ничего не получится?
— Нет-нет, скоро сюда пришлют сотрудников полиции, которым мы все подробно расскажем. И покажем сообщение, которое тебе прислала Элеанор.
— Думаешь, мы правильно поступаем? — с испугом в глазах спрашивает Ракель.
— Несомненно! — уверенно произносит Алексис.
— Мне очень страшно…
— Не бойся, Ракель, все будет хорошо.
— Зря мы позвонили в полицию. Очень зря. Все это не приведет к добру.
— Мы не можем рисковать твоей жизнью и жизнью твоей тети. К тому же, рано или поздно Элеанор будет обязана ответить за то, что она сделала.
— Пока что они не знают, кто за этим стоит. Но когда я назову ее имя, то нас начнут уговаривать забрать заявление.
— Элеанор должна понимать, что однажды придет поколение, которое и знать не будет, кто она такая. Которое будет считать, что Вудхамы не сделали ничего такого, чтобы все их уважали. Чтобы все буквально падали перед ними на колени и целовали им ноги.
— Не знаю, Лекси… Мне все это нравится…
— В любом случае пусть полиция занимается делишками Элеанор Вудхам. Раз уж она не только воровка и мошенница, но еще и похитительница, то пусть отвечает как того требует закон.
— Ох… — Ракель тяжело вздыхает и скрещивает руки на груди. — Хоть бы она ничего не сделала с моей тетей… Хоть бы она вернулась домой живой…
— Все будет хорошо, Ракель, — уверенно говорит Алексис. — Не переживай.
— Дай бог, Лекси…
В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза.
— Ладно, думаю, у нас есть еще немного времени, — задумчиво предполагает Алексис. — Тебе надо хотя бы немного успокоиться.
— Я не могу, — неуверенно произносит Ракель и тихо шмыгает носом. — Мне очень страшно. Меня трясет от одной только мысли, что Элеанор что-нибудь сделает с тетей Алисией…
— Я все понимаю, но ты должна как-то взять себя в руки. — Алексис мягко гладит Ракель по плечу. — Ведь тебе сейчас придется разговаривать с полицейскими. А в таком состоянии ты и двух слов не сможешь связать.
— Знаю, но ничего не могу с собой поделать, — тяжело вздыхает Ракель.
— Слушай, ты пока посиди здесь, а я пойду включу чайник и сделаю нам по чашке кофе.
— Хорошо, я согласна.
— Не беспокойся, я уже сказала маме, что буду здесь. Если что, она знает, где меня искать.
— Если что, можешь идти домой. Я как-нибудь справлюсь сама.
— Ну уж нет! Я ни за что не оставлю тебя одну в таком состоянии и буду с тобой до тех пор, пока сюда не приедет полицейские.
— Спасибо, Лекси… — мягко благодарит Ракель. — Ты очень добра.
— Ладно, сиди здесь. Сейчас я принесу тебе кофе.
Алексис встает с дивана, быстрым шагом направляется на кухню, ставит чайник и вытаскивает из одного из кухонных ящиков две чашки, в которые она кладет одну или две чашки ароматного кофе из небольшой стеклянной банки.
В этот момент тихо всхлипывающая Ракель остается наедине со своими мыслями на некоторое время, все еще будучи в ужасе от одной только мысли, что с Алисией может происходить что-то ужасное. Что она вряд ли может что-то сделать и как-то спасти себя от гнева дочери человека, который был по неосторожности убит ею много лет назад.
