Привет, я влип! (СИ) - Дюжева Маргарита

Зачем мне это?! Как меня вообще так угораздило?

— Все в порядке? — участливо спросила Васька.

Я вдохнул, перехватил поудобнее совок и ринулся в бой:

— В полном.

Отворачиваясь и старательно думая о прекрасных пляжах с белоснежным песком, я выгребал все эти лягушачьи сокровища.

— Получается? — участливо спросила Васька.

— Да-да, — бодро ответил я, с трудом сглатывая дурной ком, вставший поперек горла, — все супер.

Что это за женщина вообще такая? Как она умудряется заставлять меня делать такие вещи? И ведь все на добровольных началах, без принуждения. Сначала кот, потом вот это… Как будто мне на самом деле нравится выгребать эти авгиевы конюшни. А мне не нравится!

Я все это делаю чтобы… чтобы что?

Логического объяснения всему этому безобразию у меня не было. Кроме одного.

Я действительно запал в эту Царевну-Лягушку и пытаюсь сделать ей приятное вот таким заковыристым способом.

— Надо еще воду поменять и хорошенько помыть купалку, сполоснуть корягу, растения и стекла скребком почистить, а еще добавить нового субстрата взамен того, что он накопал, протереть лампу и хорошенько все увлажнить.

— Без проблем.

Вот лучше бы цветы подарил, честное слово…

Только что-то подсказывало, что от цветов она так умилительно улыбаться не станет.

Сокрушенно вздохнув, я продолжил уборку. Вылил мутную воду в унитаз, хорошенько пустой губкой без средства отмыл емкость для купания и всю остальную Гошину приблуду, прошелся по стеклам скребком с лезвием, тщательно снимая зелень и слизь, убрал ископанный субстрат и подложил свежего, и хорошенько все это дело побрызгал из пульверизатора.

Террариум ожил, капли сияли на прозрачных словно слезы стеклах, хорошенько промытая под струей воды коряга гордо растопырила корни. Пахло влажным лесом и дождем.

После этого я завязал мусорный пакет, в который свалил все добро, произведённое лягуханом, и с остервенелым облегчением вымыл руки.

Все! Все, блин! Отстрелялся! Молодец! Мужик! Победитель.

И тут где-то в прихожей глухо зазвонил Васькин телефон:

— О, погоди отвечу, — сказала она и, пока я бестолково моргал, наслаждаясь заслуженной победой, бесцеремонно плюхнула лягушку мне в руки, а сама унеслась прочь.

И снова я остался наедине с лупоглазым чудовищем, которое смотрело на меня без капли благодарности.

— Иди-ка ты к себе, — сказал я и шагнул к террариуму, намереваясь скинуть его туда.

И в этот самый момент Гоша вспомнил, что он лягушка, а лягушкам свойственны прыжки.

Вспомнил. Прыгнул. И растопырив лапы, плюхнулся на пол.

Меня аж пот холодный прошиб.

— Убьёшься, дурак! — хотел его схватить, но мерзавец скакнул под кухонный уголок, — а ну иди сюда!

— Ква, — раздалось откуда-то из-за мебели.

— Я тебе сейчас дам ква. Иди сюда, жопа зеленая, — я встал на четвереньки и попытался дотянуться до Гоши, — ну? Долго мне тебя ждать?

Вместо ответа, он развернулся ко мне спиной, наглядно демонстрируя эту самую жопу, и пошлепал дальше.

— Да чтоб тебя!

Василиса все еще с кем-то разговаривала, а я продолжал попытки поймать лягушку.

Хитрый такой оказался, пронырливый! И скользкий сволочь — только схватишь, а он словно сквозь пальцы просачивается!

— Стой, сучоныш!

Гоша наградил меня презрительным взглядом и юркнул под шкаф.

Откуда в этом чудовище столько прыти?! Сидел же как кулек, не шевелился даже, пока хозяйка была рядом, а терпеть распрыгался гад.

Где-то под шкафом раздалось шлепанье липких пяток по линолеуму.

— Я сейчас тебя поймаю и сожру! — прошипел я, окончательно выходя из себя.

— Ква, — ответил он мне, как бы говоря «кто еще кого сожрет!»

Из-под кухонного шкафа я выгнал его лопаточкой для жарки, но на этом проблемы не кончились! Он решил, что скакать по полу ниже его достоинства и ринулся покорять высоты.

Сначала на табуретку, потом словно ниндзя увернувшись от моих рук, переметнулся на стол. Потом не кухонный гарнитур.

Кухня была такой маленькой, что ему без труда удавалось перескакивать с одного предмета мебели на другой, не смотря на собственные внушительные размеры.

— Георгий! Не буянь!

Кажется, пучеглазый решил самоликвидироваться, потому как недолго думая, устремился к горячей плите.

Васька меня убьет, если с этой тварью что-то случится!

Отбросив в сторону всю осторожность, брезгливость и прочие глупости, я принялся ловить. И поймал! За долю секунды, как он отправился на раскаленную поверхность.

— Попался! — я ухвати его за жирненькую ляжку и поднял в воздух.

Лягух начал барахтаться, взглядом обещая лютую расправу, и басовито возмущался:

— Ква! Ква!

— Я тебе сейчас такое «ква» устрою!

Я вернулся к террариуму, неся это трепыхающееся неугомонное чудовище на вытянутой руке.

Бросил его на мох и прикрыл сверху стеклянной крышкой.

Мля, аж трясло. Манал я такие развлечения.

— Ну как вы тут? — спросила Васенька, вернувшись после разговора.

— Чудесно! Лучшие друзья!

На вертел насадить и зажарить гада…

— Вот и отлично. Теперь я знаю, кому его оставить на досмотр если вдруг куда-то уеду. Сейчас еще научу тебя его кормить…

Я тебе уеду. Я тебе так уеду…

И вообще после таких извращенных пыток и издевательств, она должна меня не только чаем напоить, но и согласиться на полноценное свидание!

И к черту все это деловое общение. Кого я вообще пытаюсь обмануть?

Где еще я найду вот такую? Чтобы и хрен со лба оттерла, и презентацию сделала, и животных любила… даже таких неказистых.

Тем временем, она принесла полупрозрачный контейнер и пинцет. И принялась кормить Гошу какими-то толстыми, жирными то ли червяками, то ли личинками.

— Давай, Гошенька. Открой ротик, — ворковала она, вкладывая жуткий деликатес в широко разверзнутую лягушачью варежку, — зофобас за маму. Зофабас за папу…

Наверное, это меня и добило.

Она была настолько омерзительно прекрасна в этот момент, что я смотрел на нее, как баран на новые ворота и восторженно улыбался, чувствуя, как в груди растекается блаженное тепло.

Это же не девушка. Это мечта. Богиня!

И кажется, я только что безнадежно в нее влюбился.

Глава 14. Василиса Дерзкая

К черту зеленый!

Вот к такому внезапному выводу пришла я, выбирая наряд на корпоратив.

Помнится, я уже собиралась на свидание с Царевым — достала из шкафа зеленую юбку, зелёную блузку, зеленое платье… Тогда свидание не состоялось. Повторения мне очень не хотелось, поэтому я решила сменить подход и отправилась за новым платьем.

Сейчас, в эпоху маркетплейсов, мне было проще лежа на диване смотреть картинки, потом заказать десять разных вариантов, все перемерить в тесной кабинке, выбрать что-то одно и с чувством выполненного долга вернуться домой.

Но тут очень захотелось «выйти в свет»

Вышла. Маленько обалдела.

В первом же магазине консультантка насела на меня, убеждая, что пыльно-розовый это универсальный цвет, подходящий всем.

Вранье.

В пыльно-розовом я выглядела…пыльной и розовой. О-о-очень пыльной. И о-о-о-очень розовой.

Мне абсолютно не шло, но консультанту надо было продать это несчастное платье, поэтому она грудью стояла на выходе из примерочной и сыпала эпитетами: шикарно, великолепно, божественно, умопомрачительно и вообще просто-офигеть-как-красиво.

Я аж испугалась. Но надо отдать мне должное, я не купила это розовое великолепие. Я как ниндзя просочилась мимо разгоряченной воительницы и бежала из этого магазина так быстро, что только пятки сверкали.

Во втором магазине вещи мне понравились. Как и консультанты, которые со скучающим видом бродили по рядам, не приставая ко мне со своими советами. Наверное, не видели во мне покупателя.

А я набрала целый ворох вещей и пошла в примерочную. И уже там сообразила, что снова все зеленое.

Я его, конечно, люблю, но надо что-то менять, выходить из зоны комфорта, делать шаг вперед, трансформироваться, модернизироваться, расти. В общем, я искренне верила, что нужно что-то принципиально новое, чтобы жизнь перестала быть однотипной и сделала тот самый виток, после которого уже ничего не будет как прежде. Поэтому зеленое было отвергнуто, я ушла, а консультанты по итогу оказались правы — я не их покупатель.