Испытательный срок (СИ) - Кариди Екатерина

Алена видела, что шеф раздражен. Да не просто раздражен! Чтобы он настолько вышел из себя и ругался при ком-то из подчиненных? Она не знала прежде такого случая, Вадим Захаров сохранял ледяное спокойствие всегда.

Поневоле стало страшно допустить ошибку, сделать что-то не так. У нее ведь испытательный срок.

- Да, - она неуверенно кивнула, не вполне понимая, как ей теперь поступать.

- Даже если в этот момент у меня будет совещание, - продолжал Захаров. - Или посетители. Неважно кто. Заходишь с этим сразу.

Что это сейчас значило для нее? Новая степень доверия, расширение полномочий? Но ведь она работает у него всего неделю…

- Хорошо, - сглотнула она, кивая. – Я поняла.

Мужчина секунду смотрел ей в глаза очень пристально. Алена успела заметить, что у него дернулся кадык. Потом он медленно откинулся в кресле и отвел взгляд.

Повисла пауза.

***

Гнев на ситуацию схлынул, происки отца и мачехи отошли на второй план, Вадим вполне владел собой и был спокоен.

Нужно отпустить девушку и заняться делами. Но ему не нравилась эта мысль, хотелось продлить. Отправить ее варить кофе? Но нетронутая чашка с остывшим кофе стояла на столе.

Пока он размышлял, она поднялась с места и проговорила:

- Вадим Тимурович, тут еще вам на подпись, - шевельнула пальцами папку.

Подавляя досаду, он кивнул:

- Хорошо. Оставь, я посмотрю.

Потом смотрел, как она идет по его кабинету. Когда уже подошла к двери, он ее окликнул:

- Алена, позови мне Любовь Марковну. Пусть зайдет.

Потому что этот вопрос тоже надо было прояснить раз и навсегда.

Когда выбралась, Алена была сама не своя. Этот разговор с Вадимом Захаровым… Как будто оказалась свидетельницей чего-то глубоко личного - их внутрисемейных отношений. Она передернула плечами, однажды она в семейные отношения Захаровых уже встряла.

Но сейчас нужно было выполнить распоряжение шефа. Она только потянулась к внутреннему телефону, собираясь вызвать Любовь Марковну, как та заглянула в приемную сама.

Заглянула, прищурившись, потом вошла и направилась к ее столу.

- Новикова, вы… - начала, надменно вскинув голову.

Алена ее перебила:

- Любовь Марковна, зайдите, пожалуйста, к Вадиму Тимуровичу.

У той нечто странное промелькнуло в глазах, мгновенно изменилась поза, а потом она прошествовала в кабинет.

***

Сейчас Любовь Марковна была напряжена. Потому что эта овца - личная секретарша внезапно затупила, и из-за этого четкий план сорвался. Хорошо, что она вовремя поняла это и подстраховалась. Но все равно чувствовала, что одного этого будет мало. Она была личной помощницей у Вадима Захарова больше четырех лет, успела изучить его достаточно и знала, что он больше всего ценит преданность.

Смысла не было гадать, что будет, да и времени не осталось, нужно было брать себя в руки. Она толкнула дверь кабинета и с нейтральной улыбкой спросила:

- Вадим Тимурович, вызывали.

Захаров сидел за столом, взгляд нечитаемый, холодный. Черта с два поймешь, о чем он в тот момент думал. Кивнул:

- Подойдите, Любовь Марковна.

Сейчас нужно было держаться непринужденно, она уже увидела в его руках те самый распечатки запроса от «Интеко». Понятно, о чем пойдет речь. Она подошла и села напротив, поправила юбку и подняла на него ясный взгляд.

Пусть начнет первым. А тот прищурился. Перекинул ей через стол распечатки запроса:

- Посмотрите.

Она быстро пробежалась взглядом по листам, на которых там и сям были отмечены желтым маркером какие-то позиции (явно корявая работа секретарши) и кивнула:

- Я это уже видела, Вадим Тимурович. Какие-то вопросы?

Захаров сцепил пальцы в замок и подался вперед.

- Да, - кивнул медленно. - Скажите, Любовь Марковна, почему вы настаивали, что это приоритет?

Нехороший взгляд был у Захарова, очень нехороший. Подозревает? Сейчас нельзя было ошибиться.

- А разве это не очевидно? – проговорила она непринужденно. – Все подобные запросы должны немедленно обрабатываться и в первую очередь попадать к вам на стол.

Молчание. Тяжелое, как войлочное одеяло.

Любовь Марковна сочла нужным сменить тон и добавить:

- Вадим Тимурович, извините, может быть, я не так выразилась. Наверное, надо было дать расширенное пояснение. Согласна, это моя вина. Я просто упустила тот момент, что девочка новенькая и может немного путаться в нашей внутренней терминологии. Но она ведь все сделала правильно. А если чем-то ошиблась, я готова взять ее ошибку на себя.

Захаров продолжал смотреть на нее молча. Потом сказал:

- Постарайтесь в будущем избегать подобных ситуаций.

Такой холодный тон.

Любовь Марковна кивнула:

- Я поняла.

И вышла из кабинета на негнущихся ногах.

Понимая, что ей нужно изменить тактику и следующий ход продумать тщательнее.

***

Все это оставило у Вадима осадок. Но со своим хозяйством в «Сигме» он намерен был разобраться после. Сейчас он достал гаджет и набрал личный номер отца.

Пошли гудки. На третьем Тимур Захаров ответил:

- Да, слушаю тебя.

- Нам надо встретиться, - проговорил Вадим.

- А, созрел, значит? Ну, подходи в офис, обсудим.

- Нет, - жестко обрубил он. – Разговор будет личный, поэтому с глазу на глаз.

Некоторое время на том конце царило молчание, наконец отец неохотно выдавил:

- Хорошо, давай встретимся сейчас.

Вадим сбросил вызов. Несколько секунд сидел, глядя перед собой, потому что от этого разговора с отцом зависело многое. Потом резко встал и вышел из кабинета.

И в тот же миг застыл, чувствуя, что в груди начинает ворочаться темная злость.

Прямо перед столом Алены стоял его младший брат Руслан.

глава 17

Руслан не мог не прийти. Для него это уже стало какой-то гребаной нормой. Какой-то ненормальной нормальностью. Сейчас он как будто шел назад по своим плевкам. И слизывал, мать его, слизывал их одни за другим.

А их не становилось меньше. Наоборот, чем больше вникал, тем больше выливалось грязи и дерьма. Моментами ему казалось, что он тонет в этом.

***

От дома Алены он поехал домой. И да, он задал Полине тот самый вопрос. Конечно, она вытаращилась на него и тут же стала отнекиваться.

- Нет! Ты что?! Откуда я могла о таком знать?

Но в первый момент правда все же отразилась в глазах. Он просто молча смотрел на Полину и чувствовал, что тонет в липкой лжи, задыхается! Зато та, видя, что он молчит, вошла в раж и стала кричать:

- И вообще, что ты прицепился! Нечего с больной головы на здоровую перекладывать! Это твоя бывшая дешевка в подсобке с кем-то трахалась!

- Заткнись, - бросил он тихо.

И ушел. А после поехал к родителям. Мать вообще не захотела говорить с ним. Даже не соизволила выйти.

Тогда он пошел к отцу. Но дерьмо, кипевшее в нем, надо было как-то успокоить. Поэтому сперва на кухню, хлебнуть чего-нибудь покрепче. Теперь он был готов. Как перед боем, бл***, как перед боем.

Отец был в кабинете. Увидел его, начал привычно мозги ему вправлять, Руслан перебил:

- Я хочу знать, что произошло на том дне рождения. Какое отношение к этому имеют моя мать и моя жена?!

- Знать он хочет. Пссс.

Тимур Захаров просто высмеял его в своей обычной манере. Даже из-за стола не встал. Только отмахнулся как от надоедливой шавки:

- Пойди проспись.

Да, он выпил. И что с того?! В тот момент он соображал прекрасно. А отец, словно его нет здесь, демонстративно принялся читать что-то. Похрену все. Руслан подошел вплотную и оперся ладонями о стол.

- Я имею право знать.

- Имеет он право, – отец даже головы не поднял. – Иди, женой своей занимайся.

Достало, что его все время хотят укрепить и направить. Достало до печенок, Руслан еще сдерживался, но уважения, коротое он должен был бы питать, почти не осталось.