Лекарство от предательства (СИ) - Фиори Рина

Непонимающе смотрю в огромные серые глаза. И откуда в эти красивые глубокие омуты забралось волнение?

Алиса теребит пальцами замок на куртке, смахивает с джинсов несуществующие пылинки. Нервничает. Но почему?

– Помнишь, наш поцелуй тогда возле клуба? – спрашивает, продолжая неотрывно смотреть на воду. – Тот… первый.

Очередной выстрел прямо в сердце. Первый.

Я взрослый, искушённый женским вниманием, мужчина. Да и Алиса собиралась замуж, а значит, тоже успела в этой жизни коснуться соблазна. Но это «первый» звучит из её уст так тонко и пронзительно. И я рядом с ней, словно подросток, который впервые признаётся в чувствах понравившейся девочке.

– Помню, – шепчу ей на ушко, – и не против его повторить.

Касаюсь носом нежной кожи, веду вниз по щеке…

Отстраняется, будто её током ударило. Выставляет руки в защитном жесте.

– Подожди, я сейчас должна признаться, иначе потом… не смогу, – опускает взгляд.

От злости крепко сжимаю кулаки и нервно скриплю зубами. На кого злюсь? Да на себя за то, что ни хрена не понимаю.

– В общем, – заправляет за ухо прядь волос, – это касается моего бывшего жениха…

Нууу…

Моё терпение на исходе, а она, судя по всему, ещё даже не придумала, как начать.

– Мы же расстались, ох, – вздыхает, давая понять, как нелегко ей даётся этот разговор. – Мы тогда уже расстались, ну, до того, как с тобой в клубе… Как я тебя поцеловала.

Опять смотрит виновато. Ждёт, что я по глазам прочитаю, что она там хочет мне сказать? Так не умею я по глазам читать.

Упорно продолжаю молчать. Терпеливо жду, что Алиса сподобится, наконец, объясниться. Да и не знаю я, что говорить, не понимаю ведь ничего.

– В общем, мой бывший жених мне изменил, и я решила отомстить ему, поэтому тебя поцеловала! – выпаливает на одном дыхании.

Обнимает себя руками так, словно я уже высказал всё, что думаю по этому поводу. А я ведь ещё не начинал.

– Подожди, – до меня медленно доходит. После её поцелуев здесь на берегу, мозг туго соображает. Не готов я сейчас к откровенным разговорам, у меня романтическая чушь в голове. – То есть, этот… жених, – с брезгливостью произношу последнее слово, – он видел наш поцелуй?

– Угу, – кивает, бледнея на глазах.

Боится меня, будто я монстр какой-то. Но при этом стремится продолжить разговор. Честная, и это не может не радовать.

А вот признание её больно бьёт по мужскому самолюбию. Это она меня, получается, использовала, чтобы какому-то сопляку отомстить, а я повёлся? Нафантазировал себе тогда неизвестно что, идиота кусок.

– Ну, отлично, что я могу сказать, – развожу руками.

– Ты обиделся? – смотрит щенячьим взглядом из-под пушистых ресниц.

– Да я не баба, чтобы обижаться, – выпаливаю, не особо думая. – Извини, – роняю сухо, когда вижу яростные всполохи в светлых глазах.

На мгновение сильно зажмуриваюсь, пытаясь переварить всё, что обрушила на меня рыжулька.

Изменил. Бедная девочка, как она смогла перенести это предательство? Я, как никто другой, понимаю, насколько это не просто.

Изменил. И червь сомнения начинает атаковать мой мозг покруче прежнего: а как далеко у Алисы зашли отношения с этим её «женихом»?

Спросить? Не имею права. Личные границы никто не отменял. Только какие на хрен личные границы, когда она теперь моя? Будет моей, я уверен в этом.

– А как долго вы жили вместе? – интересуюсь как бы невзначай.

Её ответ не изменит моего отношения к девушке, но я сдохну от любопытства, если не узнаю.

– Я с родителями жила, а Андрей снимал квартиру. Мы решили уже после свадьбы съехаться, – отвечает понуро.

Грустит. Неужели из-за какого-то не оценившего девчонку придурка?

А может из-за меня и моих неуместных вопросов?

Тем более, главный из них так и остаётся открытым.

– И между нами ничего не было, если ты об этом, – добавляет, словно прочитав мои мысли.

Кажется, мне впервые в жизни становится стыдно. Вот я осёл, не хотел ведь девушку допрашивать. А получилось всё с точностью наоборот.

– Так, – хлопаю ладонями по коленям, – давай, не будем о грустном, хорошо?

Разворачиваюсь всем корпусом к девушке, беру её милое личико в свои ладони и опять целую розовые, слегка приоткрытые губы. Сладкая. И такая тёплая.

– У меня послезавтра будет небольшой праздник в ресторане по случаю… неважно, – небрежно машу рукой. – Я хочу представить тебя своим родственникам и друзьям, как свою девушку на этом вечере. Ты не против?

Да, очередной старомодный обряд, который удивил бы любую современную девушку.

Но Алиса смущённо кивает, в очередной раз принимая меня таким, какой я есть. И это хорошо, это правильно, так нам будет проще.

– А расскажи что-нибудь о своих родственниках, я же кроме Анны Фёдоровны и не знаю никого, – просит девушка.

Неожиданно. И очень приятно, что Алису интересует моя семья.

– Расскажу, но только при условии, что ты мне потом тоже расскажешь что-нибудь о себе, хорошо? – ставлю условие.

Не могу по-другому, потому что знаю: с ней только так. Не возьмёшь вовремя в оборот, тут же выкрутится.

– Да что рассказывать, – развожу руками, – у меня есть родители, ещё дядька по отцу и двоюродный брат. С Димкой у нас совместный бизнес, если это так можно назвать, – стараюсь быть кратким.

– А… правда, что ты, ну… – мнётся девушка.

Вижу, что хочет ещё что-то узнать, но стесняется. Взгляд отводит, нервно елозит пятой точкой по скамейке.

Накрываю её изящную ручку своей ладонью и слегка сжимаю пальцы, посылая невербальный сигнал, чтобы успокоилась.

– Спрашивай, что считаешь нужным, я постараюсь ответить на любой твой вопрос, – одурманенный нашей близостью, даю опрометчивое обещание.

– Я, это, в общем, совершенно случайно, – выделяет голосом, – слышала, что владелец «Барина» недавно развёлся. От подруги… – уточняет, съёживаясь и словно уменьшаясь из-за этого в размерах.

Молчу. К чему она сообщает мне эту информацию? Про сплетни, которые ходят вокруг моей персоны, я и так знаю. Или…

– Это про тебя или про брата? – спрашивает виновато.

Ну, теперь понятно. С другой стороны, Алиска передо мной открылась, хотя могла бы и не рассказывать ничего про своего бывшего. А я, получается, хочу остаться тёмной лошадкой?

– Про меня, это что-то меняет? – стараюсь звучать мягче, но получается плохо.

– Н-нет, – теряется. – Извини.

Губы смыкаются в тонкую линию, взгляд становится отстранённым. Воздух вокруг ощутимо заполняется напряжением, которое возникло между нами из-за моего грубого ответа.

Алиса замыкается в себе и не произносит ни слова.

Я ненавижу все эти женские уловки, надутые губы и глупые обидки. Или, что всего страшнее, слёзы. Но в ситуации с Алисой почему-то не ощущаю присущего мне раздражения. Наоборот, мне хочется обнять покрепче девушку, успокоить, забрать её переживания себе.

– Она изменила мне с моим лучшим другом, – произношу после затянувшейся паузы.

Какой-то вечер откровений у нас получается.

Алиса медленно поворачивается в мою сторону. Уголки её сладких губ опущены вниз, а в глазах явственно читается… сожаление.

Нет. Вот только жалеть меня не надо, девочка.

– Кто-то обещал мне что-нибудь о себе рассказать, – перевожу тему.

Не хочу говорить о бывшей. Не потому, что меня этот разговор может ранить. Всё, что возможно было выжечь во мне, было выжжено ещё полгода назад. Женой, которую я боготворил. И думал, что никогда не смогу забыть.

Я даже всерьёз подумывал простить ей измену, она ведь так умоляла.

Но потом понял, что не смогу быть с этой женщиной, всё же я очень брезгливый.

А теперь смотрю на Алиску и неожиданно понимаю, что должен благодарить небо за этот шанс. Шанс никогда не вспоминать прошлое, шанс жить новой жизнью.

Не могу держать себя в руках, притягиваю хрупкую фигурку к себе, зарываюсь носом в огненные волосы. Вдыхаю цветочный аромат. Интересно, это шампунь, иди духи такие? Никогда не задавался вопросом, чем именно пахнет женщина, а тут вдруг становится интересно.