Пять минут до грома (СИ) - Горная Мария

Прошло достаточно времени после того, как мы попрощались друг с другом возле двери. Я лежала в теплой пижаме на два размера больше, которую мне одолжила Саша.

К сожалению, про вещи на сон я забыла, а расхаживать по дому в одном белье, где полно военных, мне не особо хотелось . В моей голове была полная каша, которую я пыталась хоть как-то разделить на составляющие лежа на кровати, иногда поглядывая за окном на яркий ослепительный месяц. Небо на удивление безоблачное, полностью усыпанное звездами. Я пыталась сосредоточить на них внимание, но каждый раз возвращалась обратно к своим чувствам, особенно к тем, что я чувствовала последние два месяца.

Первое время я ужасно волновалась за Пашу, ежедневно писала сообщение и переживала, что этим могу сделать только хуже. Он все-таки работает не в обычном офисе. И это было второй причиной моего волнения — я начала выдумывать себе такие ужасы, что по ночам попросту не могла спать. Через две недели я даже убедила себя в том, что Паша может быть уже погиб, а у Максима попросил чтобы тот ничего мне не рассказывал, так как и так видел, насколько сильно я мечусь из стороны в сторону ежедневно. Каждый день я плакала, накручивая себя все больше и больше, душу разрывало попросту на части.

А после, наступила злость. Я злилась на него, что ушел без объяснения, поступил так как поступал со мной всегда Андрей. Он никогда не говорил куда уходит и на сколько. Ему было наплевать на мои чувства и на то, что я тоже человек, который за него переживает. Вот и в этот раз, я накрутила себя, но ещё в сто раз сильнее. Я стала срываться на всех, даже на Нюту, с которой мы никогда не ругались. И опять ежедневные слезы и крики в подушку. Я чувствовала себя одинокой и никому не нужной.

И последний этап — принятие. Я смирилась с тем, что Паше я не нужна и что армия не тюрьма, если надо, позвонил и сказал бы где он и что с ним. Поэтому последние две недели, я всячески избегала упоминание о нем.

И теперь мне ужасно стыдно, что я была такого мнения о нем и что так некрасиво вела себя. Чтобы скрыться от невидимого стыда, я повыше натянула одеяло и принялась вслушиваться в тишину, чтобы отвлечься от мыслей и скорее уснуть. Но мне это не удалось, так как я услышала пронзающий громкий крик.

От неожиданности, я подорвалась и чтобы точно понять или мне не показалось, подошла к двери и немного её приоткрыла.

Я все верно поняла. Прерывисто доносился громкий ужасающий стон и крики леденящие душу. Я хотела было закрыть дверь и спрятаться под одеялом, но прислушавшись, смогла уловить, что звук доносился с комнаты напротив, где был Паша.

Долго не думая, я уверенно зашагала в сторону его комнаты, резко потянула дверную ручку и толкнув дверь вошла в комнату. В комнате стояла кромешная тьма, только мельком заметила силуэт мечущийся по кровати с криками.

— Даша. Даша. Я не хотел. — громко стонал Паша, крутясь из стороны в сторону.

Не думаю ни секунды, я подбежала к кровати, забралась на нее, обхватила лицо Паши обеими руками и начал проговаривать:

— Тише, Тише, я здесь. Ты в безопасности. Тсссс.

— Даша. Даша. — продолжал парень.

У меня появлялось все больше и больше вопросов, но было не до них.

— Я здесь, все хорошо. — чтобы хоть как-то успокоить Пашу, я начала гладить его по голове приобнимая.

Я не могла понять, то ли плохой сон, то ли он лунатик. Знала только то, что он сам должен проснуться. Но если быть честной, я сама была в ужасе, потому что он не был похож на себя: тело покрытое холодным потом, на лбу вздуваются вены и дикий пустой взгляд, сверкающий в свете луны как у оборотня.

На секунду, в комнате повисла в очередной раз тишина. Только в этот раз она была крайне пугающей. Отстранившись от Паши, я ещё раз взглянула на него и сразу же сквозь темноту уловила его взгляд, который смотрел прямо в душу такими тоскливыми глазами, как-будто вся грусть земли была запечатлена в этих глазах.

— Это я виноват. — прошептал Паша.

— Ты ни в чем не виноват. — не понимая в чем он себя винит, я стала его переубеждать.

— Нет. Я виноват. Это я её убил.

В какой-то момент мне показалось, что Паша просто бредит, но нет, он был полностью в сознании и сейчас говорил на полном серьезно. Я же, все так же пребывала в странном ужасе и страхе, но все равно задалаволнующий меня вопрос.

— Кого? — тихо, чтобы не спугнуть спросила я.

— Сестру. — и тут весь мой мир и осознание рухнули.

Глава 9

Три года назад

— Эй, соня, подъем — тихий тонкий голосок раздался сквозь сонную пелену, но так и не смог полностью вытянуть Пашу с этого омута. Поняв это, человек пытавшийся попасть в его сны, вновь повторил, только более настойчиво и громче.

— Паша, вставай!

Сонный парень открыл глаза и тут же их зажмурил, так как в глаза попадал яркий солнечный свет.

— Закрой шторы, быстрее, а то я ослепну! — застонал он.

— Ха-ха, нет! Вставай!

Гром ещё раз попытался открыть глаза, однако ему пришлось щуриться, чтобы привыкнуть к яркому свету, который поглотил всю комнату, которая сама по себе была окрашены в светлые оттенки, приближенные к серо-белому, поэтому, когда через панорамные окна заглядывали солнечные лучи, комната вся заливалась невероятным ярким светом. Но по утрам был выход от таких незваных лучей, это темные шторы, которые полностью поглощали весь свет и утром, складывалось впечатление, что все еще ночь.

— Ты шторы открыла?

— Не докажешь! — лучезарно заулыбалась русоволосая, с длинными, кучерявыми по пояс волосами девушка. Это была его младшая сестра. Ну как младшая, он её старше всего на три минуты. Паша и Даша — разнояйцевые близнецы, или как поправляет их мама — двойняшки.

— Пашка, вставай, мама испекла восхитительные блины на завтрак.

— Ничего себе, интересно какой повод, неужели наконец-то твой жених решил дать о себе знать, что мама даже готовить начала.

В семье мама у плиты это крайняя редкость, она считала что в жизни есть более важные моменты, чем готовка. Поэтому у нее всегда была помощница, которая выполняла домашние дела. А такое событие, как жених Даши, явно заставил бы её стать у плиты.

— Не-а, я покажу своего жениха, только после того, как ты женишься наконец-то на Катерине.

— Не переживай сестренка, ты первая узнаешь когда я решу на ней жениться. — сказал Паша, поднявшись с кровати и потянувшись.

— Ты бы это, перестал качаться, а то скоро все мышцы лопнут. — хихикая пролепетала девушка.

— Какие мышцы? Вот эти? — на этих словах парень начал специально играть мышцами, потому что знал, что реакция сестры тут же даст о себе знать.

— Фууууу — протянула Даша закатывая глаза. — прекрати. И почему девчонки к тебе липнут? Ты же накаченная зануда. — проговорила сестра корча наигранные гримасы, одновременно разворачиваясь к выходу. — Не задерживайся, у родителей какие-то грандиозные планы на сегодня и они про них собираются рассказать на завтраке.

— Мг. — промычал Гром вслед сестре до того, как она закрыла дверь.

Повернув головой из стороны в сторону, как бы разминая ее, Паша медленно начал двигаться к ванной комнате. Посмотрев на себя в зеркало, рукой прошелся по подбородку, оценивая насколько успел зарасти за три дня отпуска дома. Пока он в воинской части, приходится бриться ежедневно. В родительском доме, Паша решил дать себе и лицу отдохнуть от каждодневной процедуры. Потянувшись к крану в душевой кабине, он включил горячую воду, пуская пар на белоснежные стены ванной комнаты. Для него, принятие горячего душа по утрам, является своего рода ритуалом для расслабления. Вот и в этот раз, он решил не изменять своим привычкам, с которыми потратил всего пятнадцать минут своего времени. Почистив зубы, одевшись в бежевые штаны и худи, парень быстрым шагом направился на первый этаж. В доме стоял приятный запах свежих блинов, от которого моментально сводило желудок, чувствуя голод.