Продам любовь. Дорого (СИ) - Рик Натали

2. Неправильная прелюдия

Словно безвольную тряпичную куклу, чьи-то сильнющие руки перетаскивают меня в соседнюю квартиру, и я прихожу в себя только тогда, когда слышу звук захлопнувшейся двери.

- Проходи, - как ни в чем не бывало, бросает мне хозяин квартиры и широкими ленивыми шагами уходит вперед.

Не моргая и забывая, как дышать, гипнотизирую его широкую спину с узкой талией и мужской зад, обтянутый обычными серыми спортивками, судорожно соображая, как мне выкрутиться из сложившейся ситуации.

- Простите… Спасибо за помощь, я просто этажом ошиблась, наверное, мне надо идти, - суматошно начинаю блеять, но резко затыкаюсь, когда незнакомец останавливается и бросает на меня через плечо насмешливый снисходительный взгляд. Ого, да он совсем молоденький! Как и не побоялся этих упырей…

- Марина? – припечатывает меня вопросом, от которого истеричный писк встает поперек горла.

- Да, - неуверенно отзываюсь, четко понимая, что именно это имя указала в анкете на сайте досуга.

- Этажом ты не ошиблась, квартирой чуть промахнулась, - разворачивается на сто восемьдесят градусов и опирается плечом о косяк, складывая руки на груди и окидывая меня изучающим заинтересованным взглядом с легкой игривой улыбкой на чуть пухлых губах. – Я в окно видел, как ты вышла из машины, - легко поясняет, задерживаясь светло-голубым взглядом в районе моего декольте. Странно, но в отличие от предыдущих аборигенов, этот взор не кажется мне липким и мерзким. Больше любопытным. – А до меня так и не дошла, - завершает свое объяснение и ставит конечную точку своего блуждающего взгляда на моих глазах. – Ну? Раздевайся, - нетерпеливо подгоняет, а у меня от этой фразы начинает троить в мозгу. – Обувь я имею ввиду, Марин, и верхнюю одежду, - саркастически ухмыляется, не обойдя вниманием мой растерянный внешний вид. – Я на кухне! – негромко оповещает, скрываясь в витиеватых поворотах прихожей.

Твою мать… Что делать-то? Суматошно мечусь взглядом по стенам, пока не натыкаюсь на узкое длинное зеркало сбоку. Боже, куда ты влезла, Саша?! Досадливо хмурю брови и впадаю в полное отчаяние, когда снова замечаю ненавистную морщинку на лбу. Он же совсем парнишка ещё! Сколько ему? Двадцать три-то хоть есть? И что мне с ним делать…? И как? Он, вон какой, кровь с молоком, кожа сияет, мышцы бугрятся, а у меня что? Целлюлит на жопе и пару растяжек на боках! Из того, чем я могу перед ним похвастаться – это только пластичность и гибкость, спасибо моей работе хореографа, но вряд ли это отвлечет его от того факта, что я, мать вашу, просто старуха! Или он любитель милф? А может, просто не разглядел меня в темноте, сейчас рассмотрит получше и сам передумает? Да, было бы славно…

- Ну, ты че, замерзла тут? – из-за угла высовывается темноволосая вьющаяся макушка и вопросительная физиономия, которую хочется потрепать за щечки, а не грязно оттрахать, несмотря на его внушительные габариты и брутальную щетину на лице. – Помочь чем-то?

Отрицательно качаю головой, не зная, как техничнее слиться, и, вопреки своим мыслям, избавляюсь от каблуков и пальто. Ступая на цыпочках, словно боюсь кого-то разбудить… Хотя, почему «словно»? А вдруг, он реально живет с родителями? Или, пока мамка на работе, он тут девочками по вызову балуется? И вообще, искренне не понимаю, зачем ему я? У такого экземпляра, насколько мне известно из жизненного опыта, проблем с противоположным полом быть априори не должно. Напротив, отбиваться ещё должен впопыхах. Если только… Не проблемы с размером корнишончика… Ну, конечно! Какая ещё может быть причина у молодого красивого парня пользоваться услугами такого характера…

В общем, иду по наитию и вхожу в просторную кухню. Первое, что бросается в глаза, это светлый овальный столик, на котором изящно устроились два высоких бокала, ведерко с шампанским и льдом и круглая вазочка фруктов.

- Присаживайся, - по-свойски бросает и указывает жестом на мягкий стул, даже не глядя в мою сторону, поскольку занят тем, что выуживает изо льда бутылку игристого и четкими знающими движениями начинает её открывать. Зато я, вот, перестать пялиться на него не могу. Господи, да лучше бы меня оставили с теми тремя троллями. С этим ещё страшнее. Так униженно, неуверенно и оскорбленно я себя ещё не чувствовала никогда. Мало того, что и так целую ночь боролась со своим самолюбием, настраиваясь на данный шаг, так теперь моя самооценка и вовсе втоптана в дерьмо рядом с ТАКИМ первым клиентом. – Или сначала…? Ну…? – игриво передергивает бровями, неверно расценив мое замешательство. – Спальня налево…

В общем, я сама не знаю, как так вышло. Но слово «спальня» сработало для меня будто самый жуткий триггер, и я просто позорно разрыдалась. Да, вот так, с пузырями и соплями, всё, как полагается, испуганно закрывая лицо ладошками.

- О, как, - пораженно выдыхает хозяин квартиры, впечатленный таким представлением. Вряд ли это то, что он ожидал, заказывая девушку легкого поведения. А на прелюдию мой перфоманс дерьмово тянет.

Немного пошатываюсь от чужого вторжения в моё личное пространство, но поддаюсь ведущему и усаживаюсь задницей на стул, не переставая при этом завывать белугой, и уже не забочусь о том, захочет он меня или нет. Зато теперь он совершенно точно выставит меня за дверь, а мне больше не придется терпеть этот позор.

- Чай будешь? – широко улыбается, отлепив мои руки от лица, и довольно щурит свои голубые кошачьи глаза.

Какой чай…? Ты дурачок, что ли…?

3. Двумя днями ранее...

- Съем «однушки» в Красносельском… Далеко от работы, да и чёрт с ним, сорок пять тысяч, - размашисто черчу на клочке бумаги страшные цифры.

- Ты добираться оттуда будешь только часа полтора на автобусе и метро с двумя пересадками, - резонно замечает Лика, подливая в пузатый бокал белое полусухое.

- Ну, что делать-то, - досадливо поджимаю губы и передергиваю плечами. Очень хочется снова заплакать от обиды и несправедливости этого мира, но такими темпами моему организму грозит обезвоживание, а я не могу себе позволить такую роскошь, вода так-то тоже не бесплатная.

- Пока Димка с Никиткой на соревнования уехали, ты можешь пожить у меня…

- А я и поживу, - больше прозвучало, как угроза, но у Лики нет вариантов, кроме, как терпеть меня, раз назвалась подругой пятнадцать лет назад. Да, и идти мне, как выяснилось, больше некуда. – Но они вернутся уже через неделю, за это время мне надо где-то найти, - задумчиво грызу кончик ручки и плюсую к страшной сумме ещё такую же за последний месяц, плюс пятнадцать тысяч залога и одиннадцать тысяч комиссионных за никчемную работу риелтора, который с умным видом покажет мне, тупице, где поставить подпись, будто без него в жизни бы не разобралась. – Итого: сто шестнадцать тысяч на квартиру, - тяжело вздыхаю и возвожу, налитые тяжелой влагой, глаза к потолку.

- А когда у тебя ближайшая зарплата? – сочувственно интересуется подруга, задумчиво обводя пальцем бортик бокала.

- Какая зарплата, Лик, я же сама на себя работаю, - устало сжимаю переносицу. – С младшей группы я собрала плату на месяц пару дней назад… И всю её слила на платеж по кредиту за этот сраный Тёмочкин айфон… Чтоб он накрылся медным тазом… А старшая группа платит через неделю… Но там в общей сумме всего около полтинника… От индивидуальных я отказалась, потому что Артем бесился, что я провожу с ним мало времени.

- Тебе надо найти подработку, - решительно заявляет Лика, аж пальцами прищелкнув от такой гениальной идеи, посетившей её блондинистую голову.

- Мать, я, кроме, как танцевать, больше нихрена не умею, - бросаю на неё снисходительный взгляд, уже заранее понимая, что сейчас она предложит мне подработать стрипухой в её клубе, где Лика много лет трудится на должности управляющей. – Я училась этому пять лет, у меня своя студия, и мне вполне хватало на жизнь и даже больше, пока не связалась с этим, - досадливо сплевываю, вспоминая озлобленное лицо уже бывшего, вышвырнувшего меня на лестничную клетку, как котенка за малейшее неповиновение.